Ревизор: возвращение в СССР 51 - Серж Винтеркей

ним чрезвычайно серьёзно. Слухи ходят, что с теми, кто у него на дороге становится, ничего хорошего не бывает. Важно, чтобы он не думал, что у вас с ним какие-то противоречия есть, когда вы расставаться будете… Какой бы вы там с ним вопрос не обсуждали…

И, кстати говоря, может быть, Павел, вам стоит с Захаровым по этому поводу переговорить? Он наверняка больше информации по Кулакову имеет.

Вот не пожалел я, что правду ему сказал. Гончарук поверил и максимально серьёзно отнёсся к моему вопросу. Рассказал, видимо, всё, что знал.

Естественно, что от Веры я таких деталей не узнал бы ни за что. Её Женечка по телефону, конечно, побоялся бы такие вещи рассказывать. А может и лично бы не стал такое говорить незнакомому человеку, скорее всего, даже по Вериной рекомендации. Рассказал только то, что достаточно широко известно.

А Гончарук — вон какими важными деталями поделился! Именно теми, которые мне и нужно знать.

Кулаков, значит, неважно, что я в восьмидесятых про него ничего не слышал, сейчас, в семидесятых, персона очень серьезная. И не лучший враг из всех членов Политбюро…

Гончарук, я уверен, помалкивать будет о нашем разговоре. Он нормальный себе вполне карьерист. К нам перебежал от гагаринских сугубо потому, что мы красиво работаем, а те творили какую‑то фигню и постоянно балансировали на грани провала. Учитывая, что все члены нашей группировки формально на советскую власть работают, каким‑то предателем я его той группировки и не считал. Она так и так погибла бы, скорее всего, сама по себе. При таком бестолковом‑то руководстве Володина дело вполне ожидаемое.

— Спасибо за эту информацию, — поблагодарил я Гончарука. — А к Захарову я тоже обязательно схожу, но к нему пойду уже после этого визита к Кулакову. Он же наверняка захочет больше деталей узнать. Зачем мне такого занятого человека дважды тревожить — перед этим походом и после него?

— А, ну и верно, — согласно кивнул Гончарук.

Перед тем как к директору завода идти, я предложил Гончаруку по территории завода прогуляться. Тем более что нам сразу на проходной сообщили, что директора в министерство вызвали и он задерживается.

Он, конечно, распереживался по этому поводу. Но я ещё раз ему напомнил, что каких‑то гадостей никому про завод говорить не собираюсь. Что мы сейчас работаем сугубо в той же договорённости, что на декабрь была. Так что я, если что и предложу по улучшению работы, то только то, что он сам потом сможет Захарову предложить в качестве собственных инициатив по улучшению работы этого предприятия.

Может, мне Гончарук полностью и не поверил, конечно. Все чиновники живут в ожидании подстав. Но как‑то уже спокойнее себя повёл.

Экскурсию, конечно, мне тут же организовали.

Завод большой был. Всего на нем было три старых двухэтажных корпуса и один новенький, шестиэтажный — по размеру больше, чем все старые корпуса вместе взятые. Изготавливали тут древесноволокнистую плиту в достаточно широком ассортименте по ширине, высоте и по толщине.

Запахи тоже были соответствующие. Гончарук мне тут же респиратор сунул, когда в первый цех заходили, но я, заметив, что работают все без них, не стал его надевать, чтобы ощутить себя на месте местных работников. Он тогда тоже тут же свой респиратор с лица стянул.

Когда по цехам всем прошли, и надышались фенолформальдегидными смолами, то у меня резь в глазах началась, а Гончарук, смотрю, задыхаться начал, хотя мы вовсе и не бежали. Ну да, тут такая концентрация этой отравы, что у него в силу возраста легкие прихватило, похоже…

Отошли продышаться в сторонку, и начали разговор.

— Так дело не пойдет, — покачал головой я, вытирая слезящиеся глаза носовым платком. — Вижу, что вентиляция есть, но она, судя по этой мощной вони, какая-то тут совсем неэффективная у вас. Да я и руку к ней подносил — не втягивает почти воздух. Людей жалко. Мы-то тут просто прошлись по их цехам, а они по восемь часов в день в них проводят…

— Старая вентиляция, — согласно кивнул Гончарук, покашливая, — в планах уже есть ее реконструировать. В начале следующей пятилетки.

— Это что, еще года три людям в таком аду придется работать? — поднял я брови удивленно. — Нет, это слишком долго. Выявите хотя бы самые мощные источники этой вони, и надо кровь из носу уже в этом году вентиляцию в этих местах полностью обновить. Если это вообще возможно участками делать, я же не специалист. Если нет, то все надо менять целиком. Завод же план выполняет, средства у него есть?

— Выполняет, конечно, — кивнул Гончарук. — Сто с половиной процента по прошлому году дали. Аккуратно, чтобы не слишком перевыполнить. Деньги на счету есть.

— Тем более, — сказал я. — Раз еще и деньги на стороне искать не надо, то в чем вообще вопрос? Рекомендую поднять этот вопрос на следующем заседании нашей группировки. Заодно и попросите товарища Захарова помочь раздобыть эту самую вентиляцию. Она же тоже наверняка бывает разной степени эффективности. Вам, само собой, самая лучшая нужна. Может, повезет, и такая и у нас найдется, не понадобится из-за рубежа вести.

Говорю ему это, а у самого в голове всплывает реклама Московского вентиляторного завода 1990-го года. А у кого она в голове не застряла из тех, кто тогда жил? Если точно помню, то чуть ли не самая масштабная советская реклама времен перестройки. Гоняли ее, по крайней мере, очень мощно по телевидению. Может, у них сейчас что-то достойное есть уже?

— Второй вопрос — неужто нельзя людей респираторами обеспечить хотя бы?

— Выдаем, но никто не хочет пользоваться, — вздохнул Гончарук. — Нас в лицо просто никто не знает, а если какое начальство заводское пойдет, так мигом все их натянут.

— Ну а административные меры для чего? — развел руками я. — Если положено в респираторе находиться на грязном участке, значит нужно рублем наказывать тех, кто свое здоровье угробить пытается по глупости.

Тут к нам директор завода подскочил, буквально прибежал в сопровождении еще двух каких-то своих работников. Начал очень извиняться за то, что никак не мог раньше из министерства вырваться.

Прошли к нему в кабинет, где и начали разговор на троих без лишних свидетелей.

Гончарук, похоже, директора мной застращал, потому что когда я поднял тему срочной модернизации вентиляции на заводе и обязательном использования респираторов везде, где положено, он немедленно согласился, что