С чистого листа 2029 - Alchy

В общем так, мы уже почти собрались, вам пятнадцать минут на сборы, в два жду на остановке. Подберём вас и на дачу все, собирались же опят в выходные набрать.

— Наташа, — взмолился Жека, — военное положение, посты через перекрёсток, какая дача и опята?

— Обычная, наша и твоя, грибы того и гляди отойдут, сегодня седьмое октября уже. — Наташа была непреклонна: — Два теровца в машине с оружием и документами, в городе всё спокойно, Женя, не нервируй меня, собирайся!

— Поехали, чего ты, — на помощь Наташе пришла Настя, — замаринуем, насушим. Знаешь, я какой салат вкусный умею делать, с опятами, луком и картошкой? Чего сиднем сидеть будем в квартире…

— Вот, Женя, даже твоя подруга сообразительней тебя! — Обрадовалась Наташа поддержке, повысила голос: — Привет, Настя, тереби этого лодыря, в два на остановке, там и познакомимся.

— Привет, сейчас подыму! — Отозвалась Настя и Жека сдался.

Ещё плюс в копилку достоинств Насти — собралась быстро, даже ждала немного, пока он на кухне выбирал четыре луковицы покрупнее, сунув их в небольшой рюкзачок. На вопросительный взгляд Насти туманно пояснил:

— Посидим маленько вечером, новоселье отметим и вообще, сейчас в магазин заедем, мяса возьмем, темнеет после шести, как раз хватит времени.

— Да ты мой романтик, — Настя чуть привстала, чмокнула его в щёку, — пошли быстрей!

Закинул сайгу на плечо, пробежался по пунктам: свет выключен везде, корм питомице насыпан, можно выходить, закрыл дверь на три оборота. Едва перешли дорогу — показалась машина Шамитовых, остановились на посту ненадолго и к остановке. Наташа, как обычно, за рулем, Ильяс рядом, ружье под рукой.

— Привет, Настя, я Наташа, будем знакомы, — Наташа в своем репертуаре, представилась и тут же всё в деловое русло перевела, — вы оба по краям рассаживайтесь, Матвея и Милку в середину…

Настя с первой фразы и бесповоротно покорила Наташу, воскликнув:

— Ой, а можно я этого хорошенького пацанчика к себе на колени посажу? — Показывая на Парфена.

Поехали, о том, что в городе военное положение, напоминали посты, через каждые две-три остановки приходилось притормаживать. Проверяли не формально: махнуть корочкой теровца и проехать не получалось, по несколько минут иной раз стояли. А в машине старшие дети, с любопытством поглядывающие на Настю, набирались смелости накинуться с расспросами, да Парфен, который незнакомую тётю не испугался и сейчас что-то ей рассказывал, с азартом размахивая ручками, на своем ещё детском языке…

Наташа вытянула вначале из Жеки историю их знакомства, затем пришел черёд Насти. Та хоть и отнекивалась, что ничего не видела, на диване сидела, но рассказывала куда эмоциональней. И добавила деталей, почему они с Леной передумали вернуться домой, в деревню или остаться в общаге:

— К нам тоже беженцев привезли из Челябинска, заселять. Из нерусских, мирных, они перепуганные сами, женщины в основном, дети, но и мужчин хватает. Плачут, боятся того, что дальше будет, они ко всем этим беспорядкам отношения не имеют, многие тоже близких потеряли… — Настя сделала паузу: — Но нам там не по себе стало, а тут ещё домой дозвонилась, мама ругается, к ним тоже везут, в селе работы нет, в агрогородок второй год везут и везут, сказала не дурить и оставаться…

Перед «Монеткой» Жека попросил Наташу остановить, объяснил, чего хочет. Наташа остановила, отстегнула ремень:

— Я с тобой схожу, давай быстрей только…

В торговом зале, поторапливаемый Наташей, прикинув сколько их: четверо взрослых, три ребятенка — взял пять килограммовых подложек с охлажденным куриным бедром, майонез, кетчуп, хлеба. У полок с напитками, прикинув, сколько на карте осталось — тетрапак двухлитровый с соком прихватил и две черноголовки, детям. Наташа округлила глаза:

— Женя, ты знаешь, на сколько это потянет?

Он рукой махнул, Наташа замялась:

— Ну это реально свадьба получается, какая ни есть, подожди здесь…

Сбегала к полкам с кондитеркой, вернулась с «Наполеоном», с довольной улыбкой сказала:

— Это от нас будет, мы и съедим с детьми, пошли.

Жека остановил её, посмотрел ценник, достал из кармана три тысячи:

— Вот, налом заплати, у меня лимит уже в этом месяце подкрадывается. На сдачу мелким чего-нибудь возьмешь, не спорь давай!

Та покачала головой только, но деньги взяла, добавив:

— Я надеюсь, что ты не влез куда-нибудь?

— Нормально всё, — отмахнулся Жека, — железо выгодно сплавил, пошли, сама же торопилась!

На кассе с телефона со свистом улетело почти шесть тысяч. Жека, чтоб не слушать причитаний Зои — сразу же отключил мобильник. Дети в машине, увидев покупки — обрадовались, Наташе пришлось шикнуть даже:

— Тихо, тут доехать-то осталось, на даче всё, уделаете мне салон сейчас ещё…

На даче Наташа сразу же погнала мужа с Жекой в лес. Критично оглядела Настю:

— Тебя бы тоже с ними отправить, да изгваздаешь всё. А мое дачное тебе велико будет…

— Да ничего, я схожу, — запротестовала Настя, — постираю потом, не руками же…

— Да я бы сама сходила с удовольствием, — Вздохнула Наташа и показала на Парфена, — только его куда…

— Так давай я с ними посижу, — откликнулась Настя, — Матвей с Милой помогут, поможете ведь?

Матвей с Милкой с готовностью вызвались помочь. Наташа обрадовалась, за несколько минут переоделась в рабочее, вручила мужикам по два ведра, сама тоже два прихватила и вышли через калитку в лес. Подгоняемые Наташей:

— Давайте, давайте, надо успеть два раза сегодня обернуться!

Это вызвало недоумение у Жеки с Ильясом, зачем столько, Наташа помялась немного и объяснила:

— В Матвеевскую школу людей привезли из Челябинска, маты в спортзале вместо матрасов, объявление висит, что всё нужно, у кого что есть: вещи, продукты, предметы гигиены. Вот сейчас грибов наберем и отвезём завтра. И ещё, у нас каждый год весной картошка остается на выброс, думаю, что не обеднеем, если у Жени наших пару ведер возьмем и на благое дело. И кабачки, пусть лучше людям пойдут, чем опять раскиснут к новому году. Ты, Женя, сам смотри, если не жалко…

Жека закивал, соглашаясь — жалко не было. Он же сам каждую весну, своими руками, на помойку вытаскивал изросшую, не расцепить, ростками картошку. И кабачки, начинавшие гнить перед новым годом,