Фантастика 2026-80 - Мария Фир

могилами, пальцы судорожно впились в свежую почву. Глаза жгло, но я не позволил себе этой слабости. Вместо этого бил кулаками по земле, выпуская наружу гнев и горе, преобразовывая боль в физические действия.

— Габриэла, Фелиция, Су Ин… — их имена вырывались из груди вместе с хриплыми выдохами. Челюсти сжались так сильно, что заболели зубы. — Клянусь, что отомщу за вас!

Парадигма принимает вашу клятву.

Имейте в виду, что её нарушение навлечёт на вас гнев «Бескрайнего Архипелага».

Не знаю, сколько времени провел там, кричащий в пустоту, выплёскивающий злобу, шепчущий их имена снова и снова, словно заклинание. Но когда последние звуки иссякли, а горло охрипло от крика, внутри осталась только ясность.

Наконец-то до меня дошло! Сложился пазл!

Медленно поднялся, оправляя одежду. Глянул на три холмика земли в свете Вортаны. Три имени. Три обещания.

Настало время действий.

Я успел провести расследование сегодня, методично анализируя каждый факт, каждое слово и движение подозреваемых. Список сузился до двух имён. Но одна деталь продолжала мучить меня, зияя в общей картине, как свежая рана, которую невозможно игнорировать. Эта несостыковка могла стоить жизни невинному, если ошибусь.

Бабуля Юаньжу — единственная, кто сможет пролить свет на эту тайну. Ведь она разбиралась в травах и ядах лучше всех, если не считать убийцу. Не теряя времени, решительно направился к ней.

Знахарка сейчас находилась в женской лачуге. Её фигура вырисовывалась в тусклом свете почти потухшего плода-ночника. Она колдовала возле самодельного столика, с хрустом перемалывая какие-то корешки в каменной ступе. Воздух здесь был пропитан горьковатым ароматом с нотками полыни.

Я достал маленький свёрток, в котором хранился пузырёк того самого яда из шкатулки. Положил его перед Юаньжу и попросил провести полный анализ, используя все её обширные познания. Женщина даже не взглянула на меня… только кивнула и сосредоточенно принялась за работу.

Четверть часа спустя Юаньжу наконец поведала мне информацию, которая расставила всё по полкам. Каждый элемент головоломки встал на своё место, образуя чёткую картину. То, что она рассказала о происхождении яда, способе его приготовления и необходимых ингредиентах, указывало только на одного человека.

Теперь я знал наверняка, кто убийца.

И как раньше не догадался? Ведь все подсказки были прямо передо мной. Мысленно грыз себя за слепоту, за то, что упустил слишком много критических деталей и своей некомпетентностью фактически обрёк Фелицию на смерть.

Но прошлого не вернуть. Сожаления бесполезны.

Почувствовал, как холодная решимость заполняет меня, вытесняя все другие эмоции. Убийца был среди нас. Дышал тем же воздухом. Грелся у того же костра.

Прямо сейчас, этой холодной ночью, под немым свидетельством звёзд, я обличу грязного ублюдка перед всеми соплеменниками.

Глава 11

— Попрошу всех собраться возле костра! — во всеуслышанье объявил я.

Дождался, пока из лачуг выползут соплеменники, недавно отправившиеся на отдых. Даже вечно пропадающая Ханна материализовалась из невидимости. Последней появилась Юаньжу. Наконец, все оказались в сборе.

— Я знаю, кто убийца. Теперь уже наверняка. Но сначала выслушайте доказательства и не перебивайте! Хочу, чтобы вы поняли — это не пустые обвинения.

Внутри всё сжалось. С моей низкой харизмой придётся выбирать каждое слово с ювелирной точностью. Один неверный шаг — и кто-то может встать на сторону маньяка.

— Внимательно слушаем, — нахмурился Луи Дюваль, сделав шаг вперёд.

— Янис, Янис… — начал я монолог, бродя вокруг костра и сложив руки за спиной. — Нелегко тебе пришлось. Многие подозревали арестанта, и они ошибались.

Латыш сперва стушевался, но, услышав последние слова, выпрямился, расправил плечи и что-то одобрительно буркнул. По его лицу пробежала тень облегчения.

— Мой первый аргумент, — я остановился, обводя взглядом каждого. — Все помнят слова Ханны про девятнадцать овечек и одного волка?

Соплеменники робко закивали.

— Она сказала, что убийца прячет за улыбкой алую резню. А теперь подумайте — кто среди выживших часто улыбается? — Я сделал паузу, позволяя как следует погрузиться в вопрос. — На ум приходит всего пара человек!

Судя по тому, что люди освистывали меня и недовольно потряхивали кулаками, разговор начался не с той ноты. Волна негодования прокатилась по кругу, лица исказились недоверием.

— Тишина! — рявкнул я, вскинув руку вверх. — Дослушайте до конца! — Мой голос прорезал гул возмущения. — Понимаю, довод кажется слабым, но ключевое здесь то, что Ханна была права. И вы это скоро поймёте.

Люди затихли. Глаза, отражающие пламя костра, впились в меня. Кажется, успокоились и готовы слушать дальше. Великолепно!

— Согласитесь, — продолжил я, понизив голос до шёпота, заставляя соратников податься вперёд, — тот факт, что наш загорелый актёр из Индии не ночевал в первую ночь в мужской лачуге, наводит на серьёзные подозрения. Как и его класс личности — мимик. Из старых добрых игр я прекрасно помню, что мимики — смертоносные твари, способные принимать любую форму. Также обращу ваше внимание на то, что индус постоянно улыбается. Даже сейчас, когда речь идёт о жизни и смерти…

Десятки пар глаз синхронно повернулись к актёру, словно по команде. Некоторые люди даже полезли за оружием в рюкзаки. Глаза индуса мгновенно наполнились слезами, кожа неестественно побледнела. На лице возникла гримаса первобытного ужаса, и он схватился за сердце.

Чёрт, я переборщил! Нарцисса и ленивца, практически ничем не помогшего за семь дней выживания на острове, жалеть никто не будет. А определённые личности даже будут рады избавиться от лишнего рта. Я видел это в их глазах.

— Стойте же! В ту ночь актёр спал с женщинами, и многие это подтвердят. После того как Янис выбил ему зубы, индус попросту забоялся идти в мужскую комнату!

Эстебан, было уже потянувшийся к пистолю, не скрывал раздражения и чертыхался.

— Второй аргумент, — нарочито громко рыкнул я, чтобы вновь привлечь внимание.

Толпа вздрогнула.

— Мы с Гансом изучили дротики и пришли к однозначному выводу. — Я вытащил один и поднял высоко над головой. — Убийца отлично обращается как с деревом, так и с металлом. Смотрите на эту работу! — Я медленно повернул дротик, позволяя огню играть на его поверхности. — Актёр так не умеет. Нежная кожа его рук без единой мозоли, без единого шрама подтвердит вышесказанное.

Люди вновь посмотрели на индуса.

— Значит, мы ищем мастера на все руки! Того, кто скрывает своё истинное лицо под маской дружелюбия, кто часто бывал вне лагеря и там создавал эти самые дротики, а также проводил опыты с ядами!

Такеши скользил холодным