Зодчий. Книга VIII - Юрий Александрович Погуляй

— Простите, пока не понимаю вас.

— Мне хотелось бы погрузить вас в науку, Михаил. В настоящую науку, а не эти турели и ямы с кольями. И если вы пройдёте все испытания, то, кто знает, может быть, когда-нибудь вы окажетесь на моём месте. Так что… Я предлагаю вам знания, Михаил. Те, которыми вы сможете овладеть.

Звучало заманчиво. Научиться работать с любым Конструктом. Управлять ими на глубоком уровне, а не через прослойку искусственного интеллекта. Понимать его.

— Кажется, вам это интересно, — заметил заминку Столыпин.

— Очень неожиданное предложение, — признался я. — И несказанно соблазнительное. Конструкты… Они меня завораживают. Сложно представить, что они созданы человеком.

— И всё же так оно и есть. Я говорил о своих мыслях с Государем, и Его Императорское Величество готовы будут вас отпустить, если вы подготовите ваш сильно благородный выпуск Зодчих. На новой должности, боюсь, вам будет не до этой глубинки. Вам предстоит очень много узнать, — князь подмигнул мне. — Подумайте. А пока давайте продолжим.

Он подал сигнал, и окружающий мир обрушился на нас звуками и движениями.

Тягач остановился в нескольких метрах от Колодца. Трое специалистов технического сопровождения сноровисто вскрыли контейнер. Две машины прикрытия уже направлялись прочь, одна через Комаровку, вторая назад через земли Светланы. Больше прятаться было не нужно.

Конструкт был заколочен в деревянный каркас и выглядел совершенно буднично. А когда его за протянутые стропы потянул манипулятор — так и вовсе показалось, будто мы очутились на стройке, а не на месте монтажа Конструктора.

Над нашими головами пролетел военный вертолёт, уходя чуть к северу, чтобы ненароком не задеть линию Изнанки. Неподалёку склонились над аппаратурой представители Тринадцатого Отдела, причём не из людей Кадывкина, а прибывшие с колонной. Видимо, персональные эксперты Столыпина.

Я мысленно дотянулся до техники специалистов, бегло просмотрев их. Фургон с оборудованием отдела стоял чуть дальше, и в нём на огромных аккумуляторах работал направленный сканер, скрытый от глаз наблюдающих. Судя по зелёной зоне на мониторе — рядом представителей Скверны не наблюдалось.

Однако тревога меня всё равно не покидала.

— Черномор, — приказал я виртуальному помощнику, дотягивающемся сюда по проложенной зоне. — Следи за показателями. Любые возмущения Скверны сразу передавай мне.

— Сделаю, Хозяин! — отчитался возникший рядом ИскИн.

— Не волнуйтесь, Михаил. Здесь лучшие специалисты Империи. Скверны поблизости нет. Иначе я бы и не приехал, — с улыбкой сказал князь. Точно, он ведь видит искины… И диалог слышал, получается.

— Кто осторожен, тот живёт дольше, ваше сиятельство, — глухо произнёс я. — Это Фронтир. Ситуация может измениться в любой момент.

— Мне нравится ваш настрой, — не стал спорить Столыпин. — Но помните, кто ярче горит, то быстрее сгорает.

Я оставил это без комментария.

Манипулятор с гулом и лязгом пронёс свою ношу над головами людей и осторожно опустил деревянный каркас на обозначенное красными флажками место Колодца, и энергия стала выплёвывать почти осязаемые искры. Столыпин наблюдал за тем, что происходит, с довольной улыбкой. Повернулся ко мне, явно сгорая от нетерпения:

— Чувствуете? Как мурашки, да?

Я кивнул. Утерянная в моём мире технология Конструктов казалась даром из другой вселенной, и сейчас на моих глазах происходило событие, из-за которого в далёком прошлом готовы были погибнуть тысячи могучих чародеев, лишь бы иметь мизерный шанс на победу над Изнанкой.

Никто и никогда не занимал земли, бывшие под Скверной. В этом мире не знали моих секретов, а в моём родном были лишены местных тайн.

Когда деревянный каркас сбили топорами и ломами, то пред нашими глазами появился серебристый металлический блок, размером два на два метра, с вычурными линиями рёбер, похожих на кожух охлаждения. Столыпин шагнул вперёд и позвал меня за собой жестом.

Отказаться от такой возможности я никак не мог. Это как стать свидетелем божественного чуда. Старательно сражаясь с почти священным трепетом, я изучал девственно-чистый Конструкт, на боках которого виднелись следы смазки. Сплав, из которого создано чудо техники, разумеется, распознать не удалось. Все мои таланты не позволяли проникнуть под броню вершины техномагической мысли. Труд целого производства, выпускающего два-три Конструкта в год.

Однако без энергии Колодца блестящий механизм выглядел не так впечатляюще. В нём просто не было души. Холодный сундук с секретами и всё.

По поверхности вдруг пробежалась синяя искра. Столыпин приблизился к Конструкту, прикоснулся к нему рукой и прикрыл глаза. Вокруг нас тут же поднялись десятки магических барьеров. Воздух, вода, огонь. Даже земля под ногами обратилась в непроницаемый щит. Арканисты не медлили, обеспечивая безопасность Инженеру Триумвирата.

— Вы чувствуете его зов, Михаил? — вдруг спросил князь, не открывая глаз. — Чувствуете, как пробуждается новый разум, получая живительное питание?

Я подошёл ближе.

— Положите руку на Конструкт, прошу вас, — посмотрел на меня Столыпин, в глубине его глаз плескался детский восторг. — Это никогда не надоедает, поверьте.

Я подчинился, но ничего не ощутил поначалу. А потом незнакомый металл стал нагреваться. Синие искры пробегали по рёбрам Конструкта всё чаще, иногда превращаясь в дуги. Одна из них выстрелила прямо в ладонь князя, но тот только улыбнулся. Конструкт загудел изнутри.

— Слышите? — спросил Столыпин.

Я помотал головой.

— Если примете мой зов, то рано или поздно услышите. А теперь назад.

Пришлось отступить, с некоторой жалостью убрав руки с тёплого, как будто живого, металла. Столыпин последовал моему примеру чуть позже, закончив одному ему видимые настройки. Конструкт вспыхивал синим светом, словно разгорался изнутри, а затем чуть приподнялся над землёй. Сияние становилось сильнее, постепенно скрывая металл, и через несколько минут в воздухе кружился уже знакомый мне куб Конструкта. Такой, каким я привык его видеть.

— Лучшая работа в мире, — поделился побледневший Столыпин. Времени у Конструкта он провёл немного, но лицо блестело от пота, и глаза запали. Руки тряслись, и потому князь сунул их в карманы.

Я промолчал, наблюдая за Конструктом. И всё же что-то было не так. По-прежнему не так.

— Мы закончили, — возвестил Столыпин, обернувшись к ожидающей неподалёку Миловой. — Кажется, вы должны продолжить, верно?

— Ваше сиятельство, вы уверены, что всё штатно? — тихо спросил я. Князь поднял руку, останавливая только-только сделавшую шаг девушку. Однако у меня на душе было неспокойно.

Поток энергии был слишком осязаем. Сейчас в нём стало ещё больше незнакомых частот.

— Мне кажется, будто энергия отличается от обычной… — признался я. — Всё ещё.

— Этот эффект продлится неделю после инициации, Михаил. Не волнуйтесь. Ваша осторожность — это прекрасно, но если слишком много нервничать, это может вас убить, — посетовал князь и сделал жест остановившейся Миловой, мол, продолжайте. Чёрт его знает, может, он прав? Я впервые