Эволюция целителя 6 - Сергей Витальевич Карелин

Но главное было то, что они не мешались под ногами и старались оставить нас наедине, насколько это возможно.

— Ну это ж надо такое придумать? — прыснула со смеху Софья. — Я даже не ожидала от Брыльского такой экспрессии!

— Старичок старался, было видно, но переигрывал, — заметил я, улыбаясь. — Правда его меч был слегка туповат.

— Меч вообще отдельная песня! — захохотала Державина. — А помнишь, как Брыльский упал?

— Да, ситуация вышла из-под контроля явно, — признался я.

Мы бродили по набережной канала, к которой вышли, преодолев сотню метров. Купили мороженое и на протяжении всей прогулки обменивались впечатлениями от спектакля. В целом абсурдная комедия получилась, но настроение поднялось, и это главное.

Как только мы вернулись в «Ниву», Софья прильнула ко мне, сладко прошептав на ухо:

— Спасибо за такой увлекательный и весёлый вечер.

— А ещё он был прекрасным благодаря тебе, — сделал я комплимент, от которого княжна сразу же растаяла.

Её бархатные губы потянулись к моим.

— Олег, отвернись, — бросил я здоровяку, и тот что-то нажал на панели. Между водителем и нами возник непрозрачный ментальный барьер.

Мы слились в поцелуе, руки Софьи полезли под мою рубашку, проводя по грудным мышцам и останавливаясь на прессе. Она залилась румянцем, убрала руку и отстранилась.

— Мы спешим? — улыбнулся я, чувствуя, что завёлся.

— Здесь совсем не место, Лёш, — глаза княжны заблестели от желания. — Чуть позже.

— Как хочешь, — я притянул Державину к себе и вновь поцеловал её, а она пересела мне на колени.

Мы целовались всю дорогу, а Пуля, понимая это, поехал по более длинному маршруту.

— Я не хочу домой, — прошептала Софья, сделав паузу между поцелуями. — Может, в парк?

Я попросил Пулю найти поблизости какой-нибудь парк, или что-то вроде того.

Мы остановились через пару минут, и в стекло постучал антенной рации один из телохранителей Державиных.

— Блин, как же они надоели, ты не представляешь, — вздохнула Софья, открывая дверь.

— Софья Ивановна, ваш отец просит вас срочно возвращаться в поместье, — извиняющимся тоном произнёс светловолосый крепко сбитый парень.

— Андрей, передай, что я вернусь… через пару часов, не раньше, — сообщила ему Софья.

Мы вышли из «Нивы». Стоянка вокруг парка была забита автомобилями. Как ещё Пуля нашёл место для парковки, просто удивительно. Джипы охраны притулились на обочине, на другой стороне проезжей части, как раз под знаком «Стоянка запрещена».

К ним подошёл полицейский, и один из них отвёл его в сторону, отстёгивая пару купюр.

Из парка пахло свежестью, оттуда доносился шум листвы, а тротуарная плитка приглашала в гости.

Но тот самый Андрей не дал нам пройти в парк. Он окинул меня напряжённым взглядом, передал княжне смартфон.

— Софья Ивановна, возьмите, — сообщил он. — С вами хочет поговорить ваш отец.

Софья вздохнула, приняла телефон и прислонила его к уху.

— Да, что случилось? Я на прогулке, — бросила она в динамик.

— Живо домой, Софья, — услышал я звенящий голос отца. — Ты же знаешь, к нам приезжают Шевцовы и Соколовские. Мы же договаривались!

Софья убрала смартфон от уха, демонстративно закатила глаза и выдула воздух.

— Опять эти женишки. Как же эти улыбчивые рожи задолбали меня, — прошипела она.

— Раз ты обещала, поехали, я отвезу. Не нужно ссориться с отцом, — мягко проговорил я. — Два часа — и ты свободна. Потом снова могу заехать, и продолжим прогулку.

— Боюсь, что эти визиты до позднего вечера, — печально произнесла Софья. — Ладно, потерплю этих маменькиных сыночков.

Мы сели в «Ниву», и Софья весело взглянула на меня.

— Как до отца не может дойти главное? Я уже выбрала, — улыбнулась она.

Княжна вновь прижалась ко мне, теснее обычного, затем мы поцеловались и не отрывались друг от друга вплоть до того как я услышал тактичный кашель со стороны водительского сиденья.

— Приехали, — произнёс здоровяк и махнул направо. — Вон, уже орлы нервничают.

— Всё, пока, мне пора, — Софья чмокнула меня в щёку и выскользнула из салона.

Я проводил взглядом Софью. Она была восхитительна, умна, с ней весело проводить время. Кажется, что я тоже уже выбрал, причём даже раньше, чем она меня.

Всю дорогу Пуля молчал, понимая, что лучше меня не тревожить. Врубил свою шарманку, из которой доносился чей-то заунывный голос под гитару и ударники.

Я вспомнил о разговоре с князем Трубецким. Ещё раз оценил риски. Он точно не полезет, а если и попытается мне вставить палки в колёса, сделает это через третьих лиц.

Анаболик точно не подвяжется. Зачем ему это? Мы между собой всё решили. Мамонт? Он может. Тем более в память о том, что я работал когда-то на Креста. Но всё же это мелочи. Они знают о моих способностях столько же, сколько первоклассник знает о геополитической ситуации в мире.

Так что один раз отхватят, второй, а в третий раз уже не полезут.

Успокоившись этими мыслями, я уставился в окно. За ним проносился вечерний город. Люди спешили скоротать свободный воскресный вечер в кругу близких и друзей.

Я завидовал им. Здесь близких друзей у меня не было. Рома с Мишей и Зинаида не в счёт. Их знал прошлый Алексей. Для меня же они просто знакомые.

Единственный человек, который стал для меня очень близок — это Софья Державина. Настя с Пулей вроде только приближались к статусу «друзья», да и Захарыч заметно потеплел ко мне.

Но всё же старику я не доверял так, как, например, тому же Пуле. Настюха был болтушкой, вкусно готовила, и ей я также не мог рассказать лишнего.

Так что Софья — вот кто меня поймёт, и ни слова никому не скажет. Мы близки настолько, что я могу доверить ей свои тайны. Конечно, кроме Системы.

Ну и Карыч, лучший мой и верный друг, который всегда прикроет мне спину. Да и Небула, сдерживаемая договором, надёжный тыл. Пока надёжный.

Погружённый в свои мысли, я ехал и смотрел в окно, ловя себя на мысли, что хочу куда-нибудь свалить. Например, на черноморское побережье. На недельку. Хотя кто меня сейчас отпустит? Я сам себя не отпущу, понимая, насколько важно для меня сейчас каждый день выходить на работу и набивать очки опыта.

Я расту. А вот когда вырасту — тогда и подумаем об отдыхе.

* * *

У восточной границы поместья Логинова, пятью минутами ранее

— Лютика, ромашка… для моей Наташка… — подпевал под нос Абдула, ловко размещая ещё один каменный элемент к остальным, подбил его резиновым молоточком.

Затем араб достал стягиватель — овальный артефакт размером со страусиное яйцо, в тысячный раз размещая его