Тень Тодзи Фушигуро - Сим Симович

сухо парировал Тодзи. — А вот парочка запечатанных проклятых гранат армейского образца и сковывающая цепь «Тысяча Ли» придутся как нельзя кстати. В Токио скоро станет слишком жарко.

— Всё еще греешь голову насчет того белобрысого юнца с «Бесконечностью»? — Рю прищурился. Карие глаза полыхнули хэйанским золотом.

— Я не грею голову. Я математически просчитываю варианты.

Мужчина сплюнул окурок в пустую банку.

— Сатору Годжо — не просто одаренный маг первого ранга. Он — ходячая системная аномалия, ломающая баланс сил всего континента. Вчера мы прогрызли его барьер исключительно на эффекте неожиданности. В следующий раз этот щенок не станет стоять столбом и ухмыляться. Он сразу ударит «Синим» или «Красным» на глухое поражение.

— Ну и пусть бьет! — задорно отмахнулся напарник. — У нас в загашнике «Зеркало Девяти Звезд», на моем запястье «Черная Нить», а в авангарде — твоя неубиваемая физическая туша! Мы вдвоем разнесем его хваленую «Бесконечность» в щепки, как гнилой деревенский забор!

— Ты слишком наивен и оптимистичен для существа, которое пять столетий квасили в подземном горшке, — хмыкнул боец. — Ладно, завали пасть. Отбой. Завтра предстоит долгий день.

Следующее утро в Синдзюку началось с мерзкой, моросящей измороси, мгновенно превратившей тротуары в серую, скользкую кашу.

Тодзи замер у панорамного окна пентхауса, механически натягивая черную футболку. Небесное Проклятие, обостренное до предела, безошибочно пеленговало микроскопические колебания эфира в районе южного торгового центра. Там, среди элитных кондитерских бутиков и витрин с импортным шоколадом, густо фонила чистая, нечеловечески плотная и абсолютно чужеродная проклятая энергия.

— Он опять приперся в город, — тихо констатировал наемник.

Рю, вертевшийся у огромного зеркала и с глубоким удовлетворением поправлявший воротник шелкового хаори, резко обернулся.

— Кто? Белобрысый мажор?

— Он самый.

Мужчина подхватил со стола тяжелую сумку с наличностью.

— Сатору Годжо в открытую прогуливает занятия в Колледже. И судя по частоте фоновых импульсов, шастает в одиночестве. Без своего челкастого приятеля с ручными покемонами.

— Хм-м-м. — Демон озадаченно прищурился, машинально покрутив браслет «Черной Нити». — Ищет, кто разнес родовое гнездо Зэнинов в щепки?

— Вряд ли. — Тодзи криво усмехнулся. — Этот придурок просто идет жрать свои любимые сладкие данго. Пацан плотно сидит на сахарной игле. Выдвигаемся. Пройдемся мимо.

— За каким лешим? — искренне удивился компаньон. — Нам сейчас уличные разборки с Советом вообще ни к чему!

— Драки не будет.

Бывший Зэнин направился к выходу.

— Исключительно разведка боем. Проверим, насколько шустро сработают его рефлексы в расслабленном состоянии, когда он не ждет атаки.

Они вышли на слякотную улицу. Токио привычно гудел тысячами клаксонов, клерки под зонтами суетливо семенили к метро, не обращая ни малейшего внимания на двух мускулистых мужчин, уверенно шагавших по мокрому тротуару.

У входа в помпезную кондитерскую «Такасимая» обнаружился объект.

Шестнадцатилетний наследник клана Годжо выглядел до тошноты непринужденно. Подросток был облачен во всё ту же темно-синюю униформу Колледжа, но воротник пиджака пижонски расстегнут, а на носу красовались круглые, непроницаемо-черные очки. В одной руке юнец небрежно болтал пластиковым стаканом с ледяным чаем, в другой сжимал шпажку с трехцветными рисовыми шариками, которые с видимым наслаждением заталкивал в рот.

Несмотря на показушную расслабленность, вокруг Сатору висела незримая, монолитная пленка «Бесконечности». Капли холодного дождя застывали в миллиметре от его белоснежных волос и дорогой ткани, плавно скатываясь в стороны, словно по поверхности стеклянного купола.

