Ненужная жена князя Горчакова - Мелина Боярова

Сосредоточившись, я заставила молекулы металла «притереться» друг к другу, сглаживая неровности и создавая идеальную геометрию.

— Яков, теперь твоя очередь, — позвала второго мага, ощущая стремительный отток силы. — Закрепи основание и соедини его так, чтобы камень стал с чугуном единым целым.

— Слушаюсь, — коротко ответил маг, призывая дар, который отозвался утробным гулом в земле. — Готово! — выдохнул он через четверть часа, утирая крупные капли пота со лба. — Теперь станина не сдвинется с места, даже если начнется землетрясение.

Дальше настал черед установки более мелких деталей, с которыми Михаил управлялся сам или привлекал к помощи мужиков. Мы работали без перерыва, позабыв о еде и отдыхе, пока солнце не начало клониться к закату.

Установку водяного колеса отложили на утро. Всем нам требовался отдых и восполнение потраченных резервов. Особенно в свете того, что лопасти прогнили настолько, что рассыпались бы от первого удара воды.

Я видела единственное решение, которое могло нам помочь, и оно требовало от меня полной отдачи. Утром мы снова собрались на лесопилке, чтобы завершить начатое.

— Михаил, выставляй старые лопасти! — приказала, глядя на огромное колесо. — Крепи все, какие есть. Даже те, что кажутся трухой.

— Но они же не выдержат, барышня! — Кубышкин посмотрел на меня как на безумную. — Вода их в щепки разнесет!

— Делай, что сказано, Михаил. — Я бухнула тростью по деревянному настилу. — Думаешь, я этого не понимаю? Сейчас увидите, на что способна хозяйка Щепкино.

Как только лопасти были установлены, я подошла к колесу и прижалась лбом к мокрой древесине, пахнущей тиной. Закрыв глаза, погрузилась в глубокий транс, стараясь почувствовать каждую пору прогнившего дерева. Я не просто видела его, а будто была им, ощущая слабость, гниль, проевшую насквозь, и потенциал.

Сначала я просто пыталась извлечь влагу, но, к сожалению, сушка не означала, что старое дерево станет прочным. Пришлось начать процесс петрификации (окаменения), заполняя поры древесины минеральными солями, извлекая их из земли и воды.

Этой технике не учили в академии, и я знала о ней лишь в теории. Сплав химии и магии позволил совершить невозможное. Дерево окаменело, превратившись в сверхпрочный композит, способный выдержать тонны давления, не теряя при этом своей формы.

Лопасти потяжелели, приобретая оттенок серого камня, а мой резерв ухнул вниз, вытягивая из меня жизнь. Но я не отступила, пока последняя щепка не превратилась в монолит.

— Открывайте шлюз! — выдохнула я, падая на колени. — Живо!

Глава 35

Михаил рванул рычаг, и река, долго томившаяся в неволе, с ревом обрушилась на колесо, обдавая нас холодными брызгами. Раздался страшный скрип, металл протестующе взвизгнул. На мгновение показалось, что все сейчас рухнет, погребая нас под обломками.

Но колесо дрогнуло и нехотя сдвинулось с места, а затем, подминая под себя яростный поток, сделало полный оборот. Гул работающего механизма заполнил лес, перекрывая шум воды.

— Оно крутится! — радостно взвизгнул Вениамин, захлопав в ладоши, как ребенок. — Работает!

— Анастасия Павловна, что же вы так? — с упреком подскочил ко мне Яков, помогая подняться.

— Подавай первое бревно! — Михаил, охваченный азартом, уже командовал мужиками, которые с опаской приблизились к ожившему чудовищу. — Направляй на пилы! Живее!

Огромный сосновый ствол плавно пошел по желобам, встречаясь с бешено вращающимися пилами, которые вгрызлись в дерево с хищным воем. В воздух взметнулось облако ароматных опилок, оседая на моей одежде и волосах.

Я устало улыбнулась, вдыхая самый лучший запах в мире и глядя на то, как из-под пил выходит первая доска. Ровная и гладкая, без единой зазубрины.

— Мы сделали это, — всхлипнула, ощущая, как по щекам текут слезы.

Яков же с благоговением коснулся окаменевшей лопасти и перевел на меня восхищенный взгляд.

— Анастасия Павловна, вы совершили невозможное! — Его пальцы задрожали, когда он попытался считать структуру. — Подобного материала не существует в природе! Никакая сушка не даст такой крепости за считанные минуты. Вы гений?

— Я просто инженер, Яков, — покачала головой и смахнула с лица опилки вместе со слезами. — Инженер, которому придется отдавать ваш долг, если не сумею выполнить взятые на себя обязательства.

Подняв с пола первую стружку, еще теплую от трения, сжала ее в руке. Лесопилка гудела, а земля под ногами вибрировала в такт работе механизмов. Но она работала, и это означало, что первый шаг к строительству будущей империи сделан.

— Вениамин, не расслабляйся. — Я посмотрела на студента, который уже пытался увильнуть от работы. — После обеда займемся калибровкой. Каждая доска нашего производства должна быть идеальной.

Немного передохнув и восполнив силы за плотным обедом, я вернулась на лесопилку. Приблизившись к пильной раме, прикоснулась к металлу, пытаясь почувствовать его изнутри. Я видела перекос в два миллиметра, а это недопустимо, если хотела торговать лесом высшего класса.

— Яков Иванович, здесь понадобится более точный зажим, — указала на недочет. — Пила «гуляет», а этого не должно быть. Иначе на выходе получим не калиброванный брус, а дрова для камина.

Маг тяжело вздохнул и приблизился, на ходу протирая запотевшие очки.

— Анастасия Павловна, я — выпускник академии, а не подмастерье слесаря! — буркнул ворчливо, в то время как его руки уже начали плести структуру удерживающего заклинания. — Мои расчеты верны, это сталь у вас несовершенна.

— Тогда сделай ее совершенной! — пресекла все возражения резким жестом. — Мы с вами не на диспуте в академии.

Вениамин в это время пытался «уговорить» вторую пилу не перегреваться. Он водил пальцами по лезвию, оставляя за собой дорожку голубоватого света, и выглядел так, будто делал нам величайшее одолжение.

— Еще один такой взгляд, Вениамин, и на ужин тебе подадут опилки! — пригрозила, проходя мимо.

— Ой, боюсь-боюсь, Ваша Светлость! — Студент картинно прижал руки к груди, хотя в глазах промелькнула тень уважения.

Наконец, станки запели в унисон, издавая звук, от которого закладывало уши, а бревна, пошедшие на распил, превратились в идеальные доски. Я коснулась свежего среза, думая о том, что следующим шагом будет передовая технология сушки, способная сделать нас богатыми или окончательно выжечь мой магический резерв.

В прошлом дерево сушили годами, штабелируя его под навесами и уповая на божью милость, чтобы влага не попала внутрь. У меня не было столько времени. До приезда Чередина оставались считанные дни.

Первую партию древесины я велела сложить в закрытом помещении склада, где Яков подготовил тепловые контуры. Оба мага должны были вливать магию в узлы плетения, но основной процесс сушки зависел только от меня и моего дара.

Я вошла в круг, чувствуя, как магия