Фантастика 2026-32 - Евгений Александрович Белогорский

   Вскоре общее положение дел изменилось, но не в пользу мамертинцев. Сначала им в бок ударила вражеская кавалерия, а затем окружили македонские гоплиты. Не прошло много времени, как наемники Агафокла оказались в полном окружении, из которого части из них не посчастливилось вырваться в спасительный мрак ночи. Пытаясь пробиться сквозь плотный строй вражеских солдат и всадников, они пали под их ударами, но так и не показали противнику спину.

  Оба военачальника остались недовольны результатами ночного боя. И Агафокл и Эвмен считали, что их солдаты могли действовать в этом бою гораздо лучше, и только капризная судьба помешала им полностью показать свои способности.

  Своя правда в их рассуждениях, несомненно, присутствовала, однако после нападения на македонский лагерь Агафокл отвел свои войска за стены Сиракуз. Не желая в одиночку драться с Эвменом и тем самым ослаблять свои силы, правитель Сиракуз решил обратиться к пунийцам с предложением о совместных действиях против стратега Александра. Уже на другой день в Карфаген было отправлено посольство с предложением заключения военного союза против македонцев.

  Заключать союз со своими вчерашними врагами против новых врагов, было привычной тактикой карфагенян, время от времени приносившей свои плоды. Обычно Сенат Карфагена быстро утверждал подобные союзы, и главный вопрос в них заключался в том, кто и сколько должен был за него платить. Однако на этот раз слушания затянулись на два дня и предложение Агафокла, было принято с небольшим перевесом. Многие карфагеняне  не хотели обострения с Александром.

  В стенах карфагенского Сената в течение двух дней шли жаркие дебаты. Выступало много сторонников разных партий и семейств. Одни выступали к открытому конфликту с македонским царем, другие призывали к более сдержанным и осторожным действиям но, в конце концов, давняя мечта пунийцев об обладании всей Сицилией взяла вверх. Сенат проголосовал за посылку в Сицилию войск во главе с Гимильконом, и одновременно приказал Магону Барке начать новый набор солдат среди нумидийцев, иберов и ливийцев. Одновременно с этим, главе торговой палаты Бомилькару было поручено найти общий язык с македонским царем по поводу раздела Сицилии между двумя государствами, при котором Александру отошли бы Сиракузы с их землями.

  После отражения ночного нападения наемников Агафокла, солдаты Эвмена без помех подошли к Леонтинам и стали лагерем вблизи городских стен. По приказу стратега солдаты разбили хорошо укрепленный лагерь, демонстрируя местным грекам, что намерены в серьез и основательно защищать их от посягательств тирана Агафокла. 

  Эти действия царского стратега были встречены осажденными с большим восторгом. В стан к Эвмену была отправлена большая делегация из лучших представителей города с заверением в вечной дружбе и верноподданстве местных жителей к царю Александру. В честь снятия осады, в Леонтинах было устроено большое гуляние, но Эвмен не ослабил свое внимание относительно противника.

  Стремясь не выпускать противника из виду, он выставил вдоль сиракузской границы линию наблюдательных постов. На них кроме пеших застав имелись еще и конные, способные в любой момент в случае необходимости поднять на ноги главные силы царского войска.

  Кроме застав, о деятельности противника Эвмену доносили и тайные люди из Сиракуз, работавшие на Птоломея. Их было не очень много, но они поставляли македонскому стратегу сведения, соединив воедино которую, можно было составлять относительно картину о намерениях Агафокла.

  Вскоре к Эвмену прибыл и сам Птоломей, сумевший успешно завершить свою дипломатическую миссию на Сицилии. За короткий период ему удалось склонить большинство греческих городов к созданию военно-политического союза под предводительством македонского царя.

  Все малые города Сицилии были очень напуганы экспансией Агафокла, который открыто, провозгласил своей целью подчинение всего острова власти Сиракуз. Сражение Эвмена с Агафоклом и отступление тирана Сиракуз было лучшим аргументом для сицилийских городов в необходимости такого шага. Против союза были только Гераклея и Агригент с давних пор находящиеся в сфере политического влияния Карфагена.

  Не откладывая дело в долгий ящик, Эвмен как полномочный царский представитель предложил созвать в Леонтинах объединительный съезд сицилийских городов и подписать союзнический договор. Во все города острова были посланы гонцы, с предложением прислать в лагерь Эвмена полномочных послов в самое ближайшее время.   

  Одновременно с этим, по инициативе Птоломея, сицилийцы собрали свое союзническое войско, которое возглавил сам сводный брат царя. Посовещавшись с Эвменом, Птоломей получил в свое подчинение отряд щитоносцев и отбыл к Хенне, где был объявлен сбор нового союзного войска.

  Заняв этот важный город в центре острова, македонцы могли контролировать всю ситуацию на Сицилии. Птоломей подобно Эвмену устроил возле Хенне укрепленный по всем правилам воинского искусства лагерь на случай защиты от внезапного нападения.

  Прошло около двух недель и усиленно подталкиваемые Эвменом и Птоломеем греки, подписали договор о союзе с царем Александром. На время его отсутствия защита и управление городами были переданы в руки царского стратега и его помощника. Как показали дальнейшие события, это было сделано вовремя, так как уже через неделю после заключения союза в Агригенте высадился пунийский полководец Гимилькон с тридцати тысячным войском и десятью слонами.

  Основу войск карфагенянина составляли наемники, набранные в Иберии и Галлии, а так же нумидийская кавалерия, чья численность составляла пять тысяч всадников. Из африканцев были только погонщики слонов, на которых Гимилькон составлял особую надежду в случай войны с македонцами.

  У полководца имелось предписание Сената не провоцировать македонцев на начало военных действий, а попытаться склонить их к военному союзу против римлян и греческих полисов Южной Италии. Вместе с этим Гимилькон должен был по мере возможности поддерживать Агафокла и оказывать ему военную поддержку.

  Такое двойственное положение связывало пунийцу руки и лишало инициативы. Поэтому после высадки, Гимилькон остался в зоне карфагенского влияния, только известив тирана Сиракуз о своем прибытии. Агафокл тут же потребовал активных действий против Эвмена, предлагая ударить по македонцу с обеих сторон, используя свое численное превосходство.

  Следуя полученным инструкциям, Гимилькон воздержался от активных действий против Эвмена и запросил Карфаген о своих возможных действиях. Ответ, полученный из Карфагена, сильно разочаровал полководца. Сенат пунийцев не ответил на заданные им вопросы, приказав полководцу строго придерживаться ранее полученных инструкций. Вернувшись к тому с чего начал, Гимилькон известил Сиракузы о своей готовности прислать им в помощь десять тысяч наемников и две тысячи конницы, не собираясь при этом