Двое и «Пуля» - Галина Валентиновна Чередий

— Что? — не сразу я смогла переключить пылающий мозг. — Какую еще работенку?

На самом деле, мой разум успел зацепиться за самое главное — Киан сказал “нам”, а не “тебе”. А значит я типа победила! Мне его помощь кровь из носу нужна, просто жизненно необходима, так что, удерживать его рядом  пока не обуздаю эти свои проклятые способности стоило любой ценой. И если эта цена — секс, то… ну не убудет с меня, в самом то деле. Я же как-то пережила то, что пришлось за отцовские долги терпеть, а тут и за свое уже потерплю.

Решение я приняла моментально, как только Киан озвучил мне причину, по которой ушел, напугав меня страшно. И это я еще была не в курсе, что в планах у него было вообще не возвращаться. Вот где страх был бы. Но спасибо святой гравитации, он вернулся, озвучил честно, что-как обстоит и я испытала, на удивление, огромное облегчение. Все стало понятно и просто. Он — мужик, мужики хотят секса, я смогу ему давать этот чертов секс взамен на помощь. Уверена, что меня он хочет под ментальным воздействием, это невзаправдашняя похоть, так что, как только я с его помощью пойму, как это выключать, так и все хотелки Киана пройдут. А за это время он всяко меня сведет со всеми нужными людьми и засветит необходимые связи. Так что, секс, так секс, смогу, раз надо.

Наверняка смогу, тоже мне проблема.  Поцелуи вон уже выходят, с каждым подходом все дольше и обнимашек я в состоянии вытерпеть все больше. Конечно все равно пугаюсь, а как не пугаться того, что внутри начинает происходить каждый раз? В голове плывет, в ушах шум, сердце молотит, в животе тянет, но не как раньше противно-больно, по другому как-то. А грудь… с ней вообще что-то странное. Стоит только соприкоснуться с грудью Киана, даже вроде бы только одеждой, а в соски будто микро-разряды ударяют, тяжело и тесно в белье становится и перетерпеть это пока не выходит. Я даже в санузел сбежала и потрогала, помяла, прогоняя это ощущение, но добилась только того, что внизу живота тянущая тяжесть усилилась.  В жар-то понятно от чего — от стыда бросает, ведь понимаю все равно, что делаю нечто грязное и стремное, считай телом торгую. Но я это все себе прощу, потом, когда все же стану свободной и отважной космолетчицей, которой не надо будет ни к кому за помощью, защитой обращаться и платить за это унижением. Никогда-никогда больше и никакого проклятого секса тоже в той моей жизни не будет. Просто забуду и все мерзкое прошлое с отцом и Киана, забуду и прощу себя за все.

— Короче, дело тут такое: к Фогелю обратились, как к посреднику парочка головастиков с просьбой помочь организовать полет экспедиции в одно очень специфическое место.

Я собрала со стола стаканы из-под кофе и упаковки от выпечки и пошла все закинуть в утилизатор.

— Киан, ты нормально можешь объяснять? Какие еще головастики? Что за место? — резко развернулась, досадуя на туман, который он наводит, тут же охнула и чуть не шарахнулась — мужчина стоял прямо передо мной, а я совершенно не слышала его шагов. — Черт! Ты чего за мной по пятам ходишь?

— Сердишься… — произнес он с какой-то совершенно дурацкой, как будто был под кайфом, улыбкой, поймал мою руку и чмокнул в центр ладони, отчего опять кинуло в жар и в животе потяжелело. Как так-то, это же просто рука, не губы даже! — Головастиками в армии зовут ученых, Лав. А точного места я не знаю, по условиям договора точные координаты мы в последний момент получим. Но и предварительные те еще — лететь надо к астероидно-пылевому поясу Фомальгаута.

— Фо-маль-га-а-аут… — пробормотала я, напрягая мозг и аж подпрыгнула, вспомнив, и прямо-таки завизжала. — Фомальгаут! Это же… это же карантинная зона равки!

Ух ты! Вот это да! Первая же работа и сразу к загадочной аномалии лететь надо!

— Вот-вот. — буркнул Салливан, явно моего восторга не разделяя.

— Серьезно?! Мы сможем полететь в закрытый сектор? Правда-правда? Этим ученым дали разрешение? — мне хотелось заскакать по кокпиту, вереща от радости. Это же немыслимое дело, я окажусь как раз там, где мечтала всю жизнь — в настоящей экспедиции к одному из крайне странных мест во Вселенной. Вот это удача, фарт настоящий. Но тут память подгрузила всю известную из документалок мне инфу по Фомальгауту и радость поутихла. —   Но ведь его никому не дают … вроде…

— Вот именно. — подтвердил Салливан.

— То есть, это незаконно?

— Лав, посещение карантинных зон крайне нежелательно, но не противозаконно.  — нахмурившись, стал объяснять Киан, отступая обратно к стулу спиной вперед и увлекая меня за собой. — А вот вывоз оттуда любых артефактов равки — да. Но мы ничего вывозить и не будем. Наша, точнее твоя работа в том, чтобы провести “Пулю” сквозь пояс туда и обратно, а потом эти ребята перегружаются обратно на свой корабль и сваливают в неизвестном нам направлении.

— Но ведь все равно могут обвинить в соучастии. — нахмурилась я. Не наивная, в подобном дерьме жизнь с папашей научила разбираться.

— Могут, если поймают с поличным.  — Киан уселся и потянул меня обратно к себе на колени, но я уперлась, руку вырвала, а он запросто отпустил. И снова какое-то чертово сейсмическое колебание пронеслось внутри, как раз потому, что он каждый раз так легко отпускает, не хватает, не удерживает, не заставляет. Воспринимать это, как норму пока не выходило. — Но ведь у тебя опыт какой в том, чтобы не поймали.

— Угу, опыт есть. Только на орбите Рагунди мы бегали от охраны корпоратов продажной, а около Фомальгаута наверняка военные патрули федератов шастают. Ждут же, вдруг равки все же решат из-за своей аномалии высунуться.

— Поверь мне, как бывшему вояке-федерату, никто уже лет двести этого не ждет, так что там висят автоматические дроны наблюдения, направленные именно на границу аномалии. А как я понял, нам туда не надо. И даже если успеют засечь, то от ближайшей армейской станции до Фомальгаута лететь пять суток. Но в любом случае — решать тебе, Лав, корабль твой. Я убеждать не буду.

— Почему? —