Код Изгнания - Евгений Волков

— Пират, мародёр, опальный аристократ, последний из своего рода, а ещё твой будущий жених. Выбирай то, что тебе больше нравится, — я усмехнулся, глядя на принцессу сверху вниз.

Та удивлённо уставилась на меня. Несколько раз растерянно моргнула и резко покачала головой. Она попыталась отодвинуться ещё дальше, но упёрлась лопатками в гладкий металлический борт капсулы. Вздрогнув от неожиданного холода, она быстро оглянулась, а затем вновь уставилась на меня широко раскрытыми глазами.

— Никогда, — холодно и надменно выплюнула девушка. — Отец ни за что не согласится на это. И я тоже. Ты полный идиот, если думаешь, что, просто выкрав меня, сможешь провернуть подобное.

Она попыталась резким жестом убрать с лица надоедливый локон каштановых волос, но от этого движения тяжёлая ткань чуть не соскользнула с её плеча. Принцесса тут же бросила эту попытку, намертво вцепившись пальцами в край плаща.

— А зачем нам с тобой чьё-то согласие? — я слегка улыбкой пожал плечами. — Посмотрим. У нас обоих будет достаточно времени, чтобы изменить мнение друг о друге.

Девушка смотрела на меня с нескрываемой злостью, но едва заметная дрожь выдавала её страх. При этом она всё равно отчаянно пыталась держаться надменно — сказывалась столичная выучка. Гермодверь вновь поползла в сторону, с пневматическим шипением впуская в помещение Рена. В руках он нёс запечатанный пластиковый свёрток, судя по всему, с типовым рабочим комбинезоном.

Заметив сидящую на полу принцессу, которая куталась в мой плащ и злобно зыркала на нас обоих, бывший оперативник рефлекторно замер. На секунду в нём победил старый шпионский протокол: он плавно опустился на одно колено, как и подобало имперскому подданному при виде столь высокородной особы.

— Ваше Высочество, прошу простить, что вижу вас в таком виде, — негромко произнёс Рен.

— Рен! — резко и громко оборвал я его.

Мой голос прозвучал настолько хлёстко, что Шуйский и принцесса синхронно вздрогнули. Девушка на мгновение перестала хмуриться, и взгляд её зелёных глаз испуганно метался между мной и коленопреклонённым оперативником. Она явно не понимала диспозиции.

— Да, милорд? — тихо отозвался мой вассал.

— Ты служишь мне и не обязан преклоняться перед кем-либо ещё. Чтобы это было в первый и последний раз, — ледяным тоном отрезал я.

Я поднялся, обошёл каменный стол и требовательно протянул руку. Рен понял меня без слов, тут же поднялся и вручил мне вакуумную упаковку. Сделав несколько шагов к капсуле, я протянул комбинезон принцессе.

— Оденься.

Девушка уставилась на серый пластик с таким брезгливым видом, словно я предлагал ей не чистую одежду, а чашу с ядом. Я невольно поморщился и ехидно добавил:

— Ну уж простите, Ваше Высочество, дорогих придворных нарядов и пышных платьев у меня тут не водится. Фронтир, сами понимаете.

Она обожгла меня яростным взглядом, выхватила упаковку и дёрнулась, собираясь вскочить. Но вовремя сообразила, что, кроме моего плаща, на ней ничего нет, и любое резкое движение обнажит её тело перед нами. Ткань опасно скользнула по плечу, и принцесса поспешно сжалась, укутываясь плотнее.

Развернувшись на каблуках, я бросил Рену короткое «за мной». Мы отошли в дальний угол убежища, где на стенах в несколько рядов светились проекционные экраны. Кивком я приказал оперативнику вывести туда данные о начинающейся заварушке на орбите планеты. Пора было посмотреть, как Второй флот Трона собирается штурмовать мою новую систему.

Как и ожидалось, флот мятежников разбивали в пух и прах. На тактических экранах было отчётливо видно, как к ближней орбите стягиваются тяжёлые корабли Второго флота, предназначенные для массированных орбитальных ударов. Минут через двадцать начнётся новая фаза этой показательной кары тех, кто посмел пойти против Трона. Имперцы действовали строго по учебникам Генерального штаба: жестоко, избыточно, но именно этот радикальный подход обеспечивал им десятки циклов последующего мира в секторах. Я не помнил ни одного случая, чтобы имперские каратели подавляли бунт мягче.

Взмахом руки я переключил проекционную панель с обзора ближнего космоса на трёхмерную карту самой планеты. На сетке рельефа вспыхнули многочисленные города-куполы Раграса. Удержать их все мы были физически неспособны, даже с учётом того, что в нашем распоряжении оказалась трофейная техника расквартированного здесь оборонительного корпуса. Но этого наследства было катастрофически мало: несколько разрозненных танковых групп и пара механизированных бригад, состоящих в основном из мехов кустарной шахтёрской постройки.

Ополченцы, никогда не знавшие вкуса настоящей войны, после первой же волны имперского десанта разбегутся кто куда. Вот и вся расстановка сил. Раскидывать и без того скудные резервы на защиту всех куполов Раграса было бы глупостью. Поэтому мы приняли решение прочно удерживать этот сектор и пару соседних узлов, которые должны на время отвлечь на себя основные силы карателей. После выполнения задачи остатки гарнизонов стянутся сюда, под единый рубеж обороны.

— Милорд, не думал, что ты так резко отреагируешь на простую вежливость, — решился, наконец, заговорить Рен, нарушив гудение терминалов.

— Рен, тебе напомнить, что Империя сделала с моим Домом? — я повернулся к нему. — И напомнить, что лично ты выступил против неё в тот самый момент, когда возглавил здесь этот мятеж? Принцесса для нас — просто инструмент, не более. Я понимаю, что твои действия продиктовал обычный аристократический этикет, но именно он безмолвно доказывает, что мы всё ещё уважаем устои Трона. А я этого не хочу. Пусть девчонка будет искренне уверена, что мы её ненавидим. Страх — это то, что нам сейчас нужно больше всего.

— Понимаю, — кивнул Шуйский, принимая новые правила. — Когда начнём разыгрывать эту карту?

Я бросил короткий взгляд через плечо на принцессу, которую из-за яркого свечения мониторов заметил не сразу. Она скрылась за матовым корпусом капсулы, поспешно натягивая серую ткань рабочего комбинезона Фронтира.

— Скоро, — ответил я и снова уставился на тактическую карту орбиты. — Пусть сначала ударят. Нам нужно, чтобы ополченцы на собственной шкуре поняли, насколько высоки ставки в этой игре.

Я ещё несколько секунд наблюдал, как остатки флота мятежников пытаются выйти из боя, но тяжёлый крейсер Империи методичными ударами добивал уцелевшие вымпелы. Взмах руки — и изображение на экранах вновь вернулось к трёхмерной схеме планеты.

— У тебя всё готово к шоу? — спросил я, посмотрев на Рена.

— Готово, — кивнул тот.

Быстрым шагом приблизившись к капсуле, я дождался, пока из-за неё выйдет принцесса. Комбинезон был великоват, но тем не менее в одежде она ощущала себя