Воин Мары - Александр Григорьевич Пирогов

прямиком к хозяйке смерти, но не буду. Я только заберу свою силу и когда-нибудь она перейдет к тому, кто действительно ее достоен. – Из дыма показалась костлявая рука, которая дотронулась до груди буквально вырывая из нее светящийся синим светом огонек. – Теперь все, оставайся со своим проклятием наедине, воин Мары.

Аспид открыл глаза и закричал, будто его кипятком ошпарили. Сейчас он лежал под тенью березы, неподалеку текла река, а чуть поодаль от него паслась Хромая, которая, посмотрев недоумевающим взглядом на хозяина, продолжила жевать траву. Кажется это тоже самое место, где он когда повстречался с речным упырем. Повсюду была только полуденная тишина и спокойствие.

Неожиданно из речки показалась рука с привязанным к ней лезвием. Аспид вздрогнул и уже был готов схватиться за меч, но присмотревшись, он увидел, что это всего лишь проплывающая коряга. Приступ смеха сразил воина Мары, да такой, что даже трава заколыхалась. Как давно он не смеялся? Наверное, с момента договора с Марой, никогда.

Где-то там за холмами раскинулось Черноречье, где его ждет Рогнеда. Как она говорила? Надежда — это тот единственный свет, что ведет нас по пути жизни. Достав сшитый ею платок, Аспид взглянул на него и тихо вымолвил: «Надежда есть».

И пусть проклятие Мары никуда не делось, теперь он больше никогда не потеряет надежду. А может быть есть способ расторгнуть договор? Кто знает…

Но сейчас его мысли были не об этом. Ему просто хотелось поспать, и он уснул, впервые уснул действительно крепко, как не спал уже давно. Снился ему залитый солнцем луг, по которому он мальчишкой бежит в сторону двух фигур мужчины и женщины, ждущих его у добротно скроенной избы. Они с любовью прижимают, а затем вместе смотрят на медленно заходящее за кроны деревьев солнце. Больше не было ни крови, ни смерти, ни сумеречной корчмы с ее мрачными обитателями.

Кажется, это и была та сила, о которой ему говорил опальный новгородский дружинник Мстислав.