Тодзи и Рю притормозили в пяти метрах, укрывшись под козырьком газетного киоска.

Годжо лениво, словно в замедленной съемке, повернул голову. Черные очки слегка сползли по переносице. Пронзительные, небесно-голубые глаза, усиленные техникой «Шести Глаз», сфокусировались на двух наемниках.

— Опа-а-а, — дурашливо протянул подросток, не прекращая методично пережевывать сладкий пельмень. — Какая нежданная встреча. Мужик с нулевым фоном и его карманная трехмерная консерва из Хэйан. Вы что, прописку в Синдзюку оформили?

— Мы тут живем, мальчик, — ровно отозвался Убийца Магов, расслабленно опираясь плечом о стойку киоска. — А вот ты почему штаны вне класса протираешь? В столичном Колледже за систематические прогулы на конюшне больше не порют?

Годжо тихо, раскатисто рассмеялся. Звук вышел дерзким, звонким и пропитанным абсолютной, непоколебимой уверенностью в собственном превосходстве.

— В Колледже физически не существует никого, кто мог бы меня выпороть.

Сатору потянул ледяной чай через соломинку.

— А вот у вас, господа хорошие, намечаются грандиозные проблемы. Буквально час назад пролетал мимо усадьбы Зэнин… Ох, какая там суета! Старик Оги воет в разгромленном подвале, Наобито истерит по спецсвязи, а из фамильной сокровищницы бесследно испарилась какая-то древняя шипованная удавка.

Рю плавно выступил вперед, демонстративно одергивая полы хаори. Карие глаза, в которых плясало хэйанское пламя, вперились прямо в бездонные Шесть Глаз малолетнего гения.

— Это не удавка, блондинчик, — бархатным, глубоким баритоном промурлыкал дух. — Это артефакт высшей категории «Черная Нить». Стоит мне лишь слегка зацепить ею твою лебединую белую шейку, и хваленая «Бесконечность» лопнет, как дешевый презерватив. А твои красивые голубые глазки вытекут из орбит от резкого перепада манового давления.

Годжо замер. Жевательные движения прекратились. На холеном лице проступила острая, по-настоящему хищная ухмылка. Юнец водрузил стаканчик с чаем на парапет и медленно, с угрожающей грацией выпрямился во весь рост.

— Рискни здоровьем, консерва, — тихо, без тени улыбки произнес Сатору. — Давай. Прямо здесь и сейчас. На этой гребаной улице. Поглядим на практике, чья «Нить» окажется длиннее.

Воздух у кондитерской зазвенел от напряжения. Обыватели под зонтами спешили мимо, ничего не замечая. Но пространство между тремя бойцами натянулось незримой струной, готовой с оглушительным треском лопнуть от малейшего шороха.

Выхватывать клинок наемник не стал. Бывший Зэнин просто сделал короткий, небрежный шаг вбок, наглухо перекрыв подростку линию обзора на Рю.

— Не сегодня, мальчик, — ледяным тоном осадил Тодзи. — Бесплатно я с тобой махаться не подписывался. А у твоей богадельни банально не хватит бюджета, чтобы оплатить мой рабочий тариф.

— Бюджета? — Годжо презрительно фыркнул, возвращая темные очки на место. — У Клана Годжо активов больше, чем у всех ваших подпольных синдикатов и продажных барыг вместе взятых. Если мне приспичит с вами подраться, я тупо выкуплю этот ваш вшивый пентхаус. Вместе со всеми вашими ссаными сумками.

— Сперва молоко на губах оботри, мажор.

Тодзи развернулся на каблуках и неспешно зашагал прочь по слякотной улице.

— И научись пить нормальный зеленый чай, а не эту приторную химическую парашу.

Рю задорно подмигнул опешившему наследнику. Изящно крутанул шипованный браслет на запястье и поплелся следом за боссом, фальшивя на всю улицу какую-то похабную хэйанскую частушку про тупоумных аристократов.

Годжо долго смотрел им вслед. В голубых глазах за непроницаемыми стеклами полыхал дикий, необузданный, запредельный азарт. Азарт молодого альфа-хищника, впервые встретившего в своих угодьях действительно крупную, опасную дичь.

— Тодзи Фушигуро… —