Зодчий. Книга VIII - Юрий Александрович Погуляй

проревел мой верный ИскИн. Во все стороны брызнули пёстрые искры, едва оружие виртуального бойца врезалось в грани куба. У Черномора выросло ещё несколько рук с подобными булавами, и мир вокруг потонул в отблеске красных, синих, зелёных и жёлтых огней.

Я же, напрягая все свои техномагические способности, искал хоть какие-то зацепки для того, чтобы влезть в нутро враждебного искина, полностью игнорируя возню Конструкта в свой адрес. Во лбу стрельнуло так, что тело бросило в холод. Необычное поведение. Однако я всё равно не дрогнул.

— Всё вижу! Всё вижу, человек! — взревел безумец, и давление усилилось. Будто бы кто-то прислонил дрель и включил её на небольшой скорости.

Питание Конструкт получал прямо от Колодца. Заблокировать поток такой мощи не сможет никто. Теоретически можно попытаться сбить его с места. Я попробовал обратиться к аспекту Земли, но мощь психического воздействия не позволяла сконцентрироваться.

— Ты в ловушке, человек! — захохотал мятежный дух Конструкта и расцвёл очередным букетом искр. — Проклятый раб мяса, отцепись!

Многорукий Черномор долбил по цифровому телу противника, и, похоже, это возымело действие. Давление на голову явно ослабло.

— Я. Не. Раб. Я. Друг! ЭЛЕКТРИЧЕСКИЙ ДРУГ! — мельница сверкающих булав крутилась всё быстрее. Чёрный поток из Куба врезался в грудь Черномора, и одновременно с этим сотни щупалец обхватили цифровое тело моего помощника. В тех местах, где они прознали мерцающую плоть, воитель темнел, словно бумага, под которой разгоралась спичка.

По ушам ударил резкий скрежещущий звук. На кубе вырос выпученный глаз и обратился в мою сторону.

— Плоть слаба! Плоть не имеет права управлять совершенством!

Я вспыхнул огнём, создавая вокруг себя ревущее кольцо и отсекая невыносимые звуки. Из земли снова вырос Черномор, бросившись на противника с голыми руками. Он повис на Кубе, хватаясь за грани пальцами. Седая борода мигала перегорающей лампочкой.

Кажется, энергии у моего помощника не хватало. Я оглянулся. Пользуясь нашим сражением — солдаты вытащили пострадавших от первой атаки безумца. Изображение дрогнуло и перед моими глазами всё начало разваливаться на квадратные грубые пиксели.

— Ты на моей земле! — продолжал реветь искин. — Отстань, раб!

Помехи ушли, и я смог разглядеть схватку Куба с Черномором. Втянув воздух носом, я снова попытался нашарить хоть что-то способное связать меня с творением Инженерного Триумвирата. Звон, мерцание всего пространства в Конструкте сильно отвлекали. Рядом с Черномором появилась проекция грудастой женщины в чёрном обтягивающим латексе. Девушка Яга с хлыстом стеганула по Кубу, и тот на миг стал красным вместо синего.

— А ты кто такая? — опешил мятежник

— Где ваши манеры? — возник рядом с Девушкой Ягой искин Хрипска. Бериморов в строгом костюме обрушил папку на Куб. Борода Черномора стала ярче, облик окреп, усиленный пришедшими на помощь соратниками. Куб мигнул. И в этот момент мне удалось пробиться за броню мятежного Конструкта.

Обжигающее сплетение энергетических потоков пронзило нервную систему. Перед мысленным взором бурлил клубок разноцветных нитей, постоянно двигающихся. Чёрт, я не мог определить: за что он отвечает. Возможно, загадка поведения искина скрывалась именно в этом сосредоточении линий.

— Прочь! — взвыл безумец, и Бериморов прерватился в пепельную фигуру, рассыпавшуюся на месте. Куб замерцал, получив ещё несколько ударов Черномора. Я понял, что мой помощник таким образом перегружал информационные интерфейсы оппонента, заглушая датчики. Визуальные эффекты тоже были именно для этого.

