Калгари 88. Том 16 - Arladaar

долго смотрела на пейзаж за ним. Арина, тоже замучившаяся от бессонницы, поднялась с кровати и отправилась в душ, зная, что традиционно там утром будет огромная толчея. Соколовская, подумав, решила, что действительно, раз выдалась такая возможность, нужно последовать примеру Арины.

Если бы жили вдвоём и в комнате был бы телевизор, как в гостинице за границей, возможно, включили бы какую-нибудь белиберду и от мельтешения картинок на экране уснули. Сейчас же даже просто поговорить было невозможно.

Придя из душа, подружки опять завалились в кровати и, конечно же, завидовали Малининой и Муравьёвой, которые тихо посапывали, уютно свернувшись в кроватях. Вот кто отдохнёт завтра прекрасно!

Потом, ближе к утру, сон всё-таки пришёл, хотя это был не сон, а, скорее всего, некая разновидность полудрёмы. Но всё-таки, немного отдохнуть удалось…

… Утро выдалось довольно насыщенным на события. Началось оно со сплошной беготни в туалет и очередей в душ, а продолжилось беготнёй в столовую на завтрак. Сегодня уже вместе расположиться за столиками не удалось — слишком много пришло народу, да и времени уже оставалось в обрез. Расположившись кто где, позавтракали творожной запеканкой, сырниками с ванильной подливкой и стаканом чая с булочкой. Потом фигуристки отправились в номер готовиться к общему собранию.

— Надо взять коньки и все причиндалы! — заявила Арина. — Сегодня общее собрание и официальное открытие соревнований, скорее всего, уже могут начаться первые старты или хотя бы тренировки.

Это было очень здравое замечание, поэтому все положили в спортивные сумки коньки, тренировочные костюмы, бутылки для воды и салфетницы. Когда часы показали 9:20, друг за дружкой вышли из комнаты и направились в вестибюль, где уже скопилась масса народа. Соревнования считались всесоюзными, и приехали сюда представители областей и союзных республик. Но всё-таки, больше было москвичей и ленинградцев. Арина увидела хорошо знакомую ей Серафиму Соборович из Белоруссии, которая выступала по юниорам, также с удивлением увидела Наталью Скарабееву из Подмосковья, приехавшую со вторым тренером группы, молодой женщиной лет 30-ти. С ней была ещё одна девушка, Мария Бутова из этой же группы. Похоже, конкуренция у юниорок намечалась очень серьёзная, интересно, как покажут себя Муравьёва и Авдеева в такой компании…

Впрочем, и парням-юниорам из группы Левковцева, похоже, тоже скучать не придётся…

Ещё было несколько взрослых фигуристок, по-видимому, выступавших по мастерам спорта, но кто они, Арина не знала, в состав сборной эти девушки не входили. Скорее всего, по мастерам спорта ещё должны были выступать ученицы Ксенофонтова из состава сборной СССР, Лариса Замотина и Наталья Лебедева. Но здесь их не было, девушки были из Свердловска, по-видимому, на соревнования будут ездить из дома.

Имелась конкуренция и у взрослых парней, но кто именно будет каться, пока ещё было неясно. Во всяком случае, Арина заметила Алексея Горшкова, который был двоюродным братом Горинского и который тренировался у Ксенофонтова. Горшков, увидев, что Арина смотрит на него, улыбнулся и приветственно помахал рукой.

— Автобус пришёл! Айда места занимать! — крикнул кто-то из юношей-фигуристов, и вся толпа направилась к выходу.

Однако автобус был не один, кроме «Икаруса» Уралвагонзавода приехал ещё ПАЗик от комитета по физкультуре и спорту Свердловской области, поэтому с удобством разместились все.

В «Икарусе» сидели Левковцев, Виктория и ещё несколько иногородних тренеров, живших в гостинице.

Арина вошла в автобус, поздоровалась со всеми и вместе с Маринкой села почти на последнее место. Когда все вошли, автобус тронулся с места и покатил к центру города.

Арина с интересом смотрела в окно. После Норвуда, Бостона и даже Москвы, конечно, Свердловск смотрелся городом серым и невзрачным. Многие дома облупленные, даже старые, которые построены ещё в XIX веке и наверняка считались памятниками архитектуры. Узкие, по сравнению с американскими, дороги, отсутствие магазинов, небольшое количество личного автотранспорта на дорогах, зато большое количество народа на остановках общественного транспорта. Всё это явно бросалось в глаза и говорило о разных укладах жизни в одной стране и другой.

Примерно через полчаса автобус остановился у громадного спортивного сооружения на границе парка, находившегося в самом центре города.

— Минутку, позвольте! — заявила Арина. — В летней бумажке было написано, что этап будет проходить в ледовой арене «50 лет Октября», а это же спортивный комплекс «Дворец спорта профсоюзов», домашняя арена местной хоккейной команды «Автомобилист». Я это хорошо запомнила, здесь же чемпионат Свердловской области проходил.

— Ты правильно заметила! — обернулась Малинина. — Этап должен был проходить на ледовой арене «50 лет Октября» в Первоуральске. Это мой родной город и мой спортивный клуб. Но сейчас там внезапно что-то потребовалось отремонтировать, и решили провести здесь.

Когда все вышли из автобуса, направились к служебному входу, а оттуда в отдел ведомственной охраны, в котором относительно быстро получили пропуска на арену.

— Ребята, кто уже получил пропуска, идите на второй этаж, в актовый зал! — велел Левковцев. — Лестница в конце коридора.

Арина с подружками, получив пропуска, поднялись на второй этаж, зашли в помещение актового зала и сели на свободные места, опустив откидывающиеся сиденья с деревянными ручками, стоявшие по четыре в ряд.

За прошедшие полгода ничего примечательного тут не произошло, обстановка всё такая же. Обстановка провинциального спортивного учреждения с соответствующим казённым запахом дерматина, известки и дерева. Никакой коммерцией и высоким дизайном тут и не пахло.

Деревянный, крашеный коричневой масляной краской пол, кое-где стёртый до голых досок. Стены отделаны обрешёченными деревянными панелями, потолок обшит прессованной алюминиевой плиткой. На возвышении президиума стол, накрытый кумачом, со стоящим на нём барабаном для жеребьёвки. За столом на стене висит большой алюминиевый барельеф с профилями Ленина, Маркса и Энгельса. Над барельефом большой транспарант с надписью «Делу Ленина, Маркса и Энгельса будем верны!». Сбоку ещё один транспарант «Привет участникам 4-го этапа Кубка СССР по фигурному катанию 'Уральские самоцветы!». В углу сцены прикреплён к стене и расправлен большой красный флаг СССР.

За столом президиума ещё никого не было, но вскоре появились члены комиссии. Это были Игорь Борисович Ксенофонтов, тренер сборной и в то же время председатель Федерации фигурного катания Свердловской области, Геннадий Тимофеевич Горелкин, председатель комитета по физкультуре и спорту Свердловской области, а также Анна Ивановна Свиридова, старший судья соревнований.

Когда все фигуристы и тренеры явились, расселись на свободных местах, члены комиссии поздоровались и представились. Потом началось общее собрание турнира «Четвёртый этап кубка СССР по фигурному катанию 'Уральские самоцветы» и должен он был раскрыть много полезной информации и, самое главное, распределить стартовые номера на обязательные фигуры. От