Гонец. Том 1 - Григорий Володин

— Перезвони завтра после обеда, — командует брат, и кристалл гаснет.

Девушка прячет потухший камень под ткань кофты. Выйдя из-за стены, она поднимает взгляд на темнеющий фасад жилого корпуса, отыскивая окно каморки, где живут парни из ее группы.

— Вальд… вот только попробуй теперь не выжить, ты, несносный монстр, — в сердцах шепчет она.

* * *

— Сдохни, свинота! — Битч наносит резкий, умелый боковой удар.

По смазанному замаху совершенно непонятно, куда он целит. Но Система успела предупредить, видимо, считав его микродвижения, и я на рефлексах вскидываю руки для блока. Удар сотрясает предплечье. Перед глазами вспыхивает плашка [Мановое уплотнение] — только это и помогает руке не отсохнуть плетью.

Я намеренно отшатываюсь назад, будто от адской боли. Битч тут же злорадно оскаливается:

— Сейчас я тебе весь жир прокручу!

— Девочка! К стене! — рявкаю я. Шатенка за спиной Битча испуганно подпрыгивает и вжимается в каменную кладку.

А я, разорвав дистанцию ровно настолько, сколько нужно для хорошего лоу-кика, от души хреначу ногой по его голени. Получается, конечно, не ахти. Я хоть и оттянул носок, как полагается, и пробил с проносом, но мое нынешнее тело к такому не привыкло. Да и в прошлой жизни, несмотря на походы в секцию по тайскому боксу, в уличных драках я отродясь не участвовал.

И всё же Битчу этого хватает. От резкой боли его откидывает назад. Он оступается на верхней ступеньке и кубарем летит вниз, проносясь мимо вжавшейся в стену шатенки.

Там бы сынок наемника наверняка и свернул себе шею, да только из-за поворота лестницы раздается глухой стук столкнувшихся тел и отборная брань:

— Гребаный сопляк, ты что удумал⁈ — тут же безошибочно узнаю я яростный голос Бегуна Симона. Налетела коса на камень!

Мы с шатенкой, всё еще вжимающейся в стену, синхронно затаиваем дыхание. Переглянувшись, замираем на площадке и напряженно прислушиваемся к возне из-за угла лестничного пролета.

— Я… я случайно… — хрипит Битч, судя по звукам, пытаясь отползти от ног разъяренного старшака.

— Как будет «ель» на риманском? — внезапно рявкает Симон, устраивая проверку прямо на месте ДТП.

— Что? При чем тут…

— Живо говори, урод!

— Эм, сейчас… подожди… сейчас вспомню… — жалко лепечет сынок наемника, мигом растеряв всю свою бычью спесь.

— Время вышло, тупица! Упал в упор лежа и отжимайся сто раз! Прямо здесь, на ступеньках! Иначе я тебя сейчас сам скину еще на пролет ниже, переломаю всё, что осталось целым!

Снизу тут же раздается надсадное пыхтение и шуршание одежды — Битч покорно начал отжиматься. Но Симону этого мало.

— Там кто-то еще с тобой был наверху? — подозрительно рычит Бегун и, не дожидаясь невнятного ответа, топает по лестнице. Подошвы сапог гулко бьют по ступеням, приближаясь к нам.

Мы с шатенкой снова переглядываемся, на этот раз с глазами по пятаку. Ни слова не говоря, дружно срываемся с места, как ошпаренные, пулей вылетаем с лестничной клетки в общий спальный коридор и бросаемся каждый к дверям своей каморки.

— Леон… спасибо тебе! — помешкав, успевает прошептать девочка, прежде чем мышкой юркнуть к себе в комнату.

Я мешком заваливаюсь в свою тесную комнатуху. Бесшумно прикрываю за собой деревянную дверь. Прижимаюсь к ней ухом и прислушиваюсь к шагам Симона, проходящего по коридору мимо комнаты.

Шифры-то я, конечно, все вызубрил, но ну нафиг эти ночные разборки на лестнице. Бегун Симон мне и так скоро будет должен серебряный за пари, и старшаку этот факт вряд ли греет душу.

Дождавшись, пока шаги затихнут, я снова принимаюсь за книгу. Но вскоре наступает время отбоя. Дверь каморки открывается, и вся моя группа усталой толпой заваливается внутрь, тут же падая на койки и оглашая комнату дружным сопением и тяжелыми вздохами. А вот я спать совершенно не хочу. Видимо, выпитые зелья всё еще влияют на организм, разгоняя сон.

Поэтому, тихо прихватив тяжелый том, я выскальзываю в прохладный коридор. Забравшись с ногами на широкий каменный подоконник, открываю книгу. Благо, на улице ясное полнолуние, и холодного света из окна вполне хватает, чтобы разбирать строчки.

ПУТЬ: ГОНЕЦ — Стадия 1 «Первый шаг»

Каналы: 6 ↓ (Зафиксировано снижение)

Прогресс до стадии 2: 36%

Ну вот, еще один канал схлопнулся. Я смахиваю уведомление, слюнявлю палец, перелистываю желтую страницу и с головой погружаюсь в чтение.

— Новик, вообще-то уже был отбой, — негромкий голос раздается так неожиданно, что я едва не роняю том.

Мастер Серж вырастает рядом со мной бесшумно, словно соткавшись из коридорных теней. Это не Гонец, это ниндзя какой-то!

— Уже иду, мастер, — с неохотой начиная медленно сползать с подоконника.

— Ладно, сиди, читай себе, — Серж вдруг меняет гнев на милость. — Все равно тебя отсюда скоро выгонит патруль Бегунов.

— С ними, может, я как-нибудь и договорюсь, мастер, — беззаботно пожимаю плечами и усаживаюсь обратно на холодный камень.

Серж только качает головой.

— У тебя что, в крови нарушать устав, Новик?

— Главное же не буква, а дух закона, мастер, — парирую.

И я был бы не я, если бы не попытался снова закинуть удочку.

— Вот, следуя этому самому духу… может, нам уже пора ездить верхом?

— Новики не приручают ездовых зверей.

— Я слышал, что Новики также не убивают Слепых Гончих, — снова пожимаю плечами я, глядя ему в глаза.

Серж в ответ хмыкает.

— А не скажете, мастер, куда денут ее тушу? — будто невзначай уточняю.

— Мясо и прочие части тела зверей, напитанных маной, крайне полезны. Гильдия использует их на свое усмотрение, пуская в алхимию или продавая.

— То есть, получается, я принес материальную пользу Гильдии… — протягиваю я, постукивая пальцем по обложке. — Снова.

— Принес, но, смотри, не загордись, Новик, — обрывает Серж, разворачиваясь, чтобы уйти во тьму коридора.

Но перед тем, как он отвернулся, я успел увидеть кое-что в его глазах. Не раздражение, а скорее задумчивую оценку. Дожать-то я его на ездового зверя точно дожму. Главное, чтобы к тому моменту не стало слишком поздно. Впрочем, тогда пойду к лосям в лес.

Почитав еще немного, я всё же топаю спать. Странно, конечно, что мастер Серж ни слова не сказал про книгу — выносить их из читального зала вообще-то запрещено, а других у нас и нет. Ну, промолчал и слава богу.

Утром, с первыми ударами колокола, мы вскакиваем и высыпаем на утренний холод двора. Линария и Ритария, разминаясь и помогая друг другу тянуть мышцы, оценивающе смотрят на меня.

— Сегодня ты явно побежишь, — заключает блондинка.

— Немного, может, и побегу, — не