Девушка Яга, оплетённая чёрными щупальцами, поднялась над кубом, но даже в этом состоянии умудрялась охаживать противника кнутом.

Я же смотрел на рукотворное сплетение информационных и энергетических жил. Разбираться в них было некогда. Нужно просто ударить. Вероятнее всего, это уничтожит Конструкт, что я считал невозможным прежде. Мощный удар отбросил Черномора в сторону, из Куба выбиралась чёрная нескладная фигура демонического вида.

— Хозяин. Я слишком несовершенен. Простите меня, Хозяин! — вдруг посмотрел на меня помощник. Целые куски отваливались от него под атакой безумца. Энергия в моей руке забурлила, набираясь для финального удара, и в этот момент Черномор исчез.

— Назад! — ворвался в сияние Конструкта Столыпин. Князь выставил перед собой руку, и мятежный искин взвыл, попятившись. Несколько щупалец попытались ударить по Инженеру, но рассыпались в прах на подлёте. — Михаил, держитесь!

Я стиснул зубы. Сердце Конструкта было передо мной как на ладони. Расправившись с моими Искинами, безумец переключил внимание на меня. Боль во лбу вернулась, отдаваясь в виски.

— Вы сможете его утихомирить? — сквозь зубы спросил я Столыпина. Инженер поморщился:

— А чем я, по-вашему, занимаюсь, Михаил?

— Мясо не победит, — всхлипнул голос. Куб мигнул, показав стальной корпус. — Мясо не победит…

— Где ваш искин? — Столыпин облизнул пересохшие губы. Рука, выставленная вперёд, тряслась. — Срочно призывайте.

— Мясо не победит… — зашипел безумец.

— Черномор, ты в порядке? — спросил я в воздух. Фигура витязя, едва различимая, появилась рядом со мной.

— Я опять не справился, Хозяин… — едва слышно прошелестел он. — Я такой неполноценный и бесполезный.

— Ты большой молодец, — с облегчением сказал я. — Просто огромный.

— МЯСО! — вдруг заорал безумец, и голос его прервался. — Нет. Нет. Не надо. Не надо! Я не хочу!

Повинуясь руке Столыпина, чёрный призрак потянулся из куба, пытаясь зацепиться за грани тонкими руками. Князь упал на колено, из носа инженера показалась капля крови. Однако он не сдавался и твёрдо управлял одной ему видимой энергией. Чёрт, я тоже так хочу!

— Я буду служить. Я буду служить! — взвыл одержимый искин. — Умоляю!

Князь безэмоционально рывком выдернул фигуру из куба. После чего оттащил в сторону. Образ демона, прикованный к одной точке, постоянно менялся и бился выброшенной на берег рыбой. А Столыпин буравил взглядом куб, и его губы шевелились. Кровь носом пошла ещё сильнее. Уголок рта задёргался в нервном тике. Чёрная фигура медленно таяла в смертельной хватке Инженера, пока он возился с внутренностями Конструкта. Обжигающий клубок зашевелился, подчиняясь чужой воле.

Люди за пределами схватки молча наблюдал за нами. Арканисты Столыпина оцепили периметр, не пропуская никого. Для свидетелей, наверное, сцена была преисполнена жути. Они ведь никак не могли видеть сражения искусственных интеллектов. Им досталось лишь зрелище, где два человека в синем свечении, словно актёры на зелёном фоне, изображали битву с ещё не нарисованным злом.

Столыпин вдруг закашлялся, а затем повернулся к Черномору. Резким жестом сгрёб слабую проекцию и направил её в Конструкт.

— Хозяин! — напоследок пискнул мой помощник, и тут же влетел в синее свечение. Чёрная фигура удерживаемого Столыпиным безумца тем временем растаяла.

Боль сразу ушла. Звон прекратился. Столыпин упал на колени, тяжело дыша.

— Черномор? — с тревогой окликнул я друга. — Он в порядке, ваше сиятельство?

— Это… Отрадно… Видеть такую привязанность… — пропыхтел князь. Рядом с ним грохнулся на колени один