Фантастика 2026-98 - Андрей Волковский

— Я не боюсь, — возмущенно соврал Ник. — Просто какие-то эти статуи странные. И неприличные к тому же! Разве можно такое на улицу выставлять? Они же почти голые!

— В искусстве голая, то бишь обнаженная, натура — это нормально. В столичном парке в Верхнем городе можно и совсем раздетые статуи увидеть. Лишь бы самое хм… пикантное было прикрыто. А эти даже одеты. Но позы провокационные — это да. Представь, как краснеют, рассматривая эти статуи, благовоспитанные дамы! — Скай рассмеялся.

В приоткрывшуюся дверцу экипажа заглянул Пит.

— Ваше мажество, не пора ли послать помощника доложить о вашем прибытии? Я, конечно, и сам могу, но как-то это не по чину.

Ник вздохнул, вылез и быстрым шагом направился к дому. На статуи он больше не смотрел и со стороны выглядел вполне уверенно.

— Если все пойдет совсем не по плану, швыряй в окно чем-нибудь тяжелым! — без тени улыбки сказал Пит. — Я буду настороже, да и наш связной знает, куда мы поехали.

— Я так нервно выгляжу? — поинтересовался Скай.

— Нет, ты-то выглядишь отлично, — заверил его кучер, придерживая дверцу. — Но план отхода всегда лучше иметь.

От дома уже возвращался Ник в сопровождении сразу двух лакеев, так что пришлось выбираться из уютного экипажа. Скай скорчил высокомерно-вежливую гримасу, как раз подходящую для визита в логово зла и поэзии. Он и сам не знал, чего опасается больше: того, что Авериан окажется-таки злодеем и догадается, что Скай явился по его душу, или того, что зловещий смысл в стихотворении им просто примерещился и теперь придется напрасно потратить уйму времени на пустую светскую болтовню, приправленную выспренним занудным этикетом? Пожалуй, волшебник предпочел бы первое.

В гостиной, украшенной статуэтками и картинами, по сравнению с которыми статуи на лужайке выглядели просто образцом целомудрия, Ская и Ника встретил хозяин дома. Господин Авериан снова был с ног до головы облачен в черное и в интерьере смотрелся совершенно чужеродно, но странным образом не терялся среди пестрых диванов, золоченых рам и розовых тел на картинах, а, напротив, притягивал взгляд. «Как черный уж в горшке с разноцветными фиалками», — подумал Скай и едва сдержал усмешку. В этом контрасте, в мрачном облике поэта, в нарочитой откровенности картин виделась не подлинная страсть, а тщательно продуманный, выверенный образ. Что там Пит говорил о популярности стихов господина Авериана? Наверняка знакомые с поэтом читатели находят в них намеки на разврат даже в описаниях погоды.

Поэт выразил искреннюю радость от встречи. Волшебник ответил тем же. Приветствия плавно перешли к обсуждению погоды, города, предстоящих праздников, Вимбержского курорта и ближайших планов волшебника… Авериан выглядел вполне довольным беседой, Скай тоже старался выглядеть непринужденно. Слуга принес аперитив и закуски. Разговор все не сворачивал ни к поэзии, ни к другим волшебникам, ни тем более к тайным обществам… Наконец Ник, который по своему обыкновению незаметно и молча присутствовал где-то рядом, не выдержал.

— Прошу прощения, господин Авериан, — влез он, едва в разговоре нашлась пауза. — Мне так понравилось то стихотворение, что вы читали на вечере! Что вас вдохновляет?

Поэт расцвел. Скай мысленно обозвал себя болваном, что не додумался до этого вопроса сам. Ник не сводил с поэта глаз, ожидая ответа.

— О, вообще я нахожу вдохновение во всем окружающем мире. Обычно меня вдохновляют прекрасные создания, иногда — творения человеческого гения, — он широким жестом обвел комнату. — Но эти стихи и правда особенные. Они явились мне во сне.

— Правда? — восхищенно спросил Ник и замолчал, ожидая продолжения.

— Да-да. Я задремал в карете на пути из Вимбержа сюда. Там есть такое место на дороге недалеко от поворота на Хангайские пещеры… Обычными словами не объяснить, что с ним не так, но оно страшное и неимоверно грустное. Там живет безысходность, горное одиночество. Я думаю, — поэт понизил голос, — думаю, где-то там погибли эти пропавшие артисты. И никто не найдет их могилу в горных снегах. Разве что Снежные Змеи что-то видели с вершин, но они не расскажут.

Драматическое молчание прервал слуга, пришедший доложить о прибытии леди Кэссии.

Кэссия сегодня была еще очаровательнее, чем на поэтическом вечере, и смотрелась в гостиной Авериана еще неуместнее, чем он сам. В присутствии красавицы в строгом темно-зеленом платье нарисованные распутные девицы разом стали неприглядными и постыдными. Скай даже испытал острое желание увести ее отсюда, пока она не рассмотрела пошлые картины. Ник тоже выглядел смущенным. Сама Кэссия не обратила на интерьер ни малейшего внимания. Очень тепло поздоровалась с поэтом и его гостями. Скай отметил, что Авериан вполне привычно обменивается с девушкой рукопожатиями. Кэссия приносила свои правила с собой так просто и естественно, что никому и в голову не приходило их нарушить.

Едва девушка успела поздороваться с Ником, послышался мелодичный перезвон колокольчиков, и дворецкий пригласил всех к столу.

На торжественных обедах из гостиной в столовую полагалось переходить парами и под музыку. Этот обед торжественным не был, в качестве музыки играла большая музыкальная шкатулка, а дама присутствовала лишь одна. Хозяин дома так явно наслаждался сложностью ситуации, что Скай попросту предложил Кэссии локоть. Кэссия чуть улыбнулась, посмотрела на Авериана насмешливо, но под руку волшебника взяла. Авериан ухмыльнулся и предложил локоть Нику, однако помощник волшебника сделал вид, что намека не заметил вовсе. Поэт вздохнул и направился в столовую.

Глава тринадцатая

Обед у Авериана подавали по-столичному: все блюда сразу. Еще одно отступление от здешних традиций, ведь, насколько помнил Скай, в Лареже принято было подавать блюда на стол поочередно, на аргассийский манер, чтобы горячие закуски не успевали остыть, пока гости едят суп.

Впрочем, супа на столе не было вообще. Никакого. Да и вообще все блюда выглядели как-то странновато…

Скай не успел рассмотреть, что именно не так, когда господин Авериан объяснил:

— А сейчас, дорогие друзья, я приглашаю вас сыграть в игру. Все эти блюда приготовлены вовсе не из того, из чего вы привыкли. Я, признаюсь, и сам не знаю, что есть что. Возле наших приборов лежат листы бумаги и карандаши для записи ваших предположений. Посмотрим, кто угадает больше всех. Чур, не обсуждать!

Хозяин весело подмигнул гостям и поднял бокал.

Поначалу игра Ская озадачила. В бокале плескался подкрашенный ягодным соком рассол. Куриная ножка оказалась выпечена из теста с карамелью, зато пирожное состояло из курятины и овощей. Паштет из фасоли и мясное желе уже не очень удивили, а собранный из рыбы молочный поросенок оказался выше всяких похвал. Скай потребовал добавки, а потом решительно перепробовал все блюда на столе. Другие гости