Выживала - Arladaar

была явно очень большой, так как тёмную спокойную воду, гладкую как стекло, ничто не тревожило. Не было видно ни камышей, ни водорослей. Однако рыбачить здесь было совсем негде: насыпь обрывалась резко в воду. Даже если бы удалось перелезть через перила, которые ограждали перрон, к воде подойти было совсем невозможно.

— Надо дальше идти, — махнул рукой мужик, который приехал с ними. — Там можно спуститься к воде.

Ну вот... Оказывается, здесь надо ещё идти пешкодралом, причём, похоже, прямо по железнодорожным путям...

Однако деваться некуда, пришлось чапать. Выживала подспудно понимал, что они занимаются ерундой: время, судя по разгоравшемуся утру, уже подходило к 8 часам, и наверняка рыбалка закончилась. Насколько он знал, карась начинает ловиться почти в темноте и клюёт до восхода солнца, особенно летом. С большой долей вероятности они уже сейчас опоздали на рыбалку. А ведь ещё нужно идти фиг знает сколько...

Пошли в ту сторону, куда уехала электричка. Сначала шли хорошо, пока был перрон, потом шли не очень: перрон закончился, и пришлось идти по тропинке, проходившей справа от железной дороги, прямо по краю насыпи. По путям идти неудобно: деревянные шпалы промасленные от креозота, ноги скользят, да и шагать по ним неудобно. А между шпал насыпан крупный острый щебень, по которому идти ещё неудобнее. В общем, ходьба по железнодорожным путям — это то ещё испытание.

Плюс нужно было очень внимательно смотреть под ноги, так как часто попадались провода, идущие к стрелкам от шкафов, заземлительные контуры и прочая железнодорожная хрень. Иногда огибали маленькие светофоры, горящие синим цветом.

Примерно через километр станция закончилась, и все пути на ней стали сходиться в два. Один из них шёл по-прежнему прямо, между гор, теряясь в туманной дали, а другой сворачивал влево и проходил мимо каких-то серых странных холмов.

— Это хвосты от аглофабрики! — махнул рукой мужик. — Намывают сюда породу, когда руду обогащают.

Озеро постепенно сходило на нет, и в месте, где заканчивалась станция, заканчивалось и оно. В этом месте вниз шла тропинка, довольно пологая, по которой можно было нормально спуститься с насыпи. Сначала спустился мужик, потом за ним осторожно сбежал Выживала, а замкнул процессию батя. Тропинка по небольшому мостику, сделанному из железнодорожных шпал, пересекла небольшой, но довольно бурный ручей, вытекающий из озера и пошла дальше по тальниковым кустам. Выживала сразу же почуял, как здесь, в затишье, рассвирепел комар.

Можно сказать, почти пришли...

Глава 16. Чёрное озеро

Тропинка через кусты вышла в приозёрную низину. Влажная, вся в росе и паутине, трава тут была ростом с Выживалу, и идти было очень некомфортно, да и ничего толком не видно. Через десяток метров трава стала поменьше, и можно было оглядеться. Здесь находилось окончание озера, сейчас они шли по тропинке, которая шла по берегу, с противоположной стороны от станции. Потом одна тропинка повернула влево, в гору. Осины и берёзы перемежались сосной и ельником. Похоже, по лесной тропинке ходили за грибами, а тропинки здесь протоптали рыбаки и железнодорожники.

Озеро здесь заканчивалось, и глубина в окончании была небольшая, берега заросли камышами, водная гладь кое-где кувшинками, большие листья и жёлтые цветы которых которых видно на поверхности воды. Имелись бухточки, заливы, в общем, место, с точки зрения рыбалки очень интересное. Да и рыбаки, похоже, наведывались сюда очень часто. Были обустроены места для рыбалки: где был хороший подход к воде, в ней торчали рогатульки под удилища, вырезанные из веток тальника, на утоптанной до земли траве чернили кострища: похоже, многие рыбаки приходили сюда с ночёвкой.

— Ну вы здесь рыбачьте, а я дальше пойду, к горе, — махнул рукой рыжий мужик и ушёл по тропинке дальше.

Выживала с батей остались на рыбацком месте, в самом окончании озера. Здесь имелся хороший подход к воде, илистый берег был не слишком натоптан, справа от места рыбалки стояла стена камышей, уходящая влево, на отмель, справа была чистая вода, ведущая вглубь постепенно расширяющегося озера. Для ловли карася самое то: есть и отмель, и в то же время, с другой стороны, свал в глубину.

Место, судя по всему, обжитое: около кустов стоял большой шалаш, накрытый старым толем, рядом с шалашом большое чёрное кострище с остатками несгоревших случаев. Валяются пустые консервные банки, пустые бутылки из-под водки, пива и лимонада, окурки. Похоже, такого понятия, как убирать после себя мусор, здесь не водилось. Хотя, что тут такого: приехать в начале сезона с лопатой один раз, выкопать хотя бы небольшую яму в земле, всё лето бросать туда мусор, а осенью, на последней рыбалке, завалить землёй. Вот и порядок...

Батя поставил рюкзак на землю, и сразу же начал собирать свои удочки. Бамбуковые колена каждой удочки были связаны медной проволокой, чтобы не перепутать. Батя вытаскивал удилища по отдельности, распутывал проволоку, вставлял колено в одно в другое, потом смотал с мотовила леску с поплавком, грузилом и крючком. Выживала заметил, что отец пользуется совсем архаичной снастью, без катушки. Для Выживалы это был полный анахронизм. Если удилище с катушкой, то зацепы и обрывы не страшны. После обрыва быстро смотал недостающую часть лески с катушки, провёл в кольца, поставил новые поплавок, грузило, крючок, и снасть готова. В случае если удочка без катушки, обрыв лески предвещал длительную возню для восстановления снасти. Нужно было снять оставшуюся короткую часть лески, достать запасную леску, смотать её с катушки, привязать к удилищу. В общем, лишний геморрой. Неужели здесь, в Советском Союзе, нет маленьких проводочных катушек?

Этого Выживала не знал, а отец продолжил заниматься своим делом. Собрав две удочки, отправился делать удилище для Выживалы. В тальниках ножом отрезал тонкий двухметровый хлыст, сделал на верхнем кончике надрез, привязал к нему леску с поплавком, грузилом и крючком из набора юного рыбака, и дал Выживале.

— Вот твоя удочка, Семён, — усмехнулся отец. — Давай учиться насаживать червя.

Червя Выживала насаживать умел, неужели, столько раз бывая на реках, не рыбачил на поплавочную удочку? Однако вся проблема была опять же, в долбаных неразвитых пальцах с плохой моторикой. Выживала попробовал поймать скользкого навозного червяка, и с первого раза не получилось. А когда получилось, не смог его надеть на крючок. Однако после 2-3 попыток это получилось. Отец с удивлением смотрел на сына.

— Слушай, Семён, а у тебя неплохо получается, — с уважением сказал батя и махнул рукой влево. — Иди на чистой воде попробуй