Фантастика 2026-32 - Евгений Александрович Белогорский

Свобода и независимость полиса всегда ценилось греками превыше всего, а недавний захват города наемниками Фиброна, вызывало у жителей откровенную неприязнь в отношении чужих солдат в Кириене.

  Все это подмывало Аристида сказать гордое «нет», но трагическая судьба Тира и блеск золота струившегося из ларей, смущало душу главного переговорщика.

 - Твое пожелание царь, для нас столь неожиданное, как и лестно. Прости нас, но нам нужно время, чтобы оповестить жителей города о твоем предложении и подготовить храм для твоего визита. Позволь нам вернуться в город – почтительно произнес Аристид, и сопровождавшие его греки согласно закивали головами. Хитрые купцы испугались, что македонский царь захватит их в заложники и силой принудить город открыть свои врата, однако Александр был выше подобных мыслей.

 - Хорошо, идите и скажите горожанам о моем предложении. Я надеюсь, что к полудню город будет готов принять меня со всем его уважением - величаво произнес монарх и кивком головы отпустил стоявших перед ним навытяжку отцов города.

  Что происходило за стенами города навсегда останется тайной. Можно конечно предположить, что за принятие предложения царя выступала промакедонская партия, которую успел сформировать на царское золото Птоломей. Несомненно, при этом  шли яростные дебаты и перепалки, которые разом теряли свой напор и накал от вида стоявшей у ворот города македонской армии и флота.

  В назначенный час ворота распахнулись, и к македонцам вновь вышла городская делегация. Идущий впереди Аристид, торжественно объявил, что жители города выражают свое согласие с волей царя Александра провести жертвоприношение в их храме и  готовы на время войны с Карфагеном разместить у себя македонский гарнизон.

  В ответ, Александр приказал казначею отдать золото Аристиду и вместе с Ликаоном, назначенным командиром македонского гарнизона в Кириене направился в город.   

  Торжественный проход царской свиты к храму Зевса, навсегда остался в памяти жителей Кириены, как незабываемый праздник. Потрясал не только царственный вид македонского царя, его свиты и почетного караула. Вслед за Александром, ехали два всадника, которые доставали из своих седельных сумок деньги и полными горстями швыряли их в толпу, заставляя горожан кричать славу великому царю.

  Проведя жертвоприношение и заключив договор со старейшинами города, Александр не предался пирам и праздности. Все, то малое время, что царь дал своим войскам для отдыха, он постоянно проводил за стенами города, наблюдая за тренировкой своих солдат или за маневрами отдельных судов эскадры под руководством опытного Неарха.

  Всем своим видом монарха показывал, что он готовится к началу боевых действий с серьезным и опасным противником, в борьбе с которым лень и праздность совершенно недопустима.

  Столпившись на стенах, жители города с восхищением и страхом смотрели на огромную военную махину, что расположилась под их стенами и чью силу и крепость им посчастливилось не испытать на себе.

  На шестой день пребывания в Кириене, Александр собирался дать сигнал к выступлению, когда к нему прибыло посольство из сицилийского города Гела со слезной просьбой о защите от сиракузского тирана Агафокла. Благодаря деньгам своей жены, он смог нанять большое количество наемников, чьи мечи помогли ему захватить верховную власть в Сиракузах. Легкий успех вскружил Агафоклу голову, и он решил подчинить своей власти все сицилийские города.

  Действуя быстро и решительно, он захватил уже соседний с Сиракузами полис Мегара и подступился к Леонтинам и Геле, горожане которого обратились к великому царю за помощью и защите.

  Появление нового тирана в Сиракузах не совпадало с планами Александра по кампании в Сицилии, но не расходилось с их сутью. Поэтому, Александр без всякого колебания согласился помочь Геле в борьбе с сиракузским тираном. В знак того, что его слова не расходятся с делом, он объявил, что намерен отправить против Агафокла одного из лучших своих стратегов - кардийца Эвмена.

  Объявив свою волю просителям из Леонтин, Александр не стал откладывать дело в долгий ящик. Он приказал пажам позвать к себе стратега, и не прошло и пяти минут, как Эвмен был уже в его шатре. Положив руку на плечо Эвмена, Александр сказал, что отправляет его на Сицилию для защиты от произвола Агафокла жителей Леонтин и Гелы. Также в присутствии послов, Александр потребовал от стратега, чтобы он всячески защищал права и свободу сицилийцев, решивших перейти под его руку.

  После того как Эвмен пообещал царю любой ценой выполнить его волю, Александр приказал принести знак воинской власти над всеми отданными под командование стратега войсками. Когда пажи принесли в шатер жезл из слоновой кости украшенный золотыми вставками, Александр торжественно вручил его преклонившему колено Эвмену. Подобный ритуал являлся частью нововведений македонского царя для армии, и полностью был позаимствован им у египетских фараонов.

  Величественное зрелище, умело разыгранное Александром перед просителями, потрясло и ошеломило искавших защиты сицилийских греков до глубины души. Со слезами радости на глазах они были готовы на руках вынести Эвмена из царского шатра и доставить стратега к корабельным сходням, но этого не потребовалось. Получив из рук царя жезл власти, стратег почтительно поклонился Александру, его гостям и под радостные крики покинул царский шатер.

  Большой поход на Запад начался.

                Глава V. Малые интриги царского дворца.

                Оставленные ушедшими на войну мужьями жены, как правило, живут своей особой жизнью. Не стали исключением и александрийские затворницы оставленные царем и его стратегами на время большого похода.

  Царица Эвридика усиленно ходила по повитухам, желая точно знать, успела она понести от своего брата-мужа или нет. Быстро освоившись со всеми особенностями дворцовой жизни Александрии, она стремилась получить из своего положения максимум выгоды.

  Аппетиты у главной женой великого царя стали расти с каждым днем. Подобно голодному человеку, попавшему после долгого воздержания в кладовую доверху набитой различной снедью, Эвридика спешила получить удовольствие от жизни.

  Что касается теперь уже бывшей главной жены Роксаны, то она переживала нелегкий момент своей жизни. Решение Александра взять в жены собственную сестру, она встретила с пониманием. Царица давно привыкла к наличию у Александра других жен, но провозглашение Эвридики главной царской женой, было для Роксаны тяжелым ударом. Осознание того, что в один день она из полновластной царицы превратилась во второстепенную жену, приносило ей невыносимые страдания.

  Впав в депрессию, назло Александру она сблизилась со стратегом Пердиккой, давно мечтавшим разделить с ней ложе. Результатом этой короткой, но бурной связи стала беременность Роксаны. Поддавшись порыву страсти, она позабыла