Враг за спиной - Медина Мирай

– Давай на пристань.

* * *

Иван всегда забавляли крики чаек в фильмах: птицы словно ругались друг на друга. Но она еще не слышала их так близко. Порывистый ветер доносил запах водорослей и соли, от которого покалывало в носу. Многоэтажки и шум города остались далеко. Впереди открывались взгляду темная вода с играющими на ней бликами теплого света и тихая пристань, которая не вызывала доверия.

Едва ступив на пляж, Иван несколько раз чуть не провалилась в песок. Пока она доковыляла до береговой линии, песок почти полностью покрыл ее новые белые кроссовки и даже умудрился попасть внутрь.

– Почему ты не снимешь капюшон? – только голос Хантера напоминал, что она здесь не одна. – И зачем тебе шапка, ведь вроде не холодно. Ты еще ни разу их не сняла.

Иван остановилась в том месте, где волны встречались с песком, и сжала капюшон у горловины. Если от Эймери она боялась услышать упреки, то от Хантера – насмешки.

– Без него холодно, – ответила безучастно. – Я, наверное, еще не скоро его сниму.

Хантер сунул руки в карманы и посмотрел вдаль, на гудящий паром.

– Мэвис, – проговорил он задумчиво, и Иван с дрожью осознала: он догадался. – Полагаю, лечение уже начали. – Он поджал губы, а потом закончил почти робко: – И полагаю, мне нет смысла тянуть с решением, которое я уже принял.

Он повернулся в сторону машины, оставленной на подъезде к пляжу, на асфальтированном пригорке. Оттуда за ними наблюдал водитель – парень лет двадцати пяти. Он кивнул, получив безмолвный приказ, открыл багажник и достал два чемодана.

Сердце Иван сжалось. Это то, о чем она думает?

– Там полмиллиона.

– Но это больше, чем я просила, – запротестовала Иван. Но стыдно было признать: она испытала облегчение и в глубине души надеялась, что брат не передумает.

– Пусть будет. – Хантер повернулся к воде, словно избегая ее взгляда. – Те жалкие двести пятьдесят тысяч, что оставил тебе отец, – это какой-то плевок.

Сказать ему, что осталось у нее меньше пятидесяти? Или это будет звучать как наглый намек подкинуть еще пару сотен тысяч? Иван решила опустить этот момент.

– Спасибо, – бросила она, сжимая подкладку карманов толстовки. Наверное, стоило сказать что-то еще. Иван хотела, но напомнила себе: да, Хантер – ее щедрый брат, но он все еще преступник, и она не знает всех его мотивов. – Это поможет Мэвис. Я поеду к ней после нашей встречи.

– Поразительно, как ведут себя сердца, когда нужно помочь беспомощному ребенку.

– Твое тоже, – выдохнула Иван.

– Нет, это не про меня.

– Но ты помог спасти Мэвис от Лияма.

– Я представил, что она – это ты когда-то. – Хантер взглянул на Иван. – Я вспомнил, как винил себя за то, что потерял тебя. За то, что погибла твоя мать. За то, что я нормально не поговорил с вами и не рассказал, какие подлости делает наш отец.

Иван обрадовалась, что они приехали именно на пристань. Тут вода, завораживающий вид на облачное небо. Словом, красоты, на которые она может смотреть вместо того, чтобы прятать взгляд в неловкости.

– Почему же мы не можем исправить хоть что-то прямо сейчас? – спросила она.

– Я еще не закончил. Пока что небезопасно для на всех.

– А что изменится потом?

– Многое может измениться уже завтра. И я бы хотел, чтобы в этот момент ты была на моей стороне. – Хантер помолчал несколько секунд, прежде чем продолжить: – Что изменится?.. Начну издалека. Думаю, ты плохо представляешь жизнь современных богачей. Мыслишь стереотипно. По моему опыту, большая часть из них, во-первых, добились всего через связи, а во-вторых, кто-то уже родился в обеспеченной семье. Людей из низов, добравшихся до вершины, практически нет. А даже если появляются таланты, то им не дают пробиться, потому что все уже схвачено, все места заняты, а крупные корпорации поглощают компании поменьше… – Он начал шагать вдоль берега, и когда Иван встала с ним вровень, продолжил: – Большинство нынешних богачей – сволочи. Озабоченные насильники, педофилы, те, кто заведует сетями по продаже людей или чем-то подобным. Есть просто невоспитанные мрази, которые относятся к окружающим, словно к мусору. И их власть…

И это Иван слышала от человека, который убивал простых людей, чтобы создать шумиху вокруг Тени и остальных.

– А ты у нас типа добрый? – перебила она не без упрека.

– По крайней мере, ни к чему из перечисленного не отношусь. – Его походка оставалась расслабленной. – Да я и не мультимиллионер. Я независимый изобретатель. И я из тех, кто смог пробиться, но, увидев, в какой на самом деле мир я все эти годы рвался попасть, развернулся и ушел в тень. Я люблю делать какие-то штуки, которые упрощают жизнь людей, и продаю на них патенты.

– А в перерывах – совершаешь преступления. По сути теракты.

Хантер ухмыльнулся.

– Ты хорошо относишься ко мне, но ты мой враг, – продолжила Иван холоднее. – Жаждешь убить моих друзей. Преследуешь человека, который буквально вытащил меня из нищеты. Пока это будет так, я ни за что к тебе не примкну.

– Я бы тоже вытащил тебя из нищеты. Я заработал достаточно денег, чтобы дать тебе престижное образование, купить дом, машину и что-то еще.

– Но ты преступник.

– Не больше нашего отца, – он бросил это словно в пустоту, но тут же скривился, словно жалея о сказанном.

Почему-то Иван даже не удивилась, услышав это. Она успела хорошенько обдумать свое отношение к отцу и понять одну вещь: то, что он искал ее и завещал почти все свое состояние, не делает его хорошим человеком. В мире полно уродов, которые носят близких на руках, но рушат жизнь других. А отец по-настоящему любил ее одну из трех детей. Самую младшую, рожденную в долгом браке.

– Я понимаю, почему ты мне не доверяешь, – продолжил Хантер. – И я не жду, что ты бросишься ко мне с радостными криками. Однако, примкнуть ко мне тебе все-таки придется. Возможно, уже совсем скоро. Тебя окружает много плохих людей, для которых ты большая проблема. Акционеры и совладельцы «Альтерната» за годы твоего отсутствия десять раз успели с тобой попрощаться и расслабиться. А тут ты – наследница, которая может перехватить управление организацией и завладеть крышесносным состоянием.

– Но мисс Кларк заботится обо мне, а она директор.

– Ее туда поставили. Думаешь кто? ЦРУ и акционеры. Она просто марионетка. Делает то, что скажут. И если ей скажут выгнать тебя, то она это сделает.

Несколько секунд они шли вдоль берега молча. Иван почему-то показалось, что как бы она ни