Фаберже. Враг на пороге - Алекс Хай

— Проверка жилых помещений завершена, — наконец произнёс он. Голос прозвучал недовольно — очень недовольно. — Нарушений не обнаружено.

Молчанов вытер лоб платком. Лицо красное от досады.

Скуратов повернулся к выходу:

— Мы хотели бы провести повторный осмотр складов и мастерских.

Мы с Леной обменялись удивлёнными взглядами, но сестра лишь пожала плечами. Департамент имел на это право.

Группа двинулась к лестнице. Я шёл последним. На пороге кабинета задержался на секунду, встретился взглядом со Штилем и едва заметно кивнул в знак благодарности.

Скуратов повёл процессию обратно в мастерские. Лицо его было мрачным. Ничего не нашли. Совсем ничего. Весь план нас прижать провалился.

Или всё же нет?

Глава 17

Мы вернулись в хранилище. Скуратов остановился у массивной двери и повернулся к Лене:

— Проверим ещё раз учёт драгоценных металлов.

Он сказал это сухо, но я уловил нотку раздражения в его голосе. Человек привык находить нарушения и выписывать штрафы налево и направо, а тут — идеальный порядок. Профессиональная гордость инспектора явно была уязвлена.

— Прошу, господа.

Лена открыла хранилище, достала толстые журналы учёта и положила на стол перед Скуратовым. Тот принялся листать, сверяя записи.

Молчанов полез в само хранилище. Начал пересчитывать слитки — брал каждый, смотрел маркировку, сверял с описью. Серебро, золото, платина. Всё на своих местах, всё совпадало до грамма.

Холодова методично обходила стеллажи с готовыми артефактами, повторно сканируя каждый. Кристалл сканера мигал ровным светом, указывая порядок артефактов, а все клейма совпадали с документами.

Я молча наблюдал за этим цирком. Отец стоял рядом, заложив руки за спину и нетерпеливо притопывая ногой. Мастера Воронин и Егоров с любопытством выглядывали из-за углаю.

Скуратов захлопнул журнал:

— Учёт ведётся корректно, нареканий нет. У вас образцовые журналы. Даже слишком…

— Ювелирное искусство требует педантичной точности, — невозмутимо ответил отец. — Что мы за артефакторы, если допускаем бардак в основных документах?

Глава комиссии хмыкнул, переглянулся с Молчановым и коротко кивнул ему, а затем уставился на отца.

Молчанов не унимался:

— А покажите браслеты, которые вы продаёте. Эти… модульные.

Лена молча вышла, вернулась с образцами. Положила на стол три браслета — каждый с набором сменных элементов из разных металлов.

Холодова взяла первый браслет, начала проверять. Сканировала основу, потом каждый элемент отдельно. Фенакит, нефрит, кианит, сердолик — все камни по очереди. Смотрела на показания прибора, сверяла с документами.

— Все элементы зарегистрированы, — наконец произнесла она. — Камни соответствуют заявленным характеристикам.

Скуратов взял второй браслет с золотыми элементами, повертел в руках.

— Претензий нет.

Эти слова прозвучали так, словно он признавал поражение в бою. Молчанов шагнул к Скуратову, наклонился, прошептал — но в тишине мастерской я расслышал:

— Ничего нет. Они подготовились.

Скуратов чуть сощурился:

— Вижу. Ушаков, скотина…

От скотины слышу. Значит, Денис предупредил нас вовремя. Хорошо, что я не проигнорировал его звонок. С меня точно причитается товарищу за неудобства.

Холодова сложила приборы в чемоданчик:

— Все артефакты в порядке. Нарушений не обнаружено.

Скуратов долго молчал, стоял посреди мастерской и что-то обдумывая. Мастера замерли, наблюдая за происходящим.

Я вышел вперёд:

— Господа, если проверка завершена, мы могли бы вернуться к работе? У нас срочные заказы. Заказчики ждут свои изделия.

