Воин Сидона - Джин Родман Вулф

Я покачал головой.

– Прошлой ночью она возлежала с Агафоклом.

Я спросил, кто это.

– Муж из Эллады, виноторговец.

– Тот, что говорит о приисках?

– Да, он самый. Ты ушел, а Митсерэу напилась. Предложила себя Агафоклу, и он ее взял.

– Он станет биться со мной за нее?

Сахусет тихо рассмеялся. Ночью на борту темного корабля такой смех слышать неприятно.

– У него для этого кишка тонка, я уверен.

Я пожал плечами:

– Значит, Митсерэу моя. Вот если он тронет ее у меня на глазах, то его ждут неприятности.

– Я собирался изготовить для тебя амулет, который обеспечил бы ее верность.

– У нее и так уже есть амулет. В форме бычьей головы. Митсерэу говорит, что получила его от тебя.

– Откуда тебе знать? Ты же все забываешь.

Я сказал, что видел амулет у нее на шее за ужином и спросил, для чего он.

– Она не носила его несколько дней. Прошлой ночью он бы ее уберег, только не от Агафокла. Не для того сделан.

– И от чего же он защищает?

– От меня, – произнес где-то позади женский голос.

Я обернулся. Удивившись тому, что с нами на корабле еще одна женщина, вслух заметил, как скрытно она подкралась.

– Мы всегда ходим тихо.

Сахусет прочистил горло и представил ее:

– Латро, это Сабра, моя жена.

Я сказал, что Митсерэу называет себя моей женой, и спросил, правда ли это.

– Только пока ты сам так утверждаешь, – усмехнулась Сабра.

Голос этой женщины так и манил, хотелось коснуться ее.

– Я здесь, – молвил Сахусет, – в надежде, что Красный бог все же явится. Прошлой ночью он так и не пришел. Надеюсь, лишь потому, что меня не было рядом. И если так, то сегодня все будет иначе.

– Меня, – прибавила Сабра, – привела сюда та же причина, хоть она и немногословна. Я здесь из-за тебя, Латро.

– Разве я тебя выпускал? – зло спросил Сахусет.

Сабра покачала головой.

– Что, нельзя даже прогуляться за пределы своей, каюты? Опочивальни? Как ее ни назови, а там сейчас жарковато. Мне куда приятнее тут, наверху. С Латро.

– Нас подслушивают, – сказал вдруг Сахусет.

Из самой густой тени вышел мой раб, низкорослый и согбенный муж. Лунный свет блеснул, отражаясь от его лысой башки.

– Я не подслушивал тебя, – возразил он Сахусету. – Просто ждал, вдруг меня кликнет господин.

Я представил его:

– Это Урей. Хотя, возможно, вы его знаете.

– Знают, господин. Что тебе угодно?

Я улыбнулся:

– Помнить, как помнят другие.

– Я не могу исцелить тебя, господин. Как и тот, кто дал тебе меня. Будь это в наших силах, мы бы сразу все сделали. Зато я сам ничего не забываю и, если позволишь, послужу тебе в качестве памяти.

Я обещал постараться это запомнить и заявил, что он волен напоминать мне о забытых знаниях, когда сочтет мудрым.

– Тогда я напомню тебе, что эту самую женщину у тебя на глазах Сахусет вылепил из воска.

Я не поверил, и тогда Сабра с тихим смехом сказала:

– Быстро же меня раскрыли! Ты что, правда думал, будто я из плоти и крови, Латро?

Да, признался я, так-де и думал, но о том, что до сих пор так считаю, промолчал.

– Нас, кукол, можно оживить при помощи магии, и меня саму частенько оживляли. Тебя это поражает?

– По меньшей мере, удивляет, – сказал я, прибавив, что можно было бы и догадаться. Для смертной женщины она чересчур прекрасна.

– О, я вполне смертна. Могу сгореть, как свечка.

– И сгоришь, – пообещал Сахусет, – если не сойдешь с пути, избранного сегодня.

– Мне ли перечить, дорогой?

Сахусет не ответил.

Сабра взяла меня за руку. Ее ладонь была мягкой и липкой.

– Чаще всего, – прошептала восковая женщина, – чародеи лепят крокодилов. Когда-то я и сама была таким крокодилом. У чародеев много врагов.

Я кивнул – мол, оно и понятно.

– Или же они лепят змеев, и те исполняют их волю. Здесь тоже есть змей, хоть и другого происхождения.

Я обещал убить его, если она мне на него укажет.

– Его лучше не убивать. Он очищает трюм от крыс, а потому дорог.

– Я не давал тебе жизни этой ночью, – перебил Сахусет. – Кто тебя поднял? Говори!

– Как же! Вот этот красавчик-солдат. Или ты думал, что у него нет талантов?

– Есть, и много, – сдерживая гнев, проговорил Сахусет. – Он отлично владеет мечом.

– Тебе ли судить? Его близость и пробуждает меня. Он замечал это, хоть и не помнит моих пылких взглядов. – Она снова коснулась меня. – Латро, милый, ты говоришь, что Митсерэу – твоя жена. Однако знай: она пьяница и шлюха. Представь, – только вообрази, милый Латро, – что она больше не захочет тебя видеть и уйдет. Что станешь делать?

– Попрощаюсь с ней, – ответил я. – И прослежу, чтобы, уходя, она не прихватила ничего лишнего.

– Славно сказано! Настоящий мужчина. А можно еще вопрос, милый?

– Если тебе так угодно, – кивнул я.

– Представь, что у Митсерэу есть одна шкатулка, твой подарок, но лишь до той поры, пока вы с Митсерэу вместе. Вы так условились. Отдашь ли ты шкатулку, когда жена тебя покинет?

– Несомненно.

Смех Сабры звучал музыкой, мягкой и сладкой.

– И еще один вопросик. Надеюсь, можно его задать? Сколько я тебя знаю, Митсерэу – твоя жена, однако она безродная. Положим, ты захотел взять вторую жену. Взамен Митсерэу или вдобавок к ней. Неважно. И, положим, выяснилось, что и эта, вторая жена тоже безродная. Ты бы отверг ее?

– Нет, – сказал я. – Нет, если бы любил ее.

Урей поинтересовался:

– Ты любишь Митсерэу, господин?

– Люблю, – ответил я ему.

– Урей твой раб, – сказала Сабра, – а я буду не просто рабыней. Я буду предвосхищать твои пожелания и подчиняться охотно. Исполню все, что ни прикажешь, любую мерзость. Можешь оставить себе первую жену и возлежать с ней всякий раз, как тебя охватит страсть. Ни на миг не укорю тебя ни словом, ни взглядом, и если скажешь обмахивать вас обоих опахалом или служить еще каким-нибудь образом, я с радостью покорюсь. Взамен попрошу об одной малюсенькой услуге, и ты можешь исполнить ее сегодня же ночью, дабы не тянуть.

Из любопытства я спросил, чего же она хочет.

– Срежь с нее амулет и брось его за борт.

Сахусет вздохнул:

– Нужно ли объяснить, что за этим последует?

Я признался, что объяснение не помешало бы.

– Подобные изваяния требуется кормить. Их подпитывают, умащая кровью того, кого они изображают.

– Твоя жена спит, – прошептала Сабра. – Обещаю, никакого вреда.

– Латро? – позвала меня вдруг Митсерэу; рядом с ней