Императар? Стукай! - Кайзер

— Так точно, сэр.

— Отлично. Веди к капеллану.

Мюррей почувствовал легкое разочарование, когда тот, кого он выбрал своим противником, развернулся и ушел в тыл. Но не успел он расстроиться, как к нему подбежал орк.

— Босс.

— Чего тебе?

— Он… Он пришел.

Не нужно было называть имен. На лице Мюррея расцвела широкая, хищная улыбка. Он поднял взгляд и увидел, как сквозь их ряды к фронту стремительно приближается облако пыли. Тысячи элитных орков шли за своим абсолютным чемпионом прямо в пекло.

— Значит, всё-таки решил подраться… Да, Канан?

Глава 12

Вдали от разрывающихся снарядов полковник Тайрон спешным шагом следовал за солдатом к капеллану. Ему не нужно было объяснять субординацию: когда говорит Ангел Императора, все остальные молчат и слушают. Тайрон понимал, что этот Астартес теперь его прямой командир.

Штаб представлял собой наспех разбитый шатер за второй линией траншей (которую солдаты Крига всё еще докапывали). За их спинами грохотала тяжелая артиллерия — звук, способный порвать барабанные перепонки любому, кто забыл надеть защиту.

Внутри, в окружении офицеров Крестового Похода, стоял могучий Астартес. Его шлем был выполнен в форме жуткого черепа с крестом на лбу, а в руках он сжимал Крозиус Арканум — силовую булаву, гудящую от психической энергии владельца. Оружие, способное разорвать и плоть, и душу.

— Капеллан Халдредд, — отчеканил Тайрон.

— Полковник. Отлично, что вы здесь, — голос капеллана был быстрым и жестким. — У нас есть данные ауспексов для контратаки, но мне нужен ваш отчет, чтобы понять, с чем именно мы имеем дело.

Никаких формальностей. Этот капеллан был прирожденным воином, готовым немедленно броситься в бой. Это сразу вызвало у полковника уважение.

— Центр стагнирует. Обе стороны держат позиции, потери терпимые. На севере наши бронетанковые части вступили в ближний бой с их техникой. Южный фланг под вопросом, там находится комиссар Харрус. Уверен, они держатся.

Халдредд на секунду замер. Офицеры переглянулись: что делает простой комиссар на острие командования целым флангом? Но сейчас было не до вопросов. Если полковник Крига верит в него, значит, он того стоит.

— Принято. Что по Штормовым Соколам?

— Ничего. Пропали с радаров с самого начала боя. На связь не выходят.

— Скверно. Полковник, отправляйтесь на север. Принимаете командование сектором, включая находящихся там Астартес. Я беру центр. Отправлю одного из своих офицеров на помощь комиссару на юг.

Это решение шокировало всех, включая самого Тайрона. Поручить смертному командование Ангелами Императора? Сынами Рогала Дорна?! Это было неслыханно.

— Капеллан… Вы уверены? Не слишком ли это опрометчиво? — рискнул спросить один из Храмовников.

— Надеюсь, что нет. Но полковник не только лучше всех знает ход этого боя, у него есть реальный опыт войны конкретно с этой Ордой. Справитесь, полковник?

— Так точно, господин, — Тайрон щелкнул каблуками и отдал салют в идеальной манере Крига.

Снаружи его уже ждал «Таурос», чтобы немедленно доставить на северный фланг. Его оперативное прибытие в итоге смогло остановить прорыв орочьих боевых фур Мюррея. Но как только он уехал, в шатер ввалился белый как мел связист.

— Ка… Ка… Капеллан… — заикался он.

— В чем дело, солдат?

— Там… на фронте… Это… Это существо…

— Отставить панику! Что там? Орк? Варбосс?

— Э-это не… не орк. Это… монстр…

Эти слова, хоть и звучали как панический бред, были абсолютной правдой. Там, посреди крови и разорванных тел Атен III, нечто непостижимое несло смерть врагам Империума.

Прибытие Черных Храмовников стало катастрофой для орков. Темные ангелы были непробиваемыми бастионами стали и ярости. Зеленокожие ничего не могли им сделать, как бы Мюррей ни пытался переиграть их тактически. Но потом пришел он.

Его появление ознаменовалось тем, что три разорванных тела Астартес в черной броне с грохотом перелетели через поле боя.

Все, абсолютно все в радиусе километра застыли. Орки, Астартес, солдаты Крига, Астра Милитарум. Все в оцепенении смотрели на эту первобытную жестокость. Беловолосый орк явился лично. Каудильо сбросил покров анонимности и теперь возвышался на поле боя — трехметровый чемпион смерти. Нобы за его спиной ухмылялись. Орки взревели от экстаза. Люди почувствовали, как их кровь превращается в лед.

Почти без брони, с глазами, пылающими абсолютной ненавистью, он сжимал гигантский топор, с которого капала кровь только что убитых им Ангелов Императора. Рядом с ним скалился огромный белый сквиг, а за спиной монолитом стояла его личная гвардия.

Канан зарычал. Перед его глазами стояло то самое прошлое, которое он ненавидел всем своим естеством. Эти Астартес — его бывшие "братья". Те, кто промывал ему мозги, кормя пустой ложью. Его жажда мести была настолько физически осязаемой, что даже его собственные орки инстинктивно отшатнулись. Это был не взгляд существа, ищущего "хорошей драки". Это был взгляд того, кто пришел за абсолютным уничтожением.

Он даже не отдал приказ. Из его глотки вырвался такой оглушительный рев, что его услышал даже Курнет за несколько километров оттуда — и кровожадно расхохотался. Это был тот самый момент. Каудильо лично ведет их в великий WAAAGH!

Канан рванул вперед. Оркам потребовалась секунда, чтобы осознать происходящее и броситься следом, а люди отмерли только тогда, когда топор Канана разрубил пополам с десяток гвардейцев Астра Милитарум одним взмахом. Контратака Империума захлебнулась в ту же секунду.

Ведомые Нобами, зеленокожие врезались в порядки людей, как раскаленный нож в масло. Ни один человек на их пути не встретил пощады — неофиты, ветераны, простые солдаты перемалывались в кровавую кашу.

Ангелы Императора, генетически совершенные воины, покорившие галактику, не имели ни единого шанса против этого обезумевшего орка.

Канан знал о них всё. Их слепые зоны, тактику, паттерны ударов и слабости. Он бил с хирургической точностью, но с первобытной силой. Силовая броня лопалась под его топором. Цепные мечи не успевали коснуться его плоти. Даже болтерные очереди в упор не причиняли ему вреда — ведь если миллионная Орда искренне верит, что их Каудильо бессмертен… значит, так оно и есть.

Прошло меньше десяти минут. Когда капеллан Халдредд прибыл на передовую,