Термос, Пельмени и Тайна Тестоленда - Рина Белая

Он не рискнул спрашивать напрямую у ангелов, где тут находится центральный выход. Слишком хорошо знал, чем это закончится: очередной напев хором, что-то в духе:

«Ты — дома. Все хорошо. Твое желание уйти — лишь память о земной суете. Отпусти ее».

Вася криво усмехнулся.

Отпустишь тут…

Проигнорировав приглашение на вечернюю медитацию, он поспешил к мудрым козам.

Козы выглядели солидно: с густыми бородами, глазами, полными спокойной тоски, и даже с серьезными бронзовыми колокольчиками на шеях.

Вася выбрал, как ему показалось, самую мудрую козу, подошел и опустился перед ней на корточки.

— Простите, уважаемая, — осторожно начал он. — Мне нужно… ну, выйти отсюда. Вы можете указать путь? Или хотя бы направление?

Коза посмотрела на него так пристально, что Вася уже почти приготовился услышать нечто в духе древнего пророчества. Она шагнула вперед, медленно жевнула травинку — и изрекла:

— Мееее.

— Простите, не понял.

Другая коза подошла, уткнулась в его плечо и тоже произнесла:

— Мееее.

— Окей. План А — провалился, — пробормотал Вася, выпрямляясь и отряхивая ладони о штаны. — Мудрые козы оказались не такими уж и мудрыми. Переходим к плану В.

Если рай — это вершина, крайняя точка, — рассудил Вася, — то где-то обязательно должен быть спуск. Пропасть. Обрыв. Не могут же эти безупречные облака тянуться бесконечно?!

Он направился к пруду и наполнил термос водой, поправил рюкзак на плечах и пошел. Просто вперед — туда, где рай становился менее знакомым.

Он шел час, два, три… Он искал обрыв, расщелину, край. Хоть что-то, куда можно было бы… упасть.

На всем протяжении пути ему попадались ангелы.

— Может, немного медитации на Хрустальном холме?

— Или почитаем вслух стихи о принятии?

— А хочешь побрызгать листья росой? Очень умиротворяет.

Вася вежливо отказывался. Кивал. Улыбался уголком рта. И шел дальше. А они просто исчезали — так же мягко, как и появлялись.

Ночь — если это вообще можно было назвать ночью — прошла в безмолвных поисках. Он перебирался через кусты, обходил светящиеся деревья, заглядывал под мостики, даже пробовал забираться на холмы, чтобы окинуть взглядом бесконечную местность.

Ничего.

Ни трещины. Ни обрыва. Ни малейшего опасного участка. Все было гладко, безопасно, предсказуемо и идеально ухожено.

Устав, Вася сел у ствола дерева, пахнущего медом и молоком.

Легкий теплый ветер прошелестел в листве. Где-то неподалеку мягко заиграла арфа, возвещая рассвет.

— План В тоже накрылся… — прошептал Вася и, не поднимая головы, тихо добавил:

— Ангелы. Где вы?..

После образцово-полезного завтра Вася вернулся в свою палату.

Он шагал туда-сюда, меряя комнату шагами, словно тигр в зоопарке.

Желание сбежать стало уже не просто идеей, а навязчивой, зудящей потребностью. Оно свербело под кожей. Горело где-то под ребрами.

Но как, черт побери, это сделать?!

В этот раз, к счастью, он не произнес эти слова вслух. Хор ангелов не появился. И мысль осталась при нем. А она, эта самая мысль, уже крутилась рядом, — неясная, как плавник рыбы под гладью воды. И вот-вот должна была вынырнуть, сорваться с крючка подсознания и вспыхнуть полной картиной.

И вдруг — озарение.

Вася резко остановился. Даже перестал дышать на секунду.

Карта!

У него была карта, нарисованная рукой его наставника — эльфа Эл’навиэля.

И хотя тут же в голове всплыла отрезвляющая мысль:

«Да ну, бред. Разве может быть на карте изображен план рая? Рай — он же типа вне пространства…» — руки уже тянулись к рюкзаку.

Пальцы сами расстегнули молнию, нащупали знакомый сверток и развернули его.

Он начал вглядываться. Горные массивы, долины, тракты… все, как и прежде.

Никакого рая.

Никакого намека на светлые сады, арфы, гамачки из солнечных лучей и стеблей мяты.

Вася еще раз пробежал взглядом по карте — серебристый значок в виде треугольника с рюкзаком тоже отсутствовал.

— Эх… План С тоже накрылся, — выдохнул Вася, сворачивая карту.

Но тут его взгляд скользнул по обратной стороне. Он развернул карту полностью и перевернул.

Вот он.

План. План рая.

Те самые аллеи, пруды, клумбы, павильоны, даже поляна с гадающими девушками — все было.

И, самое главное — треугольничек. Серебристый, крошечный, с рюкзачком.

— Здравствуй, родимый, — пробормотал Вася, и впервые за все время почувствовал легкую дрожь надежды.

Теперь у него был ориентир.

Глава 34

День: 11.

Официально: Ад — это не просто место мучений, а сложный, мрачный, жестокий, и аморальный мир.

Вася: Если рай — это стерильная больница, то ад — это скорее отдел по работе с временно прибывшими.

Вася сидел на краю кровати, склонившись над картой. Он щурился, разглядывая схему рая, нанесенную тончайшими линиями. Он отчетливо видел центральный вход — большой и торжественный.

А вот выхода не было. Совсем.

Логично, — подумал Вася, — кто захочет уходить из рая? Сюда стремились веками. Сбежать отсюда значило оскорбить саму идею совершенства.

Но Вася решил рискнуть.

Он упрямо всматривался в карту, словно пытался силой взгляда вытянуть из нее то, что она пыталась скрыть.

Где-то в углу, на самом краю схемы, Вася наконец заметил крошечный символ — прямоугольник с буквой «L» и едва различимой подписью:

«Использовать только в случае крайней необходимости».

— Конечно, — усмехнулся он и подумал:

Если уж рай устроен как стерильная больница, где все подчиняется строгим правилам, то аварийный выход у него тоже должен быть. Все по небесному ГОСТу.

Однако несмотря на то, что выход был найден, Вася продолжал сидеть на кровати и методично прокручивать в голове план побега.

Оставался один, но очень важный вопрос: что делать с ангелами?

Эти ребята могли появиться в самых неожиданных местах в самый неподходящий момент.

А как только они поймут, что он задумал — вряд ли просто отпустят. Скорее всего, запоют хором, обнимут, усадят в гамак и начнут читать стихи о принятии.

Вася передернул плечами и достал из рюкзака моток скотча. Теперь — это был ключевой элемент Плана С.

Набравшись храбрости он позвал первого ангела.

— Привет, дружище. Поможешь? Подержи за край.

Ангел с любопытством взял ленту скотча.

— Спасибо. Но знаешь, мне нужно больше рук. Подожди.

Он подозвал еще одного. Потом еще. И еще. Каждый раз — с тем же вежливым выражением лица.

— Встаньте, пожалуйста, в круг. Вот так. Да-да, ближе. Чуть плотнее. Еще ближе. Отлично.

Ангелы переглядывались, слегка пожимали плечами, но никто не возражал. Они покорно принимали липкую ленту, все еще не понимая, во что играет Вася.

А Вася продолжал улыбаться — спокойно, дружелюбно, почти по-ангельски.

Когда свободных ангелов не осталось, и на его просьбу о