Скуратов медленно повернулся ко мне:

— Да, похоже, завершена…

Но он явно не хотел уходить с пустыми руками. Искал последнюю возможность. И тут Молчанов вдруг оживился:

— Я хочу ещё раз осмотреть склад готовой продукции. Один из ящиков показался мне подозрительным.

Скуратов кивнул.

— Ступайте.

Молчанов направился к выходу. Лена тут же шагнула следом:

— Я пойду с вами.

Скуратов поморщился:

— Это не обязательно.

— Но я настаиваю. — Лена посмотрела ему прямо в глаза. — Это наше право по закону.

Молчанов метнул взгляд на шефа, но Скуратов лишь с недовольством кивнул. Сестра ушла вслед за Молчановым.

Мы остались в мастерской, наблюдая за медленными сборами проверяющих. Холодова принялась что-то заносить в документ на планшете, Скуратов в последний раз оглядывал мастерскую, явно думая, куда ещё мог сунуть свой нос.

И вдруг из складского помещения раздался крик Лены:

— Что это у вас в руке⁈ Все сюда! Тревога!

Мы с отцом переглянулись и одновременно рванули к двери. Скуратов и Холодова поспешили. Мастера высыпали из цехов, встревоженные криком.

Я ворвался первым и огляделся.

Лена стояла у дальнего стеллажа, протянув вперёд руку с телефоном. Молчанов — в трёх шагах от неё, красный, потный, одна рука была сжата в кулак.

— Александр Васильевич! — Процедила Лена, не отрывая взгляда от Молчанова. — Степан Игоревич пытался незаметно подбросить что-то в один из ящиков.

Молчанов дёрнулся:

— Отнюдь! Вы… вы что-то неправильно поняли!

Лена подняла телефон выше:

— Не отпирайтесь. Я видела это не только своими глазами. Всё зафиксировано на видео. А ещё вот в этом углу, — она кивнула на потолок, — расположена камера. Уверена, они тоже покажут интересное кино.

Ай да Елена Васильевна, ай ты же моя умница!

Скуратов побледнел. Лицо из розоватого стало серо-белым. Он сделал шаг к Молчанову:

— Молчанов, что это было⁈

Инспектор попятился, прижимая кулак к груди.

— Я просто… это мой личный…

Скуратов подошёл ближе, разыгрывая справедливое негодование.

— Покажите, что у вас в руке.

— Это личная вещь! — Молчанов сжал кулак ещё крепче. — Не ваше дело!

Василий Фридрихович шагнул вперёд. В его голосе прозвучала сталь:

— Если это личная вещь, господин инспектор, то почему вы так боитесь? И зачем достали её в помещении, которое проверяете?

Скуратов понял масштаб катастрофы. Лицо стало каменным.

— Молчанов. Немедленно покажите, что у вас в ладони.

Инспектор разжал кулак. На ладони сверкал небольшой опал, размером с ноготь большого пальца. Молочно-белый, с радужными переливами.

Холодова подошла, взяла камень, поднесла сканер:

— Самоцвет среднего порядка. Опал. — Она присмотрелась. — Средняя сила. Маркировки не наблюдаю.

Я взглянул на камень и усмехнулся:

— Это не наш камень. Данный опал — австралийский, вижу характерную структуру. Мы такие не используем. У нас опалы только из Бразилии и Абиссинии, это зафиксировано в закупочных документах. — Я посмотрел на Молчанова. — И уж точно мы не храним камни низшего порядка без маркировки на открытых стеллажах. Это нарушение всех правил учёта.

Лена протянула телефон:

— Вот видео. Он достал его из кармана и попытался подбросить в тот ящик.

На экране всё было чётко видно: Молчанов входит на склад, оглядывается, достаёт из внутреннего кармана пиджака небольшой предмет, направляется к дальнему стеллажу. Лена окликает его. Он вздрагивает, пытается спрятать камень обратно, но не успевает и зажимает в кулак.

Я достал