Не стучите по артефакту! - Андрей Куняев

Но теперь я видел, как крупинки соли успокаивают свечение, маскируют, прячут. Знак должен быть незаметным, скрытым. В этом тоже часть его смысла.

Воск ждал своей очереди. Его требовалось нанести в самом конце, тонким слоем, чтобы зафиксировать обновление знака. Это был последний штрих.

Я работал и думал о том, что дед вырезал рунную надпись чуть ли не до открытия мастерской. Он всегда заботился о безопасности.

А вот отец, скорее всего, не обновлял знак порога ни разу. И не потому, что не верил в него, а потому что некогда было — бумаги, штрафы, долги. Земные проблемы заставили его позабыть о магической защите.

Скрипнула входная дверь.

— Алексей Сергеич? — послышался удивлённый голос Дениса. — Вы чего тут делаете?

— Табуретку починяю, — ответил я нарочито весело.

— Солью?

Я закончил обработку, слез с табуретки, сдвинул её, давая пройти Денису, и осмотрел надпись. Мана усилилась, но внешне, без амулета, это было совсем незаметно.

— Пороговый знак обновляю, — сказал я уже серьёзно. — Заходи уже и закрой дверь, не лето чай! Ну! Не стой на пороге!

Денис вошёл, закрыл дверь, поставил рюкзак и уставился на косяк с видом человека, который только что узнал, что в доме завелось привидение. Страшное и технологичное — с мотором.

— Это типа… защитная магия? — догадался он наконец.

— Не «типа», а именно она и есть. Пороговый знак — древний инструмент. Фильтрует всё, что заходит в дом вместе с людьми. Случайный сглаз, нечистая мана с улицы, злой умысел. Человек с хорошим намерением заходит и не замечает ничего. А тому, кто с плохим — становится неуютно.

— А это работает?

Я провёл по надписи пальцем.

— Работает. Дед знак ставил. У нас в мастерской за сорок лет ни одного серьёзного конфликта не было, ни одного ограбления, ни одного клиента, который ушёл бы с чужим артефактом. Может быть, ты скажешь, что это совпадение… — Я помолчал. — А я в совпадения верю избирательно.

Денис открыл планшет и покопался в нём.

— А почему без золота? — спросил он. — В учебнике по рунической символике написано, что пороговые знаки требуют металлической основы для проводимости.

— Потому что золото у нас пока не в бюджете.

Я взял огарок свечи и достал спиртовую горелку, чтобы прогреть его. Воск должен был стать мягким, но не жидким.

— А без золота разве получится? — засомневался Денис. — Или просто знак выйдет слабее?

— Да, золото усиливает сигнал, — согласился я. — Без в полную силу знак не войдёт. Добавим потом, когда будут деньги.

— Можно взять золотую фольгу, — сказал Денис задумчиво. — У меня в рюкзаке есть фольга от шоколадки. Технически — это же тоже металл?

Я посмотрел на него.

— Нет, — сказал я. — От шоколадки — нельзя. Это не та магия, где можно «технически».

Денис покивал понимающе.

Из-за стеллажа выдвинулся Кузьмич.

Он вразвалочку подошёл к двери, запрокинул голову и долго, придирчиво смотрел на косяк. Я стоял рядом и ждал. Когда Кузьмич делал такое лицо — смесь судьи и человека, у которого изжога, — лучше было помалкивать.

— Левая сторона кривовата, — сообщил он напыщенно.

— Насколько кривовата?

— Так… — Он покрутил рукой в воздухе. — Чуть. Но соль хорошо легла. Воск давай теперь.

Я быстро нанёс воск — тонко, как и планировал.

Кузьмич снова уставился на косяк, почесал за ухом.

— Держаться будет, — сказал он с интонацией человека, который ожидал худшего и готов признать, что ошибся. — Золото добавь потом обязательно, я напомню.

— Уже записал в блокнот.

— Записал он. — Кузьмич фыркнул, но без злости. — Дед не записывал.

— У деда было сорок лет практики, — обиделся я. — А мне пока сложно держать всё в голове.

Кузьмич не ответил. Постоял ещё немного у порога, как будто убеждался, что знак на месте. Потом исчез за стеллажом так же тихо, как появился.

Мел и соль я использовал до последней крошки, а воск остался. Я отнёс его в подсобку, пригодится ещё.

Вернулся в мастерскую и остановился у входа, поглаживая медальон и любуясь эффектом. Надпись светилась ровно, по всему контуру. Кузьмичу бы только придраться.

Снял медальон и с удовольствием убедился, что в мастерской стало чуть светлее. Знак работал, словно бы солнышка добавлял.

— Ладно, — сказал я. — Открываемся. Пора принимать клиентов.

И тут дверь, как по волшебству, распахнулась так, будто за ней накопилось давление — резко и с размахом.

Первым вошёл кофр. Чёрный, плоский, с алюминиевыми уголками и замками на магнитных защёлках. За кофром протиснулся его владелец: парень лет двадцати пяти, в куртке с нашивками фестиваля «Друзья дракона», в наушниках на шее и с телефоном, уже выдвинутым вперёд, как щуп.

— Доброе утро, — осторожно сказал я.

— О, да! Вот это я понимаю — атмосфера! — Парень крутанулся на пятках, обводя взглядом мастерскую. — Живая мастерская! Всё настоящее! Смотрите, подписчики — это вам не сетевой сервисный центр с белыми стенами и девочкой на рецепции.

Я посмотрел на телефон парня.

— Вы сейчас ведёте трансляцию? — спросил я.

— Ну а как же! — Он наконец опустил кофр на пол и протянул руку. — Игорь. Техно-блогер, канал «МагаджетЫ». А вы точно Тихонов? Мне посоветовали именно вас.

Я решил не удивляться. У всех свои гуси. Обновлённый охранный знак его пропустил, значит недобрых намерений у парня нет. Так что, буду действовать по ситуации.

Пожал протянутую руку.

— Точно Тихонов. Принесли что-то в ремонт?

— Сейчас, сейчас, подождите. — Игорь поднял телефон выше, снимая стеллажи, верстак, инструменты на крючках. — Вот, смотрите — это настоящий живой мастер. Четвёртый класс, лицензия, всё по-честному. Сейчас он будет чинить мой любимый усилитель прямо в прямом эфире, и мы всё это покажем крупным планом!

За моей спиной что-то едва слышно скрипнуло — половица или стеллаж. Я не обернулся, но краем сознания отметил: Кузьмич нервничает.

Денис стоял у верстака с паяльником в руке и смотрел на гостя так, как будто увидел не человека, а явление природы.

— Это Игорь Смирнов, — произнёс он шёпотом, адресованным исключительно мне. — У него двести тысяч подписчиков.

— Я понял. — Кивнул на кофр. — Открывайте, показывайте свой усилитель.

Игорь уже сам расстегнул замки