Черный лев и снежная чародейка - Алла Железнова

– Так они и рады. В большинстве случаев, – оптимистично заявил итарец.

– Неужели? – недоверчиво вздернула я бровь.

– Если самцу удалось связать оборотницу в пару, значит, уже доказал ей силу и способность защитить. Ты видела наших женщин в ярости?

– Нет.

– Это то еще зрелище. Не каждая сдается, только если она сама не заинтересована мужчине.

– И что? Все они счастливы?

– Есть исключения, когда избранница предпочитает более слабого кота, но ее прайд решает иначе.

– Договорные браки? Неужели они у вас существуют?

– Увы… – невесело заметил Далас, что сразу же сподвигло меня задать следующий вопрос:

– А у тебя была… женщина?

– Десятки, – усмехнулся оборотень, наблюдая за моей реакцией.

Я стукнула кулачком его в грудь.

– Я не об этом! Похотливый котяра!

– Нет. Своим прайдом я еще не обзавелся, пока…

– Сколько тебе лет? – задумчиво протянула я.

– Примерно сто семьдесят.

– И что? За сто пятьдесят лет у тебя не возникло желания с кем-то создать свою семью?

– У меня – нет. А вот у моих родителей… Я обязан был повязать в паре дочь нашего кровного врага, чтобы решить многолетние разногласия между нашими могущественными прайдами. Меня не устроило условие: Тирэна должна была стать главной самкой в моем собственном прайде. Мой лев не имел к тигрице никакого интереса, и я отсрочил брак. Улетел с планеты, обещая отцу все хорошо обдумать и договориться со своим зверем.

– Но стал контрабандистом.

– Стал. Неплохо заработал, можно сказать, купил собственную независимость от семьи. Я решил уйти из нее, но не как слабый самец. Только вот увлекся и застрял здесь на двадцать пять лет.

– Наверное, твоя участь перешла младшему брату? – задумчиво протянула я.

– Не думаю. Лихар слаб, род Норкрива не примет его кандидатуру. Только Тьма знает, что там сейчас творится.

– У вас же три планеты в Системе обитаемы. С какой из них ты? – я сама не заметила, как стала оглаживать гладкий массивный подбородок итарца, наслаждаясь этим. У оборотней не бывает щетины, только шерсть при частичной трансформации.

– С Туриона. Той, что ближе к звезде Мирцее.

– Говорят, Мирцея освещает ваши земли красным светом?

– В зависимости от времени суток. У нас всегда жарко, снега не бывает совсем.

– Ты хотел бы вернуться? – почему-то этот вопрос меня взволновал.

– Да. Я слишком устал от темноты и холода.

Поразмыслив немного, я поерзала на крепких коленях оборотня, устраиваясь поудобней, и попросила:

– Расскажи мне о своем мире. Какой он?

– Яркий, залитый светом всех оттенков красного. Зеленых цветов у нас мало, растительность пестрит преимущественно желтыми красками. Большую часть Туриона занимают степи. Океанов у нас два, семнадцать морей и множество рек. Горные хребты высокие, но в них так же жарко, как в степи. Леса все без исключения – лиственные. Так что, хвойного мыла у нас нет.

– А кафаре у вас делают?

– Разумеется, но стоит это удовольствие явно дороже, чем на Сарфире.

– Какая жалость.

– Собралась ко мне в гости? – игриво спросил Далас, зарываясь носом в мои золотистые волосы.

– Не исключаю варианта, – улыбнулась я.

Лев в нем довольно заурчал.

– Я покажу тебе наши белокаменные города. Как бы ни нарастал технический прогресс, а частные строения мы все строим из камня. Все офисные и торговые центы отстраиваем в глубине города, а жилые здания – на окраинах, чтобы не приходилось далеко добираться до вольных просторов.

– У нас похоже все устроено.

– Определенный город на всех трех планетах принадлежит тому или иному прайду. В роду моего отца состоит целая область.

– А ты собирался создавать свой. Как?

– Выкупил бы у него район на окраине.

– Как все… запутанно, – зевнула я и мгновенно задремала, пригревшись в надежных объятиях.

Далас крепче прижал меня к себе и еле слышно произнес:

– Когда прилетим туда, я всему тебя научу. Ты быстро освоишься.

А в голове у него пронеслась другая тревожная мысль: «Если только нас не разлучат… – собрав всю свою волю в кулак, он решительно завил сам себе: – Не позволю!»

Первый раз я проснулась, переворачиваясь с боку на бок. Я спала под боком у льва, удобно расположив свою голову на его передней лапе. Итарец бодрствовал и наблюдал за моим копошением. Может, я его разбудила? Когда же я снова проснулась через какое-то время, чтобы справить нужду, Далас все так же наблюдал за мной. Я потерла глаза и приподнялась на локте, огладив свободной рукой черную морду.

– Может, поспишь? Ты и прошлую ночь не спал.

Ответом мне было тихое грозное рычание.

– Ладно, дело твое.

После этого я быстренько шмыгнула за поворот тоннеля, буквально на полминутки, и вернулась назад под неодобрительное ворчание. Сон моментально вернулся ко мне, как только я легла на прежнее место. Кто его знает, который час? Если бы не оборотень, я бы вообще решила, что все дни слились в одну бесконечную ночь. На удивление, итарец меня не будил. Я полностью выспалась и проснулась сама только от того, что тело устало лежать на жестком песчанике. Перехватив напряженный взгляд льва, я сначала нахмурилась, а потом обеспокоилась.

– Ты чувствуешь рядом хищников? Поэтому не сомкнул глаз?

В ответ мне снова раздалось урчание, а блеск в темных глазах меня озадачил. Почему он до сих пор не обернулся, для меня остается загадкой.

– Надо перекусить и идти дальше.

Вытащив холодный кусок жареного мяса из прихваченного узла, я стала его есть, одновременно осматривая тоннель, в котором мы находимся. Мышцы спины немного побаливают, а в животе поселился дискомфорт, видимо сказываются последствия ночевки на земле. Подойдя к одной из стен вплотную, обнаружила две интересные находки, и так увлеклась их созерцанием, что не заметила, как позади меня итарец бесшумно сменил ипостась.

– Далас! Это же… сплав люминесцентных металлов! Вот почему тут так светло. А это… – я всмотрелась пристальней в черную массу, что отбрасывала повсюду блики. – Святая Солун! Гляди, это и есть фарматол!

В это же мгновенье оборотень прильнул ко мне со спины, с силой вжимая в стену, от чего я непроизвольно охнула. Левой рукой он обхватил меня за плечи, стискивая в объятиях и лишая возможности двигаться, правую решительно сместил на живот.

– Далас?!

– Тихо! – велел итарец повелительным тоном.

Кожаные завязки на моих штанах были стремительно развязаны ловкими движениями, теплая ладонь осторожно скользнула вниз и замерла на промежности. Оборотень уткнулся носом в мои волосы, глубоко и порывисто вдыхая мой аромат. Его средний палец скользнул ниже, проникая в меня глубоко меж бедер, заставив взволнованно произнести его имя снова.

– Ох,