Выживала - Arladaar

— Сейчас время посмотрю, — рыжий глянул на часы. — Сейчас 12 часов. Это что? Ещё весь день впереди. Притащиться сюда, за город, и без рыбы уйти? Нет, Гринька, так дело не пойдёт.

— Что предлагаешь? — с интересом спросил отец.

— На «Малиновое озеро» надо идти! — заявил рыжий. — Там верняк клюёт! Мужики говорят, там всегда берёт и в жару, и в холод, и ночью, и днём!

— И далеко до него? — поинтересовался отец. — Я же с пацаном, не забывай.

Рыжий безучастно посмотрел на Выживалу, стоявшего с удочкой у берега и наблюдавшего за тем, как мелкие караси-пятаки и гольяны гоняют его поплавок.

— Ну, отсюда километра два, не так уж и смертельно. Правда, надо через мост идти. На мосту охрана. Но они всех там пропускают.

Батя думал недолго, похоже, без дела сидеть ему тоже надоело. Да и озеро такое, что не покупаться: у берега вязко и топко, а лезть в глубину — ещё утонешь нафиг.

— Ладно, пошли, — согласился отец. — Сейчас свои шмотки смотаем. Семён, давай, собираемся!

Собирался батя недолго: вытащил удочки, разобрал их, смотал леску, опять скрепил каждый набор коленьев проволокой, сунул в чехол, положил в рюкзак все причиндалы, которые выкладывал, несколько раз проверив, чтобы взять и не забыть с собой нож, фляжку, термос. Самое главное — банку с червями, которая стояла в тени, закрытая лопухом. Через 10 минут уже были готовы. Удочку Выживалы отец собрал просто: прикрепил леску изолентой в нескольких местах к тальниковой палке и торжественно вручил сыну в руки.

— Держи свою снасть, — заявил батя. — Ну что, погнали?

Выживала огляделся: место и озеро, несмотря на то, что, кажется, были довольно рыбными, не принесли им ни одной штучки. Почему так, фиг знает. Сейчас предстояло идти на другое озеро, хотя, вполне возможно, такая же ситуация будет и там, что вдвойне неприятно: сейчас, в полдень, стало совсем жарко, и, похоже, ходьба даже на незначительное расстояние могла стать очень затруднительной...

..Выживала наконец-то понял, почему это озеро, на котором они только что рыбачили, называлось «Чёрным» — просто оно было очень глубокое, так как с одной стороны гора круто обрывалась в воду. Из-за этого даже в яркий солнечный день вода казалась тёмной, а возможно, быстрый ручей, который мимоходом протекал через озеро, нёс в себе много торфа из заболоченного верховья. Во всяком случае, когда поднялись на железнодорожную насыпь и бросили прощальный взгляд на водную гладь, она действительно показалась чёрной. Люди очень точно умеют выбирать название для географических объектов...

Дорога на «Малиновое озеро» тоже шла по железнодорожной насыпи, по той, которая поворачивала влево от основной, и проходила в паре десятков метров от «хвостов аглофабрики», как их назвал рыжий. Это была довольно накатанная магистраль, по которой каждые 15-20 минут проходили поезда, в основном грузовые составы, гружёные углём и железной рудой.

— Эта ветка на Междуреченск идёт, а дальше на Абакан, — со знающим видом заявил рыжий. — Тут постоянно движение, мама не горюй.

Естественно, движение поездов было оживлённое. Да и ветка однопутная, поэтому приходилось смотреть в оба. Впрочем, по железнодорожному пути не шли: как и у озера, на насыпи справа шла тропинка, по которой ходили железнодорожники, рабочие аглофабрики и рыбаки. Населённых пунктов здесь поблизости не было, и людям, по идее, делать было нечего.

Через некоторое время справа потянулись те самые хвосты. Это были громадные, метров 10–20 высотой намытые хребты серого цвета, по которым проходили трубы, из которых кое-где хлестала вода, прокладывая глубокие ущелья и стекавшая в обводной канал. Местность выглядела как будто какой-то киберпанковый промышленный район, хотя, возможно, это и был он самый. Вот зачем люди портят природу?

— Что это такое? — с интересом спросил Выживала.

— Видишь, это аглофабрика, — рыжий показал рукой влево, на скопление промышленных объектов. — Там железную руду обогащают и обжигают. Делают железные окатыши, а из них потом выплавляют сталь. Железная руда добывается с камнями, с породой, со всякой дрянью, тут на аглофабрике всё это удаляется, руда обогащается, процент железа повышается. И уже потом она поступает в доменные печи. А сюда, на отвалы, вместе с водой подаётся как раз иловая взвесь, что остаётся от обогащения. И вот такие хвосты намываются, в миллионы тонн. Измельчённая горная порода это, короче.

Выживала посмотрел влево. На расстоянии примерно в полкилометра находился крупный завод: большие бетонные корпуса, меж ними галереи конвейеров, торчали несколько высоченных закопчённых кирпичных труб с горящими красными фонарями на верхотуре. Недалеко возвышалась громадная чёрная куча обогащённой руды, над которой ездили большие козловые краны, сваренные из громадных труб. Краны большими ковшами брали полученный железный агломерат и грузили его в вагоны-думпкары, откуда он отправлялся на металлургический комбинат. С территории аглофабрики доносился гул и шум, присущий большому промышленному предприятию, а также несло каким-то определённо нехорошим химическим запахом.

Примерно через полкилометра стало видно мост, ведущий через реку. Когда подошли ближе, оказалось, что рядом с ним стоит будка. При виде идущих людей из будки вышел мужик в расстёгнутой милицейской форме, без фуражки.

— Кто такие? Рыбаки, что ли? — спросил он.

— Рыбаки, — подтвердил рыжий. — На Малиновое озеро пошли.

— Ну идите, — махнул рукой охранник и пошёл обратно в будку.

Такая беспечность для Выживалы выглядела на грани фантастики. Он был уверен, что в его времени так просто через мост пройти было невозможно, это же стратегический объект! Хотя... Чего сейчас, в СССР 1976 года, опасаться? Страна на надёжном замке погранслужбы СССР и советских вооружённых сил!

Мост шёл через реку шириной примерно около 100 метров. Несмотря на июль, река смотрелась полноводной. Течение было не стремительное, но шло приличным быстротоком, завиваясь поганками в тёмно-зелёной воде, что говорило о приличной глубине, минимум в 2 метра, и крупных камнях на дне. У берегов было мелко и видно дно с водорослями, извивающимися по течению. Однако свал в глубину шёл приличный: уже в 10 метрах от берега дна не просматривалось.

По мосту шлось немного получше в плане удобства. Посередине проходили железнодорожные рельсы, положенные прямо на крупные стальные фермы. Сбоку от пути, справа, сделан пешеходный проход: обычные доски, положенные на металлические конструкции. Через каждые 10 метров находился специальный карман: если поезд застанет на мосту, в кармане можно было с комфортом переждать его проход. Всё-таки расстояние от пешеходного прохода