Синдром отложенного проклятия - Анна Денисова

— За сопротивление власти! За нападение на представителей Короны! За то, что вы — Чёрный Владыка!

— Я пекарь, Фабиан. На пенсии. С радикулитом.

— Вы Морган Проклятый! Этого достаточно!

— Достаточно для чего? Для суда? Для казни? Для того, чтобы вы могли спать спокойно, зная, что старый пекарь больше не угрожает вашему контролю над троном?

Фабиан дёрнулся, пытаясь освободиться. Штукатурка скрипнула, но не поддалась.

— Контроль, — продолжал Морган. — Вы сами сказали. Вам не нужна справедливость. Вам нужна власть. И Алтарь был бы отличным инструментом. Но Алтарь погас. Проклятие снято. Что вы теперь будете делать?

Фабиан молчал. Его серые глаза сверлили Моргана с ненавистью, которую не мог скрыть даже слой пыли на лице.

Внезапно он рванулся. Штукатурка треснула, и Инквизитор вскочил на ноги. В руке его блеснул жезл, из которого он стрелял заклинанием паралича.

— Алтарь погас, — процедил Фабиан. — Но его можно зажечь снова. Вы знаете как. Вы создали его. Вы научите меня.

— Или что?

— Или я убью ваших внуков.

В библиотеке повисла тишина. Даже Гарольд перестал комментировать.

Морган почувствовал, как внутри что-то щёлкает. Не магия, что-то другое. Что-то, чего он не ощущал сто лет. Настоящая, холодная, обжигающая ярость.

Не как на подгоревший пирог.

Как тогда. Сто лет назад. Когда враг стоял перед ним, и весь мир сжимался до одной точки, точки между его ладонью и сердцем противника.

— Вы угрожаете моей семье, — сказал Морган тихо. — В моём доме. В моей Цитадели.

— Это не ваша Цитадель. Вы от неё отказались.

— Я из неё ушёл. Это другое. Из дома можно уйти, но он остаётся твоим.

Фабиан вскинул жезл. Морган поднял ладонь.

И магия проснулась.

Она хлынула изнутри мощным, тёмным потоком. Сто лет она дремала, накапливаясь где-то в глубине, под слоями муки, ванили и заботы о внуках. Сейчас она рванулась наружу.

Вокруг ладони Моргана сгустилась тьма. Не злая. Просто тёмная. Как ночное небо. Как тень старого дуба. Как защита, которую нельзя пробить.

Заклинание Фабиана ударило в эту тьму и разлетелось брызгами белого света. Инквизитор выстрелил снова, и снова безрезультатно. Его лицо исказилось от ярости и страха.

— Ты же на пенсии! — выкрикнул он.

— Я в отпуске, — ответил Морган. — А в отпуске иногда приходится отвечать на срочные звонки.

— Агнес! — позвал он, не оборачиваясь. — Алтарь! Ты говорила, есть лазейка. Найди её. Сейчас.

Агнес уже сидела у стелы. Её лицо было сосредоточенным, как на экзамене по самому сложному предмету. Портфель лежал рядом, раскрытый, и она быстро перебирала бумаги.

— Я работаю! — отозвалась она. — Но мне нужно время!

— У нас его нет! Фабиан бьёт сильнее!

— Ну так бей в ответ!

— Я не бью! Я защищаюсь! Это философская разница!

— Философия нам не поможет!

Морган заблокировал ещё одно заклинание. Тьма вокруг его ладони начала дрожать, сто лет без практики давали о себе знать.

— Агнес, быстрее!

— Не кричи, ты меня отвлекаешь!

— Что ты ищешь⁈

— Лазейку в формулировке проклятия! Ты сам сказал сто лет назад: «Пока жив тот, кто его наложил, или пока мир не изменится». Понимаешь?

— Нет!

— Объясняю! — Агнес поднялась и шагнула к стеле. — Проклятие имеет два условия отмены. Первое: смерть наложившего. Второе: изменение мира. Ты не умер, значит, первое условие не применимо. Но второе…

— Что — второе?

