Очень приятно, Царь! На посошок - Евгений Бергер

— Рада, что ты помнишь. — тихо произнесла она.

— Долг есть долг.

Изольда не стала ничего комментировать. Просто откусила и зажмурилась. Почти так же, как во время дегустации хот-догов… Только её лицо расплылось в ещё более блаженной улыбке.

Есть особая высшая награда для того, кто готовит. Это не аплодисменты. Не деньги. Не звёзды в гиде. Это когда человек откусывает — и на секунду закрывает глаза. Потому что в этот момент он только здесь и сейчас. В этот момент для него существует только вкус и только душевное тепло.

Четыре пары закрытых глаз. Четыре восторженных лица. Да! Ради этого стоило встать к плите.

— А ты что? Не будешь? — удивился я, глядя на защитницу.

— А мне зачем? Я тут, как телохранитель… — слегка смущённо ответила Тома.

— Заботишься о Славике — а кто позаботится о тебе?

Синеволосая защитница окончательно покраснела и отвела взгляд. Но шаверму съела. Причём с таким наслаждением, словно она никогда не ела ничего вкуснее. Приятно… Намного лучше тысячи комплиментов.

Дядя Рубен рассказывал про это чувство. Когда очень стараешься. И гость настолько счастлив в этот момент, что ты понимаешь его эмоции без слов. Вот! Вот он — истинный кайф быть поваром!

Вечер продолжался максимально здорово и легко. Конечно же, я перешёл на коктейли и был весёлым.

Сидеть в компании прекрасных девушек — это отдельная атмосфера и удовольствие. Странное. Необъяснимое наукой. А после очередной шутки про блондинок, я и вовсе почувствовал себя в реальной «малине».

— Кто мне скажет, почему «коктейль» называется именно так? — после третьего «Базил Смеша» спросила Изольда.

— Почему? — Летти заинтересованно посмотрела на неё.

— Наверное… — предположила Славик: — Всё дело в переводе?

— А как переводится слово «коктейль»?

— Ну… Тейл — это хвост. А кок… — Госпожа Теньшина смущённо покраснела. Ой, на словах всегда такая дерзкая. А как только до дела доходит — приходится заводить, как старый грузовик с кривого ключа!

— Члено-хвост! — щёлкнув пальцами, выдала Лилия, после чего все громко засмеялись. Эх… Лишь бы нас отсюда не выгнали.

— На самом деле — Славик почти угадала. — кивнул я, отпив из своего стаканчика «Олд Фэшн»: — Но есть нюанс. Дело в том, что изначально все напитки смешивали весьма козырным способом. А именно — длинным пером с хвоста петуха! Отсюда и название — «Хвост петуха». Кок-тейл. Или по-нашему — коктейль.

— Ого! Дерек голова! — усмехнулась Летти.

— Ещё бы. Я же постоянно читаю.

Мы просидели до половины двенадцатого. Без единой ссоры. Без единой сцены. Даже выяснения отношений в формате: «А кто я тебе» у нас не было.

Некомпетентная ситуация превратилась в дружеский ужин. Тёплый, шумный и до безобразия человеческий. Это был ужин людей, которых глупость свела в одном месте. И которые, невзирая на пересечения интересов — оказались офигенной компанией!

В полночь приехал Эскобар. Лилию и Летти мы отправили на бизнес-такси, а Изольда, Тома, я и Славик утрамбовались в «Мазду». И это с учётом того, что за рулём сидел наш трезвый водитель.

На пассажирское кресло сел я. Тома и Изольда заняли детский диван. А Славик благополучно разлеглась на их коленках. Очень надеюсь, что нас не спалят ДПС…

Ночная ноябрьская Москва решила удивить нас первыми снежинками.

— Ва-а-а-у! — обрадованно воскликнула Славик: — Вот это красота!

— Угу. Я всегда любил начало зимы. Хотя… Что там? Я и в целом очень люблю зиму. Всё вокруг белое. Блестящее. А ещё все готовятся к Новому году. — мечтательно произнёс я.

— Главное не забыть шины сменить. — тихо буркнул Эскобар, заворачивая к Центру столицы.

— О! Завтра же этим займусь. Вернее — уже сегодня.

Как только мы доехали до Харитоновки, я отправил волка домой на такси, а затем пошёл провожать девчонок в «Бурого медведя».

— Оп-па! Вот это поворот! — Снежа встретила нас возле почтового ящика: — Господин Цареградцев, а тебе не жирно будет? Ладно, Госпожа Звонарёва. Ладно, Госпожа Теньшина. Но Томочку я точно не отдам! Она светоч целомудрия в этом мире похоти и разврата!

— Спасибо… — смущённо ответила Тома. Ох, Снежа… Знала бы ты, что твой «светоч целомудрия» говорила в ресторане.

— Десять минут. Заведу девчонок по комнатам и пойду к себе в общагу.

— Ты главное им ничего не заводи. Давай! Пока Томочка с тобой — я не переживаю. — фыркнула Снежа.

Проводив Славика и Тому, мы с Изольдой направились на её этаж.

— Знаешь, Дерек… — она посмотрела на меня очень тёплым взглядом: — Сегодня я поняла одну очень важную вещь.

— Что я охрененный повар?

— Нет. — старшая Звонарёва резко остановилась, а затем прижала меня к стенке: — Что я просто жесть, как тебя ревную…

После этого было, что-то типа страстного поцелуя, плавно перетекающего в покусывание моей нижней губы.

— Печально. Но что я могу сделать? Ты сама сказала, что мы не можем быть вместе.

— Я… Обдумаю свои слова. И твоё положение. — тихо прошептала Изольда: — У тебя слишком много воздыхательниц. И… Что-то мне совсем не хочется тебя с ними делить.

— Как нехорошо. Мне правда очень жаль. — театрально вздохнул я.

— Дерек-Дерек… Ты ходишь по очень тонкому льду. — хитро улыбнулась она: — Рано или поздно, я пойму, как выкрутиться из этой ситуации. Но это будет чуть позже… А пока — я жду вторую половину свидания. И… спасибо за сегодня. Мне правда очень понравилось! Я до этого Лилию и Летти не воспринимала, как потенциальных подруг. Какие-то они стервозные… По крайней мере, мне так казалось. Но сегодня я поняла, что они очень даже хорошие.

— Вот видишь? Больше друзей богу друзей.

— Но тем не менее… Я жду свидание, Дерек. Очень жду. — чмокнув меня в щёку, Изольда грациозно удалилась в свою комнату.

Фу-у-у-у-ух… Сексуальное напряжение, етить, чувствую!

Выдохнув, и пытаясь не думать о пошлостях, я спустился вниз и поставил перед Снежей пакетик.

— Это что?

— Шаверма. Сам делал. Специально для вас.

Она недоверчиво развернула пакетик и понюхала. В этот момент по её лицу пробежала целая гамма чувств: подозрение, удивление, а потом… что-то мягкое.

— М… Мне? — тихо переспросила Снежа: — Но… почему?