Эволюция целителя 6 - Сергей Витальевич Карелин

— Поставь, ну а потом свали отсюда! —

— Ты точно не накинешься сегодня⁈ — умоляюще посмотрела на него косоглазая прынцесса.

— И не надейся, человечья тварь! Ты ненасытна как мой бурундук, который жрёт зерно в три горла ежедневно! — заревел дракон.

Принцесса фыркнула и удалилась.

— Вот так я и живу, и каждый день похож на предыдущий… — вздохнул дракон.

Мы посмеялись с Софьей, а затем сцена поменялась. Начался бесконечный нудный трёп. То Ваньки с мужиками из деревни, то со стражей королевской, то с самим королём, который собирал очередных добровольцев.

Хорошо, что начался в какой-то момент антракт. Мы вышли к буфету и я наконец-то добрался до чая.

— Что-то уныло как-то, — признался я Софье, которая составила мне компанию и отхлебнула зелёный чай из небольшой фарфоровой чашки.

— Может дальше будет веселей, — хихикнула Софья. — Но принцесса — это нечто.

— Странный выбор, м-да, — кивнул я. — Хотя некоторые диалоги любопытны.

И да, они напоминают примерно слог Шекспировский из моего мира, но это я говорить Софье не буду.

— Дадим Брыльскому ещё один шанс, — подмигнула Софья, допивая чай и слыша звонок.

— Ну если только один, и то совсем небольшой, — хмыкнул я, ведя княжну в зрительный зал.

Начало второго акта не впечатлило. Всё те же унылые диалоги ни о чём. Понятно было, к чему всё идёт, поэтому и неинтересно.

На одном из моментов я даже прикорнул, понимая, что всё идёт к рейду в сторону башни. Всех дракон замочит, а Ванька останется в живых и сразит дракона. В общем, сюжет стандартный, и от этого становилось грустно. Тыщу за билеты отвалил, чтобы лицезреть это убожество?

— Ох ты ж, блин! — воскликнула возле уха Софья, вцепившись ногтями в мой бицепс и прижимаясь ко мне. Я чуть не выпал с кресла, моментально открывая глаза.

— А? Что? — огляделся я, через пару секунд понимая, что нахожусь в театре.

— Твою-то мать, башку с плеча! Я вышибу тебе мозги, паскуда! — визжал голос со сцены. Я поправил на переносице очки-бинокль, вгляделся и сразу же хохотнул. Вот это треш, конечно!

— Сначала ты отведай артефакта, подлый змей! Утрись соплями и ползи в нору! Я всё равно тебя не пощажу! — выплёвывал плохо загримированный Брыльский.

В руках у него была мерцающая подушка, а над ним нависал на тросах тот самый мужик из башни. Теперь на нём картонный костюм трёхголового змея. Если бы мой Змей Горыныч мог сейчас говорить, он бы презрительно фыркнул в ответ и отпустил пару грязных словечек в адрес режиссёра этого спектакля.

— Агрр-агр-р-р, твою-то мать! Сейчас твои кишки я вырву с наслажденьем! Ну а потом сожру их на твоих глазах! Ха-хах! Ха-хах, дерьмо в ушах! — заревел дракон, и механизм, который держал этого псевдо-дракона, дрогнул. Горыныч начал кружить над Брыльским, который пытался попасть по нему подушкой.

Вдруг из картонных пастей выплеснулось конфетти, а герой закрылся деревянным щитом, затем выскочил и сбил подушкой одну из голов.

В общем, я опять не выдержал, рассмеялся в голос, а Софья следом за мной. Да и в целом хохотали все в нашей ложе и в соседних, да и часть зала тоже нас поддерживала.

Это было настолько абсурдно и в то же время забавно, что смех вырывался сам собой. Когда я взял себя в руки, понял, что самое интересное только начинается.

Видно механизм, держащий дракона, не выдержал. Что-то вверху защёлкало. И Горыныч начал хаотично летать по сцене. Вот он вылетел в зал и несколько зрителей, хохоча, запустили в него смятыми в кругляши буклетами.

— Сейчас я сделаю кружок! Вернусь к тебе, паскуда! И жопу на британский флаг порву! — визжал мужик, переодетый в Горыныча, и в его голосе проскальзывал ужас, больше из-за скорости, на которой он летал над зрителями, и опасных виражей.

Вот он сделал бочку, вернулся на сцену, сбил одной из змеиных голов декорацию в виде облака. Вторая башка оторвалась и упала на Брыльского. Тот рухнул на пятую точку, взвыл, затем вскочил и бросился на приземляющегося Горыныча. Из костюма торчала злая красная физиономия актёра, сбоку болталась третья, уцелевшая голова змея.

Брыльский ударил подушкой ещё раз, с хрустом отрывая третью голову змея.

— Я победил тебя, чешуйчатое чмо! — радостно воскликнул Брыльский, начиная отбивать подушкой красную рожу мужика в картонной чешуе.

— Но нет! Это не всё, отродье человечье! Теперь сразимся по-другому, и ты сдохнешь! Подохнешь в муках, умоляя пощадить! — мужик разорвал костюм напополам, вытаскивая такую же мерцающую подушку, но если у Брыльского оружие мерцало зелёным, то у дракона — красным.

Затем они начали бегать друг за другом по сцене, схлестнувшись в яростной битве подушками. В итоге дракон поскользнулся на одной из картонных голов и упал, ну а Брыльский полетел через него, улетая за кулисы.

Мужик-дракон посмотрел вслед. Это явно не вписывалось в сценарий. Победить должен быть рыцарь. Только я подумал об этом, как Брыльский выскочил из-за кулис, держа в руке швабру. Он обрушил деревяшку на голову своего врага. Та треснула, расколовшись надвое, и дракон охнул, якобы падая замертво. Надеюсь, что швабра уже была подпиленной, иначе так можно и голову пробить при желании.

Но вот тело мужика-дракона вновь взмыло в воздух уже трупиком, а с потолка посыпались цветные бумажные листы.

Я умудрился поймать один из них.

«Дракон побеждён! Да здравствует новый дракон!» — прочёл я.

Затем король, свадьба с бородавчатой косоглазой принцессой, которая габаритами была как пять стандартных принцесс.

Последней сценой спектакля был дворец. Ванька в рыцарских доспехах сидел на троне, рядом прыщавая принцесса массировала его ноги.

— Эх-х, да, принцессы уж давно не те, что были, да и драконы вдруг перевелись, — вздохнул Ванька-Брыльский. — Печально, скучно мне от этих осознаний…

Затем за спиной Брыльского зашелестел воротник. И в воздухе за ним раскрылись три картонные драконьи головы.

— Ох неужели⁈ Как же так⁈ Дракон! — воскликнул Брыльский. — Я стал таким же как мой враг, которого сразил недавно!

— А ну-ка выходи ублюдок трёхголовый! Мы будем биться до смерти, скотина! НО для начала возвращай принцессу! Слышишь, мразь⁈

Принцесса подскочила, бросилась к нарисованному окну, крича в него:

— Мой рыцарь, помоги! Меня снасиловать хотят прямо сейчас!

Медленно закрылся занавес, зал разразился аплодисментами. Актёры вышли на сцену, а Брыльский собрал букеты, поклонившись.

Через пять минут мы с Софьей покинули театр.

Следом за нами сорвались и телохранители Державиной. Ну куда же без них? Трое ждали на ступенях, контролировали ситуацию на подъезде к зданию театра у ещё одной группы. Сколько их вообще контролирует