Рыцарь пентаклей - Юрий Витальевич Силоч

Молчание, прерываемое только чавканьем грязи под ногами.

– Слушай, – сказал наконец Нильс. – А почему ты на них не набросился, а ждал меня?

Виго смутился:

– Ах, это… Я не мог. Просто в такие моменты легко потерять контроль над собой, знаешь ли…

– Понимаю, – кивнул Нильс и вздохнул. – Та же проблема. Мы пришли. – Здоровяк указал на заброшенный дом – покосившийся, черный, с темными провалами окон. Он скрипел даже от случайно брошенного взгляда.

– До свидания! – попрощался вампир.

– Ага. Пока. – Белобрысый здоровяк снял клочок шерсти со лба, вытер ладонь о балахон и протянул ее вурдалаку. – Спасибо за помощь.

Виго стоял, тупо уставившись на протянутую руку. Он видел этот жест раньше и понимал его значение, но, так уж вышло, ни разу в жизни не практиковал.

– Что? – настороженно буркнул Нильс и собрался опустить ладонь, но вампир поспешно вцепился в нее и с силой потряс.

– Пока! – Он широко улыбался удивленному оборотню. – Всего хорошего! До новых встреч!..

Нильс осторожно попытался высвободиться, и Виго, почувствовав это, отпустил оборотня и зачем-то завел свои ладони за спину.

– Ага. И тебе тоже… – буркнул здоровяк и направился в дом, то и дело оглядываясь на довольного Виго. Оборотень не мог понять, чему упырь так обрадовался. Он не знал, что для вампира это было огромное событие: впервые за полторы сотни лет ему подали руку. И он ее пожал. А значит, жизнь (если это понятие применимо к умертвиям) налаживалась.

Глава 11

Спустя пару дней лидеры городских банд снова собрались вместе, но уже без Шрама и не в привычной им «…люхе». В этот раз они встретились на одной из множества загородных вилл, окружавших Брунеген. Бандиты, воры и убийцы сидели в огромном обеденном зале с высокими потолками, цветными витражными окнами и красочными гобеленами. О серый мрамор стен, пола и потолка бились их голоса.

– Что значит, не ты? Именно от тебя мне пришло письмо!

– Какого?.. Это же ты писал, чтобы мы…

– Нет, Замочник, это был не я, клянусь. Но почерк похож, это верно. – Шиллинг вертел в пальцах лист бумаги. – И печать тоже.

– А у меня письмо от Замочника. – Старик, из-за крючковатого носа и худого лица похожий на птицу-падальщика (и носивший прозвище Гриф с гордостью), вставил в глаз монокль и развернул лист бумаги.

– Надо же… Занятно получается, – сказал кто-то. – А я и не заподозрил ничего, думал, мы обсудим, что делать с исчезновением Шрама.

– А разве с ним надо что-то делать? – отозвался хлыщеватый и смазливый молодой человек, из рукава которого выглядывали игральные карты. Кажется, тузы. – Шрам устроил бойню в центре города и теперь в лапах дворцовой охранки. Готов поставить сотню талеров против ржавого гвоздя, что у него сейчас не осталось ни одной целой кости.

– И кстати говоря, – нахмурился гриф в монокле, – некоторые уже начали передел. Мне это не нравится. В конце концов, все мы цивилизованные люди. – Он обвел присутствующих птичьим взглядом бледно-серых глаз. Присутствующие закивали, отводя взгляды, и гриф продолжил: – Вы знаете, чем заканчиваются подобные… реквизиции. Нужно договариваться, иначе может начаться большая война.

– Ах да, и лидер! – вспомнил Шиллинг. – Нам нужен новый лидер. Предлагаю себя!

Бандиты загалдели: каждый пытался донести до окружающих, что занять такой высокий пост достоин лишь он.

– Предлагаю себя, – раздался голос, перекрывший сразу всех. Бандиты повернули головы и увидели уже знакомую им фигуру в черном балахоне с капюшоном.

Шиллинг всплеснул руками:

– Как? Опять?!

– Да он издевается! – прошипел Гриф. – Знаете, врываться на наши собрания становится у вас привычкой.

Замочник, наоборот, обрадовался:

– А фокусы будут?

– Вообще-то, – лорд Ординари поднял руку, взывая к тишине, – это мое собрание.

Бандиты одновременно вспомнили о таинственных письмах, все поняли и хором протянули: «А-а-а».

– И зачем же ты нас пригласил? – поинтересовался Гриф. Он вытащил монокль и принялся протирать его носовым платком. Старик выглядел намного спокойнее, чем должен выглядеть человек, осознавший, что находится на вражеской территории.

– Поговорить. – Орди приблизился и сел на ближайший стул.

– Вы очень наглы, молодой человек, мне это даже импонирует. И вы смогли устранить Шрама, что тоже впечатляет. Но неужели вы думаете, что после пережитого унижения и избиения вашими ряжеными стражниками мы захотим говорить?..

Орди изобразил изумление:

– А разве вы хотите еще унижений и избиения?

Вместо ответа Гриф поднял указательный палец, словно предлагая немного подождать, и вытащил из-за пазухи здоровенный пистолет, покрытый резьбой, позолотой и прочими красивыми штуками, которые никак не помогают попасть в цель.

– Встать! – приказал старик. – Господа!

Еще несколько человек, включая хлыща-картежника, достали оружие – ножи и пистолеты.

– Что тут происходит? – удивился Шиллинг, который принести с собой оружие не догадался.

– Ловушка, кретин! – презрительно бросил Гриф. – Руки! Ну! – приказал он Орди.

Юноша, пожав плечами, показал пустые ладони.

– А почему вы нам ничего не сказали? – обиженно спросил Замочник.

– Потому что ты идиот, – процедил старик с моноклем и снова обратился к Ординари: – Как видите, в этот раз мы вас перехитрили. Надо ли упоминать, что дом окружен нашими людьми?

– Нашими? – Поднял бровь Шиллинг. – Мои люди сейчас на своих местах. Что ты собираешься делать, старый хрыч?

– Побеседовать с нашим уважаемым хитрецом. А потом, – Гриф плотоядно ухмыльнулся, как будто увидел свежую тушу антилопы, – мы обсудим передел империи Шрама.

– Думаю, о людях не стоит упоминать, – заметил юноша. – Кстати, о них…

Гриф подавился словами и уставился, тяжело дыша, за спину молодого человека. Монокль выпал – глаза старика распахнулись широко-широко. Судя по звуку камнепада, с потолка только что спикировал Скульпо. Но это был не конец концерта: по залу пронеслась стая летучих мышей. Воцарился столь милый сердцу Орди хаос: крики, грохот мебели, звон посуды и падающих ножей, выстрелы в пустоту. Юноша воспользовался замешательством Грифа и заехал ему в глаз. Оружие старика упало, и новичок-выскочка быстро им завладел.

– Топрый фечер! – поздоровался Виго, собравшийся в противоположном углу комнаты. Он улыбнулся, сверкнув выпущенными наружу клыками, и с большим любопытством осмотрел шеи присутствующих. Присутствующие сделали выводы и шеи инстинктивно прикрыли.

– Что-то случилось, лорд Ординари? – Нильс, который размахивал на ходу здоровенной драгунской саблей, стал единственным, кто зашел как положено – через дверь. Зашел – и глухо зарычал. А вслед за ним, протискиваясь боком из-за собственной высоты и ширины, в комнату ввалилось нечто определенно похожее на человека. По крайней мере, формой. В остальном это самое