Святейший кровопийца. Том 2 - Демьян Копьёв

что его мастерство нисколько не худе мастерства послушника Святой Инквизиции. Он выпростал руку вперёд, в сторону моего лица. Удар был правильный, быстрый и хлёсткий, но слишком явный.

Я едва сместился в сторону, пропуская кулак мимо щеки, и тут же шагнул внутрь его зоны, укорачивая дистанцию, тем самым вызывая дискомфорт у противника.

Парень попытался перестроиться, провести удар с другой руки, но я уже сместил центр тяжести, использовав его собственный импульс, и лёгким, почти незаметным движением скользнул плечом под его локоть. Для стороннего наблюдателя всё произошло за доли секунды: рывок, смещение, короткий толчок.

Андрей потерял равновесие. Я не довёл приём до конца, не стал ломать ему руку, просто вывернул, давая телу самому рухнуть на землю. Он упал, глухо ударившись спиной и тряхнул головой, с недоумением глядя на меня.

— Стоп, — произнёс я, отступая на шаг назад.

Парень моргнул, пару раз глубоко вдохнул, перекатился на бок и довольно быстро поднялся. В его глазах мелькнуло не только раздражение, но и понимание того, что произошло.

— Пропустил, — признал он, вставая в стойку, — Ещё?

— Давай, — согласился я.

На этот раз он был осторожнее. Не лез вперёд так нагло. Обошёл меня по кругу, пытаясь нащупать рабочую дистанцию, сделал ложный, проверочный выпад. Я двигался медленно, экономя силы, каждый мой шаг был выверен с особой точностью. Я видел, как напрягаются у Андрея плечи, как смещается центр тяжести. Атаку он начал за долю секунды до того, как кулак двинулся вперёд, по движению тела я уже понимал, куда он будет бить.

Не стал уходить полностью, только слегка повёл корпус в сторону, давая руке скользнуть рядом, и в тот же момент врезал парню в солнечное сплетение, не в полную силу, но достаточно, чтобы выбить воздух.

Летягин согнулся, судорожно хватая ртом воздух. Я отступил ещё на шаг, давая ему время выровнять дыхание.

— Ты хороший боец, — произнёс я, глядя на него сверху вниз, — Серьёзно. Техника есть, база крепкая, но ты слишком привязан к схеме. Ты начинаешь движение и уже не можешь его изменить. Это может стоить тебе жизни в реальном бою. Противник, обязательно воспользуется твоей слабостью.

— То есть надо, — он сделал глубокий вдох, выпрямляясь, — Быть непредсказуемым?

— Да, — кивнул в ответ, — Надо уметь менять решение в процессе боя, научиться чувствовать момент. Если видишь, что атака не заходит, не доводи до конца только потому, что так учили, импровизируй.

— Хорошо, я понял, спасибо, тренер.

Кивнул в ответ.

— Так, Кольцов, теперь ты. Выходи и бери меч, посмотрим, на что ты годен с холодным оружием.

Парень ухмыльнулся, он явно считал себя хорошим мечником и надеялся утереть мне нос.

Кольцов подошёл к стойке с оружием и выбрал один из тренировочных мечей. Аркадий привычным движением провертел его в ладони, оценивая баланс и довольно цокнул.

— Готов, — коротко бросил он, выходя вперёд.

Я тоже достал меч, но только свой, тот — что мне выдали в Инквизиции.

Мы встали друг напротив друга. Кольцов чуть развернул корпус, выставил ногу вперёд, оружие поднял высоко, располагая меч под углом таким образом, чтобы он остриём смотрел мне в лицо.

Интересно, это не классическая школа, а что-то из родовых техник.

— По сигналу, — произнёс я.

— Угу.

Аркадий чуть дернулся, перенеся вес на переднюю ногу.

— Начали.

Парень рванул первым, как я и ожидал. Он сделал резкий шаг вперёд, рубанул сверху-вниз, больше силой, чем техникой, надеясь продавить блок. Я не стал встречать напрямую, сместился в бок, и почти скользящим движением отвёл его клинок в сторону, тут же атаковав сам.

Кольцов не растерялся, выставив защиту, а затем, развернул кисть, переводя удар в боковой, по диагонали, целясь мне в шею. Уже лучше. Я чуть присел, клинок прошёл над моей головой, успев зацепить лишь пару волосков. Это было близко.

Вампир во мне тревожно заворчал.

— Неплохо, — бросил я, разворачиваясь на пятках и видя, что парень сам растерялся. Прикончить нового наставника в первый день тренировок ему не хотелось. Впрочем, если бы он меня прикончил, тогда грош цена была бы такому наставничеству, да и мне в целом.

Секундное замешательство прошло, и Кольцов попробовал прижать меня, не давая пространства для манёвра. Ритм боя стал резче, рубящие движения сменялись уколами и наоборот. Аркадий работал напором, пытаясь взять меня скоростью и плотностью атак, делая ставку на то — что я начну защищаться по схеме, по привычному ему рисунку.

Естественно, этого делать я не стал.

Каждый удар противника я принимал по-разному: то мягко подставлялся, то уходил корпусом в бок, то резко отступал назад, позволяя мечу разрезать пустоту. Я считывал действия противника, как открытую книгу. Лезвия сталкивались, скользили, но Кольцов ничего не мог сделать, чтобы обозначить хоть одно попадание.

Плечи у него работали чуть раньше, чем ноги. Поворот корпуса запаздывал на долю секунды. Стоило один раз это заметить, и мне стало ясно, откуда прилетит следующий удар.

— Не дави в одну линию, — произнёс я, когда мы на миг разошлись, оценивая друг друга, — У тебя слишком топорная атака.

— Вам же будет тяжелее защищаться, — усмехнулся он и снова пошёл вперёд.

На этот раз Аркадий попытался быть хитрее. Он сделал ложный замах справа, затем плавно перетёк влево и провёл в укол по центру, сделал отскок, мгновенно развернулся и попытался зайти сбоку. Я увидел, как улыбка расплывается на его довольном лице.

Вот она, ошибка. Кольцов заранее радовался удачной комбинации, хотя она ещё не была завершена.

Я шагнул навстречу противнику, ломая ему темп движения. Вместо того, чтобы уходить от укола, просто отклонился на полшага влево, подставляя меч под его клинок. Удар скользнул по моему оружию, ушёл в сторону. Во время этого скольжения я провалился вперёд ещё на шаг, под его руку.

Парень не успел среагировать. Слишком верил, что я буду защищаться до конца и не перейду в отрытую атаку.

Послышался глухой хлопок, это я ударил его гардой по кисти.

Бил не в полную силу, но так, чтобы было больно.

— Ай! — выдохнул Аркадий, и его пальцы на мгновение разжались.

Этого хватило, чтобы я выбил меч из его руки и легко коснулся груди кончиком меча.

— Труп, — произнёс спокойно, понимая, что даже не запыхался.

Парень зло дёрнул щекой, посмотрел сперва на мою руку, потом — на свой меч, валяющийся