Ученица сильнейшего мага - Екатерина Политова

— Ты к правде не готова, — проговорил он.

Сердце забилось так сильно, что, казалось, вот-вот вырвется наружу. Но я не собиралась сдаваться:

— Я знаю что мы бежали из федерации Босэй, когда мне было два года. У нас была легенда, которой мы и придерживались. Но всю жизнь я думала, что мои родители предатели или шпионы.

Я боялась дышать, ощущая через одежду какая горячая у него ладонь. Не отпуская меня, другой рукой ректор оперся о дверь и приблизился. Тьма в кабинете вдруг начала густеть, померк свет единственной напольной лампы. Он склонился к моему уху, не разрывая этой почти мучительной близости. Его дыхание коснулось моей щеки.

— Наверное, так тебе и следует думать дальше, — произнес фон Кирс.

— Нет, — выдавила я, удерживая себя от того, чтобы не задрожать сейчас.

Он был слишком близко, через чур. Едва заметный выдох сорвался с его губ, а рука с ключицы переместилась мне на волосы, в то время как мои собственные руки всё ещё упирались ему в грудь. Я решилась посмотреть ему в глаза, но в темноте ничегошеньки не увидела.

— Ты не готова нести эту ношу. Ты молодая наивная девочка, на которую свалилось нечто куда большее, чем она сама, — от его голоса по коже пробежал холодок.

Единственное, что я смогла - это мотнуть головой.

— Послушай моего совета, — прошептал Адам и провел костяшкой указательного пальца по моей щеке. Я узнала эти ощущения, они были мне знакомы. — Выбери незнание, Аннабель. Ты будешь жить спокойной жизнью. Мы найдем способ заблокировать только часть твоей магии, чтобы она не выдала тебя… В остальном я научу тебя с ней справляться. Просто выбери незнание, выбери спокойную жизнь, и я обо всем позабочусь. Так или иначе твои проблемы в любом случае останутся на мне.

Я не могла дышать, не могла думать. Его голос будто проникал сквозь кожу. С трудом найдя собственный голос, я тихо, но упрямо ответила:

— Я хочу знать. Я готова к последствиям. Вы можете научить меня защищаться, переложить часть моих же проблем на меня. Моя сила ведь велика.

Ректор медленно провёл рукой по моим волосам, задержав пальцы у моего затылка. Будто отвлекал, будто этой лаской пытался отговорить меня. И я путалась в собственных чувствах сейчас. Когда скупой на эмоции мужчина вот так прикасается, о чем это говорит? Лжет он мне сейчас? Манипулирует? Или он искренен?

Или… не знает, что со мной делать?

Его пальцы крепче сжали мои волосы, и от этого я замерла. Он злился на меня, и я готова была это терпеть. Тьма в кабинете отступила, давая слабому свету вернуться.

— Я бы предпочёл, чтобы ты никогда ничего не узнала, — он чуть ослабил хватку, проведя ладонью по моему плечу, но его взгляд оставался жестким. — Но раз ты настаиваешь. Это твой выбор.

Он убрал от меня руки и резко выпрямился, нацепив обратно свою обычную холодную маску.

— Ты должна знать одно, Аннабель. Подобный выбор я даю далеко не всем. Не заставляй меня об этом пожалеть.

Глава 10

Адам фон Кирс

Ни свет ни заря Аннабель уже стояла у двери его кабинета, переминаясь с ноги на ногу. Как только он приблизился, она тихо пробормотала, опустив взгляд:

— Я думала вы меня опять… обманули, — прошептала Аннабель, опустив взгляд.

— Я проспал, такое тоже бывает, представьте себе, — ответил фон Кирс, едва взглянув на неё, и отворил дверь ключом. В другой руке он держал кружку с кофе.

Проснуться получилось только тогда, когда Ррайз собрав все силы отчаянно каркнул ему на ухо. А так Адам не услышал даже будильник. Правда фамильяр едве не расплатился за такое жизнью, но ректор успел среагировать, не дав магии защитить хозяина от подобного пробуждения.

Аннабель прошмыгнула в кабинет и уселась на своё место, нетерпеливая, готовая к любым откровениям. Сам же он снова думал, что было бы проще просто спрятать эту девочку, изменить внешность, инсценировать исчезновение, уберечь её от угрозы. Но Аннабель раз за разом лезла в самое сердце опасности, не понимая, с чем она могла столкнуться.

Он вспоминал настойчивый взгляд Аннабель в первый день, её карие глаза, глубокие и теплые, её слова, которые своей неподдельной искренностью, проделали брешь в защите, которую он выстраивал годами. В тот момент он сделал для неё исключение — поклялся, что она не станет оружием. Он никогда и никому не клялся, только королю в верности, но перед Аннабель… нарушил свои принципы. И продолжал их нарушать. И не мог заставить себя остановиться.

Однако с таким характером эта девочка однажды сама могла превратиться в тигрицу. Главное, чтобы она до этого момента дожила.

Адам опустился в своё кресло и отпив кофе, едва не подавился. Нельзя давай Ррайзу варить кофе. Сколько там ложек сахара? Десять? Он недовольно отставил кружку.

Аннабель нервно теребила край пиджака. Прикрыв глаза Адам накрыл кабинет непроницаемой тьмой. Свет утреннего солнца из окон померк и теперь освещала всё лишь одинокая потолочная лампа. Их не должны были подслушивать.

— То, что я тебе расскажу - секретно. Об этом не знают даже члены Совета при короле.

Девочка закусила губу, глядя на него во все глаза. Хотя он бы предпочел, чтобы она смотрела куда-то ещё.

Голос, древний и жадный, зашептал из глубин его сознания, заполоняя мысли. Адам провёл рукой по лицу, пытаясь подавить этот нарастающий шепот. Жадная тьма реагировала на эмоции, которые Аннабель в нем вызывала.

— Правда о твоем происхождении… может быть не такой, какой ты её представляла, — произнес он, глядя в карие глаза девушки перед ним. — Федерация Босэй годами вела эксперименты со стихиями и магией, стремясь создать магов с исключительными способностями. Они переходили границы гуманности и морали. Им нужен был маг-идеал. Знаешь, что это?

Аннабель мотнула головой, каштановый волосы, которые она опять вопреки правилам не собрала, рассыпались по её плечам.

— Есть маг-творец, созидатель, разрушитель, — спокойно объяснил фон Кирс. — Маг-идеал - это всё вместе.

— У меня есть часть созидателя, но я не то, к чему они стремились, верно? — догадалась Аннабель.

В этот момент он подумал, что она идеально бы подошла Тайной канцелярии. В Аннабель была доля проницательности, которую она сама в