Огни Авалона - Дмитрий Чайка

Я наскоро глотнул зелье «Быстрой жизни» и реальность вокруг меня подернулась рябью. Люди внезапно остановились или начали двигаться, словно мухи в киселе. Девчушка эльф застыла, потешно скривив в гримасе хорошенькое личико. Ребенок совсем, ей лет пятьдесят, не больше. Зеленые лианы, которые поползли за мной, приобрели скорость улитки. Их кончики лениво шевелились, пытаясь добраться туда, где я еще совсем недавно стоял. Но увы. Меня там уже нет. Я вовсю бежал в сторону леса, пропустив в метре от себя ледяную сосульку, печально проплывшую мимо. Как, однако, вовремя я ускорился. Я ведь ее даже не заметил. Так себе приключение — получить килограммом льда по голове. А вот и оцепление. Какой-то солдатик скучает с автоматом наперевес. Я забрал у него оружие и разгрузку с боекомплектом, а потом припустил со всех ног.

Дома, машины и люди пролетали мимо, смазавшись в одно цветное пятно. Ветер свистел в ушах, смешавшись вместе с гулом электрических моторов в один долгий, тягучий шелест. Небольшой городок закончился быстро, и вот уже впереди раскинулась полоса отчуждения, голая, словно вытравленная гербицидами. Ни травинки, ни былинки. Одна утоптанная в камень почва, на которой яркими пятнами мерцали магические ловушки. Их тут тысячи. Они на земле, над землей и даже высоко в воздухе. Там они растянуты, словно сети. Теперь-то понятно, почему здесь люди без оружия ходят. Хтоническим тварям непросто пройти такую полосу препятствий.

— Нам бы так, — присвистнул я и пошел осторожно, огибая светящиеся шары, переступая круги на земле и уворачиваясь от ярких нитей, натянутых на уровне то пояса, то колен. Серьезно эльфы защитились, ничего не скажешь.

Я повернул голову и увидел, как в мою сторону несутся несколько машин, набитых людьми. Они светятся, словно фонари, а татау на руке пульсирует как ненормальное. Концентрация магия на меня несется просто запредельная. Там сидит десяток сильных волшебников, каждый из которых и в одиночку меня в порошок сотрет. Они знают, что ментальной магии я не поддаюсь, а потому церемониться больше не будут. Я пальнул короткой очередью, разбив радиатор одной из машин, но снова мне такого фокуса не повторить. Эльфы выпрыгнули наружу и тут же атаковали.

Мимо меня с гулом пролетела еще одна сосулька, и пролетела стремительно. Это значит, что «Быстрая жизнь» свое действие исчерпала. Через полосу отчуждения я кое-как перебрался, потеряв уйму времени, но до леса еще метров триста-четыреста. Судя по веселым голосам за спиной, мне их не пройти. Эльфы выстроились в шеренгу и будут расстреливать меня, как в тире. Собственно, они уже начали это делать. Полетели огненные шары, сосульки и даже зеленые плети, которые прямо в воздухе превращались в змей. Я петлял как заяц, но удары становились все точнее. Что же делать-то?

— А, была не была! — я вытащил из кармана зелье «Мнимой смерти» и зажал в кулаке.

Совсем рядом, едва не опалив мне уши, пролетел электрический разряд. Я истошно заорал и упал на землю. Крошечный глоток, и вот я уже любуюсь на свое тело, некрасиво раскинувшее руки. Я летаю прямо над ним, бесплотный, словно дух. Я все слышу и вижу. Эльфы хохочут, неприлично тыча в меня пальчиками. Мое несчастное тело еще раз приложили молнией, да так, что я подпрыгнул, а потом ко мне подползла зеленая змея и откусила кусок мяса из голени. Надо же, даже кровь почти не идет, черный ручеек замирает тут же. От двух эльфиек протянулись фиолетовые щупальца ментальной магии. Они обвились вокруг моей головы, а потом, считав данные, отползли назад. После такого лезть через полосу отчуждения высокородным господам было явно незачем. Они уже все для себя выяснили. Эльфы сели в машины, которые завели почтительно ожидавшие их люди, и уехали восвояси, оставив мое бренное тело на радость зверью из Хтони. Как только на Твердь сойдет ночь, они придут сюда на запах. А к утру от меня уже и косточек не останется. Ну, так думали авалонцы. А вот я надеюсь совсем на другой исход. Метка Великого леса должна работать и здесь. Вероятность этого довольно высока: процентов пятьдесят. Либо она работает, либо нет. Осталось дождаться, пока зелье «Мнимой смерти» закончит свое действие. Впрочем, какая-то зверушка уже высовывает нос из кустов и плотоядно принюхивается.

— Брысь! Пошла на хрен, сволочь! Фу! Кака!

Нет, она меня не слышит, я ведь бесплотный дух. Вылезшая из Хтони живность совершенно не похожа на вегетарианца. Это змеежопная собака — злобная тварь с клыкастой пастью и змеей вместо хвоста. А это значит, что жрет она тоже в два горла. Будет очень печально проснуться без обеих ног. Собака подошла, лизнула застывшую кровь и издала призывный вой. Видимо, она не любит есть в одиночку…

Глава 15

Очнулся я ровно в тот момент, когда меня кто-то перевернул на живот, а потом снова на спину. Я застонал от дикой боли, потому что сознание вспыхнуло, как лампочка, а вместе с ним вернулись и все положенные ощущения. Правый бок горел огнем, а еще жутко болела голень. Я открыл глаза и увидел около себя слюнявую пасть, пятачок размером с виниловую пластинку и два глаза, горевших зловещим багровым светом. Я снова смежил веки, пытаясь уйти в спасительную нирвану. Вот почему эти твари не могли меня сожрать, пока я еще спал? Ну что за подлость! Я полежал так, боясь пошевелиться, и думал, что притвориться трупом еще раз у меня не выйдет. Зверюга уже видела, что я очнулся, да и не поможет это. Все равно сожрет.

Полежав так немного, я исполнился некоторых надежд. Со стоном поднялся на ноги, ощущая, как на левом боку лопнула засохшая корка, и оттуда полилась сукровица. Хорошо, что мы, снага-хай, народ крепкий. Подумаешь, на организме ожог диаметром в полметра, да змея вырвала из ноги кусок мяса размером со спичечный коробок. Я поднял автомат и свою сумку, а потом повернулся к терпеливо ожидавшему меня зверью.

— Ну, веди меня, свинка. И ты, собачка с ядовитой рептилией на попе, тоже веди. Раз не стали жрать, то познакомьте с хозяином. Кстати, а кто ты у нас? Неужели боровей?

Да, точно! Я же видел его на картинке в своей книжке «Хтонические твари Средней полосы». Кабан в полтонны весом, к бокам которого прижаты небольшие крылышки. Я читал, что подсвинки еще летают, но с набором массы эта способность теряется. Боровей хрюкнул и, тяжело переваливаясь, пошел