Во власти Скорпиона. Большая игра - Гриша Громм

К вечеру руки гудят, ноги не держат, но я чувствую прогресс. Движения становятся чётче. Тело запоминает.

— Неплохо, — говорит Даниил после очередной тренировки. — очень неплохо. Но Тильгенов занимается фехтованием с детства.

— Знаю.

— И всё равно идёте на дуэль?

— Иду.

Он смотрит на меня своими холодными глазами, потом едва заметно кивает.

— Тогда завтра начнём работать над вашими сильными сторонами. Скорость и нестандартные углы атаки. Классический фехтовальщик их не ожидает.

— Договорились.

Днём — дела. Доклады от Олега о подготовке турнира. Отчёты от Сашки о прослушке. Сообщения от Толика из деревни культа.

С Толиком, кстати, интересная история. Он просит разрешения остаться подольше. Говорит, что втёрся в доверие к главе, получил возможность ухаживать за его дочерью. Что это открывает новые перспективы.

Даю добро. Пусть работает. Главное — результат. А если он ещё и любовь свою найдёт, кто я такой, чтобы мешать высоким чувствам?

Вечерами занимаюсь бумагами. Оля приносит стопки документов, отчётов, счетов. Я подписываю, она уносит. Иногда мы перебрасываемся парой слов, иногда просто молчим. Работа не требует лишних разговоров.

Но я вижу, как она на меня смотрит. И знаю, что должен кое-что сделать.

Так что в один из этих суматошных дней я арендую яхту. Небольшую, но уютную. С каютой, палубой и всем необходимым для романтического ужина.

Вечером подхожу к Оле.

— Сегодня никаких бумаг. Переоденься. Поедем кое-куда.

Она смотрит на меня с удивлением.

— Куда, господин?

— Увидишь, — с загадочной улыбкой отвечаю я.

Через час мы уже на борту яхты. Оля в красивом платье — бордовом с открытыми плечами. Рыжие волосы собраны в изящную причёску, на шее — тонкая цепочка с маленьким кулоном. Я никогда не видел её такой.

Сейчас она выглядит как настоящая леди. Глаз оторвать невозможно.

Яхта отходит от причала. Я веду её сам — капитан показал мне основы управления, остальное интуитивно. Будем считать, вылазки на рыбалку в моторке в прошлой жизни дали базу. Берег медленно удаляется, огни Ялты превращаются в россыпь светлячков.

Мы ужинаем на палубе. Свечи, вино, морской бриз. Оля ест мало, больше смотрит на воду.

— За что такие почести? — наконец, спрашивает она.

Я откладываю вилку, вытираю губы салфеткой.

— За работу. За всё, что ты делаешь. За это время ты стала моей правой рукой. Вся кропотливая возня с бумажками — на тебе. Я бы без тебя давно утонул в этом бардаке.

Она опускает глаза.

— Я просто выполняю свои обязанности, господин.

— Нет. Ты делаешь гораздо больше.

Достаю из кармана маленькую бархатную коробочку. Кладу на стол между нами.

Оля смотрит на коробочку. Потом на меня. Её глаза расширяются.

— Господин…

— Открой.

Она берёт коробочку дрожащими руками. Открывает. Внутри — кольцо. Тонкое, серебряное, с маленьким скорпионом на печатке.

И тут начинается совершенно неожиданная для меня истерика, по не сразу понятному мне поводу.

— Нет! — Оля вскакивает, отшатывается от стола. — Так нельзя! Я же просто служанка! Это невозможно! Что скажут люди? Что скажет ваша семья? Это…

— Оля, — пытаюсь остановить её.

— Нет, вы не понимаете! Где вы — и где я! Да, нам хорошо вместе, но это же временно! Это не может…

— Оля!

Она замолкает, тяжело дыша.

Я встаю, подхожу к ней.

— Ты думаешь, я тебе предложение делаю?

Она моргает.

— А… а разве нет?

— Хм. А почему ты против, если бы делал?

— Потому что… потому что это невозможно! Я никто! Служанка! У меня нет ни рода, ни титула, ни…

— И что?

— Как «и что»⁈ Вы — граф! Глава древнего рода! А я…

— А ты — женщина, которой я доверяю больше, чем кому-либо, — я беру её за плечи, заставляю посмотреть мне в глаза. — Послушай. Это не предложение руки и сердца. Не то, о котором ты подумала, во всяком случае. Но знай: если я решу на тебе жениться, то никакая ересь из всего того, что ты перечислила, мне не помеха. Ни отсутствие рода, ни титулов, ни богатства. Ничего.

Она смотрит на меня широко раскрытыми глазами. Губы дрожат.

— Тогда что это?

Я достаю кольцо из коробочки, беру её руку в свою.

— Это — признание. Ты становишься частью рода. Официально.

Надеваю кольцо на её аккуратный пальчик.

В тот же момент кольцо вспыхивает мягким золотистым светом. Я чувствую, как между нами протягивается невидимая нить — такая же, как с Фёдором, но… другая. Теплее. Ближе.

Оля вздрагивает, её глаза расширяются ещё больше.

— Что… что это было?

— Магия рода. Ты теперь Прискорпионова.

— Прис… — она запинается. — Не Проскорпионова?

— Нет.

— Почему?

— Потому что ты особенная. И я хочу, чтобы у тебя и фамилия отличалась.

Она смотрит на кольцо на своём пальце. Потом на меня. И вдруг бросается мне на шею.

— Спасибо, — шепчет она мне в плечо. — Спасибо, господин.

— Сева, — поправляю я. — Для тебя — просто Сева.

Она отстраняется, смотрит на меня мокрыми глазами.

— Сева, — повторяет она. И улыбается.

Ночь проходит как в тумане. Мы спускаемся в каюту, и там нам хорошо вместе. По-настоящему хорошо. Без спешки, без оглядки на завтра. Просто двое людей, которым хорошо друг с другом.

Я засыпаю с ней в обнимку, слушая, как волны мягко бьются о борт яхты.

И просыпаюсь от страшного удара.

Яхту подбрасывает в воздух. Я лечу через каюту, врезаюсь в стену. Слышу крик Оли и выпускаю жало из кольца, прижимая Ольгу к кровати, чтобы и её никуда не унесло. Потом ещё один удар — и мы переворачиваемся.

Везде вода. Холодная, чёрная, солёная.

Пытаюсь сориентироваться. Где верх? Где низ? Где Оля?

— Оля! — ору я, но изо рта вырываются только пузыри.

Вижу её — она барахтается где-то справа, пытается всплыть. Но что-то не так. Она не двигается вверх. Она… тонет?

Плыву к ней. Хватаю за руку. Тяну вверх.

Почти выталкиваю, но в этот момент что-то хватает меня за ногу.

Что-то огромное. Холодное. Сильное.

И тянет вниз.

В темноту.

Глава 16

Что-то огромное, холодное обжигает ногу и неумолимо тянет, не позволяя мне всплыть.

Лёгкие горят. В ушах нарастает давление. Вода вокруг — чернильная, непроглядная, только где-то внизу мерцает зеленоватое свечение.

Рву ногу из захвата. Бесполезно. Хватка железная.

Ладно, тогда по-другому.

Концентрируюсь. Из кольца вырывается призрачный хвост скорпиона и бьёт вниз, в темноту. Раз. Другой. Третий.

Что-то дёргается. Хватка ослабевает. Ещё удар — и я свободен.

Выкуси, чудище!

Разворачиваюсь, ищу глазами Олю. Вот она — бледное пятно где-то справа, медленно погружается. Не шевелится.

Нет. Нет, нет, нет!

Гребу к ней