Фантастика 2026-160 - Вахтанг Глурджидзе

— Все в порядке, — улыбнулась Этери.

Она подбежала к Степану, сказала ему что-то, он кивнул. Потом оба встали на одну ногу, согнув другую в колене, и одновременно закружились на месте.

— Один! Два! Три! — взвыли восторженные зрители.

Когда счет закончился, противники в ответ исполнили «веревочку». Степан и Этери выдали серию прыжков, демонстрируя великолепную растяжку.

Результатом этой спонтанной дуэли стала ничья и шаткое перемирие между местными парнями и курсантами. На нас не зыркали злобно, хотя общее раздражение все еще ощущалось. Деревенские ревностно следили за своими девчонками, однако позволили курсантам пригласить их на танец, когда зазвучала медленная музыка.

Мы вчетвером вышли на улицу, подышать свежим воздухом.

— А вы чего не танцуете? — спросил внезапно появившийся рядом Глеб.

Этери мигом напряглась, я же лениво поинтересовалась:

— Это обязательно?

— У меня девушка ревнивая, — заявил Мишка.

— А я не отдышался толком, — ответил Степан.

— Ребят… — Глеб панибратски приобнял нас с Этери за плечи. — Задрали эти игры, честное слово. Мне так совершенно безразлично, кто из вас девчонка. Хоть все четверо.

Ага, Венечка давно выбыл из «соревнования».

— Я занимаюсь этим потому, что реально опасаюсь последствий, — продолжил Глеб. — Если ситуация выйдет из-под контроля, девушка может пострадать. Поэтому, умоляю, не усложняйте.

— А тебе не кажется, что поведение отдельных курсантов уже выходит за рамки приличия? — спросила я. — И что принуждать нас к поцелуям — мерзко?

— Кажется, — согласился Глеб. — Поверьте, все может быть значительно хуже.

— Далась вам эта девчонка, — сказала Этери. — Отстали бы от нее, и от нас заодно.

— Здесь скучно, — ответил Глеб. — Вот вся дурь и лезет наружу.

— Я оставил бы все, как есть, — вмешался Степан. — Если среди нас есть девушка, то она отлично притворяется. Этому можно позавидовать.

— Если бы… — Глеб загадочно улыбнулся. — Если бы…

Этери запаниковала. Я досадливо поморщилась. Если о ней уже известно, то этой эмоцией она подтвердила догадки.

— Хорошо, — сказала я. — Насиловать себя не буду, но, если кто-то понравится, постараюсь поцеловать. Надеюсь, этого будет достаточно.

— Отлично. Мамука, тебя это тоже касается, — напомнил Глеб прежде, чем отойти.

— Я не хочу ни с кем целоваться, — мрачно произнесла Этери.

— Я тоже, — кивнула я. — Мы и не будем. Пойдем обратно. Держись рядом.

— Что вы задумали? — заинтересовался Мишка. — Я с вами.

— А я тут останусь, — сказал Степан. — Ногу потянул.

— Выпендривался бы меньше, — проворчал Мишка.

— Если что, прикрою с тылу, — пошутил Степан.

Внешность Ярика девушкам нравилась. Мне уже строили глазки. Об Этери, то есть, Мамуке, жгучем кавказце, и говорить нечего. При желании к нам выстроилась бы очередь из жаждущих поцелуя. Нам же нужен обратный эффект.

Менять черты лица я не решилась. Зато воспользовалась обретенными навыками по проективной телепатии. Всего-то и надо, что внушить девушкам отвращение к себе и к Мамуке. То есть, к Этери.

Риск есть, это запрещенный прием. Однако местные не поймут, а вероятность того, что курсанты-эсперы побегут жаловаться, ничтожно мала. Начать хотя бы с того, что все мы нарушаем прямой приказ. Опять же, старших тут нет, а кто из первокурсников в состоянии определить источник внушения? Если потихонечку, слегка… то меня не поймают.

Дождавшись очередного медленного танца, я сказала:

— Идем приглашать девчонок.

Мишка посмотрел на меня с интересом. Этери — с возмущением.

— Мамука, или ты доверяешь мне, или иди, куда хочешь.

Я резко повела плечом и двинулась к девушкам, выстроившимся вдоль стены. Самых красивых уже расхватали, но тем лучше. Этери послушно плелась следом за мной. Мишка с нами не пошел.

— Танцуешь? — небрежно спросила я, нависая над девчонкой.

Мелкая, конопатая, она взирала на меня снизу вверх… с отвращением.

— Н-нет… — пискнула она, по стеночке уползая в сторону.

— А ты? — Я повернулась к следующей.

Она отвернулась, не удостоив меня ответом.

Повернувшись к Этери, я ей подмигнула. Мол, попробуй теперь ты.

От Мамуки шарахнулись, как от прокаженного. И мы с победным видом вернулись туда, где стоял Мишка.

— Что это было? — поинтересовалась Этери.

— Потом объясню, — отмахнулась я. — Еще пара попыток, и вернемся в лагерь.

Все складывалось удачно. И это должно было меня насторожить. Однако я ничего не заподозрила, даже когда Мамуке передали, что Степан ждет его на улице у клуба.

— Чего вдруг? — спросила Этери у незнакомого парня.

— Так ты ж танцор? Я не ошибся? Там матч-реванш намечается. Степан просил тебя позвать. Твое согласие требуется. В общем, выходи.

— Вместе пойдем, — сказала я.

— Нет, — возразила Этери. — Мы и так парой везде ходим, это подозрительно.

Мишка фыркнул.

— И ты не ходи, — сказала ему Этери. — Тут пара шагов до двери, ничего со мной не случится.

Я подумала, что таскаться за ней следом, и правда, перебор. Эмоциональный фон в клубе стал значительно спокойнее. И… местных парней вроде бы меньше.

— Так и стоите? Хоть бы размялись.

Мы с Мишкой резко развернулись на голос. Степан широко улыбнулся и подвигал плечами.

— А Мамука… где? — спросила я.

— Мамука? Разве не с вами? — удивился Степан.

Я рванула к выходу, выскочила из клуба и огляделась. На улице — ни души. Мишка и Степан вывалились на крыльцо следом за мной.

— Хм… Странно, — произнес Степан. — Тут недавно местные тусили. В клуб они, вроде, не возвращались.

— Мамука! — крикнула я в темноту.

Клуб находился не на отшибе, и фонари освещали аллею. Но дальше все тонуло во мгле. И где-то там…

Я прислушалась к тишине. Людей можно обнаружить, если ушли не слишком далеко. Отойти бы подальше от клуба…

— Яр, стой! — окликнули меня.

Глеб вышел из клуба не один. Яков, Венечка, Стас… с десяток наших.

— Он, — уверенно произнес Венечка.

Еще и носом в мою сторону повел, как собака.

— В чем дело? — спросил Мишка.

Я, наконец, определила направление. И рванула в кусты, напрямик.

— Что? Куда? Держи! — раздалось за спиной.

Судя по звукам, завязалась потасовка, но она быстро прекратилась, и парни понеслись за мной. К счастью, бежать долго не пришлось. Я выскочила на