Не дожить до смерти - Алекс Рудин

Дом тут же прислал ледяной ментальный импульс, который означал решительный отказ.

— Ну хорошо, хорошо, — кивнул я. — Тебе надоела их нерешительность, и ты их запер, чтобы они наконец-то смогли поговорить начистоту? Я тебя правильно понимаю?

На этот раз ментальный импульс был тёплым, подтверждающим.

— Ну и как, получился у них разговор? — поинтересовался я.

Дом смущённо промолчал.

— Вот видишь, — усмехнулся я. — Мало подстроить обстоятельства для разговора. Нужно ещё, чтобы люди были к нему готовы. Так уж сложно мы устроены. Имей в виду, я тебя не виню, ты честно сделал для своего хозяина всё, что мог. И так постарался, что не на шутку вывел его из себя. Я, конечно, могу придумать какую-нибудь безобидную причину твоего сегодняшнего поведения, но думаю, будет лучше, если мы скажем ему правду. Ты как считаешь?

Немного подумав, дом согласился со мной.

— Только говорить буду я, а ты не мешай, — предупредил я его.

Гораздов уже с головой погрузился в работу. Трость деда лежала перед ним на верстаке. Артефактор бережно ощупывал её чуткими пальцами.

— Я вам не помешаю? — спросил я.

— Нет, это несложная работа, — не оборачиваясь, ответил Гораздов. — Хотите кофе, Александр Васильевич? Надеюсь, дом позволит его сварить.

— Позволит, — улыбнулся я. — Сейчас я этим займусь, вы не отвлекайтесь.

Я наполнил джезву водой и поставил её на огонь.

— Ваш дом рассказал мне о том, что произошло. Но прежде чем передать вам этот разговор, я хочу задать несколько вопросов.

— Пожалуйста, — удивлённо согласился Гораздов.

— Скажите честно, вам нравится ваша соседка?

Уши мастера заметно покраснели.

— Да, — глухо ответил он. — Но она мне в дочери годится.

— Не думаю, что это непреодолимое препятствие, — улыбнулся я. — А вы ей нравитесь, как вы считаете?

— Кажется, да. Но я не уверен.

— «Не уверен» звучит гораздо лучше, чем «нет», — мягко заметил я. — Если всё так удачно складывается, может быть, вам поговорить откровенно?

— Но я не могу, — запротестовал Гораздов. — У нас такая разница в возрасте, кроме того, как я объясню это моей дочери?

Внезапно он выпрямился и повернулся ко мне.

— Подождите. Вы хотите сказать, что дом подстроил это специально? Чтобы мы с Надей остались наедине?

— Да, — улыбнулся я. — Ничего плохого он вам не хотел.

— Вот кто его просил! — снова разозлился Гораздов. — Мы взрослые люди и прекрасно разберёмся в наших чувствах без посторонней помощи.

— Я сказал ему то же самое, — согласился я. — Но ведь ничего страшного не произошло.

— Пожалуй, нет, — подумав, признал Гораздов. — Это было, в общем-то, даже…

Он не договорил и замолчал.

— Вот видите, — кивнул я. — Начало положено, теперь вам нужно просто сделать следующий шаг.

— Но моя дочь меня не поймёт, — покачал головой Гораздов.

— Анна Владимировна — умная и чуткая девушка, — ответил я. — Кроме того, она вас любит и хочет, чтобы вы были счастливы. Поговорите с ней начистоту. Уверен, всё будет в порядке. И не торопитесь с продажей дома. Признайтесь, вам же нравится здесь жить?

— Нравится, — проворчал Владимир Кириллович, — когда этот дом ведёт себя как полагается. Ладно, я не буду его продавать. И подумаю, что мне делать дальше.

Тут дом Гораздова снова прислал мне щедрую россыпь картинок.

— Ничего себе у тебя аппетиты! — вслух удивился я.

— Что? — не понял Гораздов.

— Это я не вам, а вашему дому, — объяснил я. — Он считает, что очень вам помог и будет не против, если вы его отблагодарите.

— Это каким же образом? — поинтересовался Владимир Кириллович.

— Он хочет, чтобы вы пристроили к нему второй этаж, — улыбнулся я. — Обязательно с балконом, и высокую крышу с мансардой и круглым окошком.

— Это он вам сказал? — изумился Гораздов.

— Показал, — поправил я его, — и очень подробно. Так что я легко нарисую для вас план необходимых изменений, и даже посоветую архитектора. Уверен, Савелий Куликов не откажется на пару дней вернуться в Столицу и помочь вам со строительством.

— Ну и дела, — покачал головой Владимир Кириллович. — Сумасшедшее утро. Хорошо хоть трость Игоря Владимировича я успел доделать. Простите мою бесцеремонность, Александр Васильевич. Я взвалил на вас свои хлопоты, а ведь у вас ко мне какое-то дело.

— Точно, — ответил я. — И дело это очень срочное, поэтому я попрошу вас заняться им немедленно. Вот что мне от вас нужно…

Я подробно рассказал Владимиру Кирилловичу о призраке со Смоленского кладбища. А в конце рассказа выложил на стол рыболовную сеть и магические кандалы и поставил магический накопитель с призрачной энергией.

— Вот всё необходимое. Справитесь?

— Я никогда не занимался подобными артефактами, — покачал головой Владимир Кириллович. — Но, судя по вашим словам, это не слишком сложно. Я попробую. Мне понадобится часа два или три. Вы подождёте или приедете за заказом позже?

— Подожду, — кивнул я. — А вот и Игорь Владимирович!

В окно я увидел, что мобиль деда остановился возле ограды, и вышел ему навстречу.

— Саша, и ты здесь! — обрадовался Игорь Владимирович. — А я как раз хотел с тобой повидаться.

— Я тоже собирался вас навестить, — улыбнулся я. — Вот наши желания и исполнились.

Игорь Владимирович забрал свою трость, поблагодарил Гораздова и повернулся ко мне:

— Едем, позавтракаем вместе. У меня сегодня как раз свободное утро.

— С удовольствием, — согласился я. — Но только где-нибудь недалеко. Мне ещё нужно вернуться за моим заказом.

— А что за заказ? — поинтересовался дед.

— Расскажу в трактире, — рассмеялся я.

— На соседней улице есть хороший трактир, — добавил Гораздов. — Выглядит он сомнительно, но там всегда подают свежую рыбу. Правда, я не уверен, что он подойдёт людям вашего положения.

— Сгодится, — решительно кивнул дед. — Идём, Саша.

Трактир назывался «Хвост в тарелке», и это название вызвало у меня улыбку.

Мы с Игорем Владимировичем удобно устроились за деревянным столом и заказали кофе и гренки с паштетом из судака. Гренки оказались хрустящими и в меру прожаренными, а паштет — очень нежным. Добавленное в него тёртое зелёное яблоко делало рыбный вкус не таким резким.

В общем, объедение.

Я рассказал деду о том, как мы с обер-прокурором Рябушинским ловили призрака на Смоленском кладбище.

— Я очень рад, что ты снова занялся своим делом, — одобрительно кивнул Игорь Владимирович. — Понимаю, что эта неприятная история с князем Долгоруковым больно тебя зацепила, но такое иногда случается. Когда я узнал о твоём аресте, то чуть не поругался с императором, но в конце концов мне пришлось признать его правоту.

— Да, я тоже не в обиде на Его Величество, — кивнул я. — Он просто не мог оставить меня на свободе.

— Хорошо,