— Ты пекарь! Ты сто лет печёшь круассаны! Ты не Чёрный Владыка! Ты изменился, и мир изменился вместе с тобой! Если я докажу Алтарю, что Морган Проклятый и Морган Дейл — это два разных человека, то субъект проклятия считается выбывшим! А без субъекта проклятие не может существовать!

Фабиан, услышав это, расхохотался.

— Два разных человека⁈ Вы с ума сошли⁈ Это один и тот же человек! Любой суд подтвердит!

— Мы не в суде, — отрезала Агнес. — Мы у Алтаря. А Алтарь — это магическое устройство. Он понимает логику. А логика — это моя специализация.

Она открыла портфель и начала доставать документы. Один за другим, аккуратные, подшитые, с печатями и подписями.

— Вот, — она подняла первый лист. — Чек из пекарни «Теплая корочка». Датирован тридцатым годом от Падения Первой Династии — это семьдесят лет после войны. Здесь указано: «Продавец — Морган Дейл, пекарь третьего разряда». Не Чёрный Владыка. Пекарь.

Она подняла второй лист.

— Патент на рецепт круассана. Выдан Гильдией Пекарей сорок лет назад. На имя Моргана Дейла. С печатью и подписью главы Гильдии. Чёрные Владыки не патентуют круассаны!

— Агнес, — простонал Морган, блокируя очередное заклинание Фабиана, — ты серьёзно⁈

— Я юрист, дедушка! У меня всё серьёзно!

Она подняла третий предмет. Это была маленькая, слегка помятая карточка, магическая фотография, сделанная на ярмарке три года назад. На ней Тео, смущённый и счастливый, держал на руках Баалбара в кошачьей форме. Кот смотрел в объектив с выражением вселенского презрения. Тео улыбался так, будто выиграл в лотерею.

— Фотография Тео с котиком, — объявила Агнес. — Сделана три года назад в Эльмсфорде. На ярмарке. Внук Чёрного Владыки не фотографируется на ярмарках с котиками!

— Эй! — возмутился Тео. — Я не котик! То есть… я не с котиком! То есть… Баалбар не котик!

— Для целей данного доказательства, — отрезала Агнес, — Баалбар — котик.

«Я демонический фамильяр, а не котик», — раздался в голове Моргана возмущённый голос Баалбара. «И я попросил бы…»

— Помолчи, Баалбар! — рявкнул Морган. — Агнес, продолжай!

Агнес разложила документы перед стелой и повернулась к Алтарю.

— Уважаемый Алтарь! — начала она голосом, которым обычно открывала учебные судебные заседания. — Я, Агнес Дейл, студентка четвёртого курса Академии Чародейского Права, представляю интересы Моргана Дейла, пекаря третьего разряда. Я утверждаю, что субъект проклятия, наложенного сто лет назад, — Чёрный Владыка Морган Проклятый — более не существует. Он выбыл. Он мёртв. Не физически, но юридически.

Экран Алтаря мигнул.

«ЗАПРОС ПРИНЯТ. ПОЖАЛУЙСТА, ПРЕДОСТАВЬТЕ ДОКАЗАТЕЛЬСТВА».

— Доказательства перед вами! — Агнес указала на чек, патент и фотографию. — Чек подтверждает, что Морган Дейл вёл легальную коммерческую деятельность в качестве пекаря. Патент на круассан подтверждает, что он внёс вклад в кулинарное искусство, а не в тёмную магию. Фотография с котиком, — она на мгновение запнулась, — подтверждает, что он является дедушкой, а не Тёмным Властелином. Тёмные Властелины не фотографируются с котиками на ярмарках!

— А я говорил! — подал голос Тео. — Я говорил, что Баалбар не котик!

— Тео, заткнись! — хором сказали Морган, Агнес и Лорелея.

Экран Алтаря замигал быстрее. Строчки побежали одна за другой.

«АНАЛИЗ ДОКАЗАТЕЛЬСТВ… ЧЕК: ПОДЛИННЫЙ. ПАТЕНТ: ПОДЛИННЫЙ. ФОТОГРАФИЯ: ПОДЛИННАЯ. НА ФОТОГРАФИИ ПРИСУТСТВУЕТ КОТ. СОГЛАСНО БАЗЕ