Бар «Грехи Эббота» - Мила Вант

Ты сделала выбор!

Ты сделала выбор…»

Сон длился несколько минут, а затем девушка открыла глаза от неярких солнечных лучей, так неожиданно ворвавшихся в гости через ее окно в конце октября. Лукка еще немного полежала, давая себе возможность привыкнуть к ощущению, что жива – все болело так, что хотелось ныть, – и потихоньку начала вставать.

Нехотя подойдя к раковине, она все же посмотрела в зеркало на следы вчерашних побоев.

– Хоть на конкурс красоты отправляй… – прокомментировала Лукка, глядя на то, как ярко багровел ее громадный синяк на лбу, а губа ночью треснула, и растекшаяся кровь испачкала зубы. Девушка улыбнулась – ей хотелось убедиться, что она и правда похожа на вампира с коричневато-рыжими зубами. Однако их чистка решила проблему «очаровательной» улыбки, полностью убрав кровь.

Остальному, к сожалению, чисткой было не помочь.

Лукка стыдливо усмехнулась, понимая, что только что с благодарностью подумала о том, что не сломала зубы. Действительно, лечить их дорого, а вставлять новые и подавно. Только зубы хотя бы можно вернуть за деньги, а вот жизнь человека, пускай и с наклонностями жуткого маньяка, – нет.

Испытывая чувство стыда, она все же начала ругать себя за то, что ей по-прежнему не жаль.

– Ты что, ненормальная? – бормотала девушка, словно умалишенная. Будь кто в комнате, подумал бы, что вся эта ситуация выглядит довольно странно.

Наливая кофе, она с благодарностью посмотрела на пакет с пластиковыми трубочками – остались еще с ее прошлогоднего дня рождения, когда они с Кейли и Ноэль сидели в ее квартире, пили коктейли и смотрели «Гордость и предубеждение». Трубочки были сейчас как нельзя кстати – с таким рассечением губы, как у нее, выпить кофе классическим методом не получится.

Сидя на кухне и периодически постанывая от боли в ребрах, Лукка вспомнила, что вчера ей звонила Кристина, новая хозяйка фермы. Попытка отвлечься удалась, и она полностью переключилась на обдумывание того, что может лежать в той самой злосчастной шкатулке, из-за которой ей все же придется поехать на ферму?

На ходу придумывая фейковые причины того, почему она так прекрасно выглядит сегодня утром, девушка накинула свитер и аккуратно натянула более свободные джинсы – так ей было проще сейчас не беспокоить переломы.

Солнечные лучи порадовали Лукку, но по другой причине: солнцезащитные очки весьма кстати скрывали как минимум кровоподтек на скуле. Выйди она в них в ненастную погоду, привлекла бы больше взглядов от малочисленного, но оттого более любопытного населения Мортвилля.

Девушка решила ехать не на автобусе, а на развалюхе, доставшейся ей от отца, которую он так и не починил. Простояв в гараже с десяток лет, автомобиль завелся на удивление быстро, а вот доедет ли… уже другой вопрос. Впрочем, решив разбираться с проблемами по мере их возникновения, она выжала педаль газа и опустила ручник.

Лукка слабо помнила, как должна звучать «здоровая» машина, но сегодня ей казалось, что она лучше понимает эту колымагу, потому как со вчерашнего вечера сама является не тем человеком, про которого можно сказать, что он «как новенький».

Предварительно отзвонившись Кристине, девушка сообщила, что направляется к ней. Про свой внешний вид она умолчала, о чем теперь пожалела – охов и ахов ей не миновать.

Лукка уже продумала свое вранье про то, как оказалась так разукрашена, – скажет, что добиралась вчера до дома через парк и, споткнувшись, покатилась кубарем с небольшого пригорка. Отчего, хорошо приложившись лицом ко всевозможным камням и кореньям деревьев, получила вот такую картину маслом.

«Вроде бы правдоподобно…» – обдумывала Лукка, проезжая центральную площадь и направляясь в сторону ферм. Именно таким маршрутом они вчера с ребятами и ехали в поместье Свампвичфильдов, поэтому, словив несколько тревожный флешбэк, девушка постаралась переключить свое внимание на радио.

Спустя добрых пятнадцать минут тревожности и напряжения Лукка остановила автомобиль у подъездной дорожки, ведущей к деревянным воротам фермы, и вышла из машины. Эти ворота строил ее отец, а она, будучи маленькой, подавала тому саморезы и ценные детские советы о том, как ему нужно раскрасить буквы, что складывались в название семейной фермы. Сейчас они были полностью закрашены и лишь слегка просвечивали через тонкий слой коричневой краски. Девушка громко выдохнула – вот уж от кого, а от старых букв такой подлянки в виде острой боли в груди она не ожидала.

– Предатели! – буркнула Лукка буквам и направилась к своему бывшему дому.

На первый взгляд, мало что изменилось – разве что Кристина вырвала кусты пионов Клары и вместо них поставила пластиковые горшки с чем-то непонятным, больше напоминавшим чертополох или вроде того.

Крыльцо дома тоже было перекрашено – ансамбль салатово-желтых оттенков превратился в пресный бежевый, а уютную деревянную садовую мебель заменили пластиковым столовым набором – вероятно, так практичнее. И бездушнее.

Нетронутым остался горшок с маленькой сиреневой сенполией, что высадила Лукка, когда ей было лет шесть. Горшок расписала она же, украсив его рисунками бабочек и облаков. Вероятно, Кристине – или же кому-то из ее домочадцев – тоже нравились эти цветы.

Постучав в дверь, девушка тут же услышала какую-то возню внутри дома, а затем и громкий лай.

Через считаные секунды собаку угомонила бодрая команда хозяйки, и дверь отворилась. Еще через пару секунд Лукка увидела, как меняется лицо Кристины. Все как она и предполагала – ну а какой еще будет первая реакция на внешний вид гостьи?

– Кристина, не пугайтесь! – моментально постаралась разрядить обстановку девушка. – Я вчера упала со склона в парке. – Театрально скривившись, она взмахнула руками и продемонстрировала хозяйке фермы, как это примерно выглядело.

– Боже мой! Лукка! Как вас так угораздило! – воскликнула Кристина, поднося руки ко рту и, скорее всего, действительно искренне переживая за здоровье своей гостьи.

– Я обычно очень аккуратна, но вчера был такой туман… Ну, сами понимаете, Мортвилль… – отмахнулась та, выражая как будто бы смущение собственной неловкостью.

– Берегите себя, дорогая, – произнесла хозяйка, стараясь не задерживать взгляд на вопиющих размеров синяках Лукки.

– Так вы… – запнулась девушка, – хотели мне что-то передать…

Кристина взмахнула руками.

– Точно! Вы меня так ошарашили своими приключениями в парке, что я совсем забыла! Сейчас… – выпалила она и удалилась в соседнюю комнату; раньше там была небольшая гостиная с телевизором и диваном, а сейчас, судя по тому, что могла наблюдать Лукка, стену между кухней и гостиной снесли, и в итоге получилась большая столовая, объединенная с кухней.

Девушка перевела взгляд на крупного лохматого пса, который продолжал сидеть у входной двери и внимательно изучал движения незнакомки.

– Что? – спросила она, обращаясь к собаке.

Бусинки