Диктатор 2 - Руслан Ряфатевич Агишев

Стюарт попрощался, и вышел из кабинет. Грустно улыбаясь, директор проводил его взглядом. Шутка шуткой, но ему, и правда, было тяжело, просто он научился хорошо скрывал это. Возраст все равно давал о себе знать, и здесь не помогали ни лекарства, ни хорошая генетика.

— … Ладно, старина Уэб, еще пол часа, и домой, — сказал он сам себе. — Еще пол часа…

Старик подвинул к себе одну из многочисленных папок с документами, что целыми стопками возвышались над его столом. Здесь было собрано все, что сейчас было у ЦРУ и ФБР по делу массовых беспорядков, захлестнувших США в последние недели. Президент, старый друг Уэбстера, лично просил его помочь с этим делом, поэтому он и старался.

— А может они все правы, и все именно так, как они и говорят? — пробормотал он, и потянулся к стаканчику с кофе. Отхлебнул напиток, не чувствуя вкуса, и откинулся на спинку кресла. — Если это просто беспорядки, и ничего больше?

Полиция, ФБР и теперь вот ЦРУ все многократно проверили и перепроверили, но не нашли ни единого следа какого-то внешнего вмешательства. Вывод силовых служб был однозначен — к самым массовым в истории США беспорядкам привел большой комплекс взаимосвязанных причин, среди которых были и острое социальное расслоение, и повальный низкий уровень среди афроамериканских жителей южных городов, и провал специальных служб и муниципальных органов власти, и массовая бесконтрольная миграция, и многое другое.

Уэбстер перевел взгляд на свой блокнот, раскрытый на странице со знакомыми только ему пометками. Еще раз пробежал по ним глазами, несколько раз прочитал вслух, но детали все равно упрямо не хотели складываться в единую картину. Он все равно никак не хотел соглашаться с общей оценкой этих событий.

— Неужели это всего лишь моя старческая мнительность?

Сколько бы он не вчитывался в свои заметки, ясности от этого больше не становилось. Перед глазами был хаос, множество разрозненных, несвязанных друг с другом событий, но внутренний голос, по-прежнему, продолжал твердить одну и ту же фразу: «это все не случайно».

— Нет… Нет, здесь точно что-то есть. Точно есть то, что это все связывает…

Уэбстер чувствовал, что что-то упускает. Какая-то мелкая, но при этом ключевая, деталь снова и снова ускользала от его внимания. И именно ее не хватало, чтобы пазл окончательно сложился.

Вдруг он затаил дыхание, замерев над документом — одним из сотен и сотен опросных свидетельских листов. Похоже, он что-то нащупал.

— Вот… Мужчина средних лет… Среднего роста… Среднего телосложения… — мужчина держал в руках два опросных листа, в которых свидетели описывали явно одного и того же человека, и называли его одним из участников бандитских разборок. Мол, боевик одной из уличных банд. — Обычный, совершенно обычный.

Директор начал судорожно перебирать документы в других папках, в надежде найти нужно ему сходство. И вскоре нашлось еще три подобных свидетельства, в которых люди описывали какого-то незапоминающегося мужчину то с пистолетом, то с бутылкой с зажигательной смесью. Этот непонятный человек казался бестелесным фантомом — его все видели, но почему-то толком не могли запомнить его особые приметы. Незапоминающийся, называли его свидетели.

Уэбстер не поленился и сходил за папками со стола своего заместителя, который занимался Лос-Анджелесом. И почти сразу же ему улыбнулась удача — под руку попался опросный лист с описание мужчины средних лет с неприметной внешностью, который остановили полицейские при выезде из города во время беспорядков. Мужчина назвался коммивояжером Стеном Уолесом из штата Мэн. Офицер отметил необычный акцент, но это его нисколько не насторожило, так как он знал, что у жителей штата Мэн необычный говор.

— Один раз случайность, два раза совпадение, а три раза — это уже совпадение, — известная поговорка сейчас оказалась очень даже кстати, заставив его помрачнеть. Похоже, он оказался прав в своих подозрениях на все сто процентов, и это было очень и очень плохо. — Получается, нет никакой случайности. Господи…

Получалась очень нехорошая картина. Если он, действительно, прав и массовые беспорядки возникли по чьей-то злой воле, то нужно уже сейчас бить во всей колокола — звонить Президенту, поднимать национальную гвардию, армию.

— Господи… Нет, нет, все нужно еще раз проверить, проверить самым тщательным образом… Но сначала нужно выспаться.

Это тоже было одним из его правил, которых Уэбстер строго придерживался на протяжении всей своей жизни. Перед принятием какого-то важного, судьбоносного решения нужно было хорошенько выспаться.

— Да, нужно выспаться, а завтра все еще раз проверить, — окончательно решил он, и тяжело поднял с кресла. Сейчас после тяжелого дня усталость особенно чувствовалась. От возраста не убежишь, как ни старайся, грустно улыбнулся он. — Домой, теперь домой.

Собрался, вышел из кабинета, убедившись, что все закрыто и выключено. Спустился в холл, кивнул охраннику, как делал этого много раз до этого, и вышел на парковку. Его машина была в самой середке, чтобы с утра немного пройтись пешком.

— … Хорошо, — Уэбстер с облегчением вдохнул прохладный воздух, и медленно пошел в сторону машины, наслаждаясь каждым шагом. В его возрасте, да и в любом другом возрасте, нужно уметь ценить каждое мгновение, каждый вдох, каждый шаг, что, собственно, он и старался делать. — Хорошо.

В той части, парковки, где он оставил автомобиль, царила темнота. Фонари почему-то не горели.

— Нужно сказать Фареллу на вахте, — Уэбстер сделал зарубку в памяти. Теперь это было и его хозяйство, а беспорядок терпеть он был никак не намерен. — Чтобы разобрался с эти.

Добравшись до автомобиля, он открыл дверцу, сел, и сразу же замер. Рука с ключом зажигания так и застыла в воздухе.

— Кто здесь? — спросил Уэбстер, хотя мог бы этого и не делать. Он все и так уже понял. — Это ведь ты? Как мне тебя называть? Ведь, Стенли Уоллес не твое настоящее имя? Уверен, что в штате Мэн никогда не слышали о продавце факсов Стенли Уоллесе. Я не ошибся.

Многолетний опыт говорил директору ЦРУ, что все кончено, и жить ему осталось немного. Но он все же старался, как мог, оттянуть неизбежное.

— Не молчи, ответь. Неужели, я так много прошу? Это ведь ты все организовал?

С заднего сидения донесся сначала смешок, а затем и сам голос:

— Ты не ошибся, старик, это был я.

Уэбстер вздрогнул, едва прозвучал голос незнакомца. Ведь, он узнал его.

— Господи… Этот акцент, я помню его… Ты точно не из штата Мэн,