Ножны для меча - Павел Андреевич Кузнецов

сзади, и сзади же её руки, согнутые в локте, протянулись по торсу, накрывая ладошками грудные мышцы. Грана же на правах хозяйки сегодняшнего свидания уселась на меня спереди, и пока подруга могла лишь прижиматься и шумно дышать на ухо, эта бестия вполне успешно кайфовала. Не забыв, впрочем, оплести меня ножками и крепко обнять руками, так что уже её ладошки удобно устроились на моей заднице. Ну а мне оставалось только посильней вцепиться в рыжее счастье перед собой и, провалившись в собственные ощущения, сладострастно постанывать. До одури приятная пульсация в горячечном чреве подруги была тем, ради чего стоило жить.

— Вот так, кот. Пора нам расходиться, — грустно проговорила Грана, выныривая на несколько минут из сладостных ощущений. — Надеюсь, ты тоже сожалеешь об этом?

Последний вопрос не требовал ответа. Вернее, он подразумевал лишь один его вариант, и попробуй только изобразить какую-то отсебятину! Даже на моей малой родине любая девчонка на месте снежки, мягко говоря, не поняла бы неправильного ответа — чего уж говорить про это бабье царство республиканского воинствующего матриархата!

— Вы просто чудо, девчонки! Уж насколько знал об игривом нраве Кари, но такой изобретательности просто не ожидал! Примите моё искреннее восхищение, красавицы!

И они приняли. Ещё несколько минут ласкали и шумно дышали в оба уха, так что мне не хотелось даже просто открывать глаза — достаточно ощущений, приносимых иными органами… чувств.

— Тогда ты просто обязан… — здесь в земной реальности должно было прозвучать опасное для любого мужчины «жениться», но республиканская реальность несколько исказила его, — встречаться со мной регулярно. Хотя бы раз в неделю.

Можно было зубоскалить, можно было проводить аналогии и сравнения с земной реальностью, но здесь и сейчас мне предложили именно что жениться, пусть и на республиканский манер. Ведь речь шла, ни много ни мало, о главах крупных родов, на земной лад — глобальных корпораций, за каждой из которых стояла разветвлённая сеть трудовых коллективов и непредставимая масса материальных ресурсов. Они просто не в том положении, чтобы сходиться и расходиться без последствий. Банально времени нет, динамика жизни у снежек чудовищная. Тут не до борьбы на любовном фронте, едва-едва хватает времени и сил на случайные интрижки или специально отобранных парней по поместьям. Будь я этим самым обычным парнем, и девочки даже не заморачивались бы. Поселили в каком-нибудь из своих поместий, и наведывались бы время от времени за «романтикой». Но им приходится считаться с моим непростым статусом, а романтики по-прежнему хочется…

Да мне и самому эти серьёзные снежки пришлись по душе. Одна О'Лано чего стоила… Да и Грана приятно удивила своей находчивостью и принципиальностью — даже если отвлечься от её красоты. Наконец, даже со столь серьёзными республиканками куда проще, чем с кошками. Лита тому порукой — заявляется куда хочет, накладывает свои коготки на кого хочет, требует… многого требует. Эти же две хозяйственницы показали, что могут и умеют давать. И главное, готовы быть равноправными партнёршами не только по жизни, но и в постели. Впрочем, никто не заставляет меня делать выбор всей жизни. От кошек я тоже никогда не откажусь и не отвернусь, какими бы тяжёлыми в общении они ни были. Стая — это на всю жизнь. Здесь же было нечто ещё и для души… Всё же одной принцессы мне было мало, банальная физиология требовала большего.

— Хорошо… Но у меня принцесса… И кошки… Вы сами видели Литу…

— Думаю, часа будет более чем достаточно. За час реального времени мы здесь проведём часов пять. Как считаешь, хватит для полноценного свидания?

— О да!..

— И ещё одно — со мной. Думаю, того же часа будет вполне достаточно, — поддержала игру Кари.

Что ж, подловили, чертовки! И не придерёшься! Ведь Грана вела речь исключительно о себе, а то, что они опять придут вдвоём… Это уже совсем другая история. Так снежки выбили моё согласие на два свидания в неделю.

— А когда вернёшься с очередной миссии, встретимся вживую, — продолжала ковать, пока горячо, Грана.

— Не хочу давать пустых обещаний, кошка… но я улетаю на Псио. Оттуда не возвращаются.

Девочки напряглись. Переглянулись. Обменялись нечитаемыми взглядами.

— Значит, всё ещё серьёзней, чем я думала, — медленно кивнула моя новая деловая партнёрша.

— Ты вернёшься. Такой милый мальчик просто не может потеряться на каком-то Псионе, — промурчала на ушко О'Лано. — А к тому времени мы с сестрёнкой по ветви обязательно подготовим роскошное свидание. Что скажешь?

— Я буду очень рад увидеть вас снова… когда вновь окажусь в Республике. Можно будет отвлечься от псионских закидонов… И полностью отдаться моей рыжей игле.

— Вот и отлично, — голосок Кари уже даже не мурчал, а натурально сочился елеем. — Тогда, думаю, недели будет достаточно…

— Недели?.. — даже я растерялся от подобной наглости главы рода.

— Ладно, признаю, погорячилась, — и не думала сознавать свою неправоту снежка, выдавшая очередную заготовку для торга. — Три дня. Но это минимум! Иначе ты не сможешь полноценно расслабиться…

А чтобы ещё более усыпить мою бдительность, эти кошки, понятливо переглянувшись, устроили особенно острый сеанс наслаждения. Даже волосы задействовали — там, где они могли дотянуться до моей кожи. Десяток минут под градом утончённейших ласк, под канонадой льющихся в саму душу комплиментов, произносимых поистине медовым голоском обеих снежек, окончательно лишили меня способности оказывать хотя бы видимость сопротивления.

— Вы умеете убеждать, кошки… — протянул я. — В следующий раз никогда не буду вести переговоры… в капсуле удовольствий.

— Можно подумать, это от тебя зависит — где их вести! — развеселилась Грана. — Ты в Республике. Тут мужчина часто оказывается в заведомо проигрышном положении. Это норма. Но ты не подумай, мы вовсе не собираемся пользоваться твоей беспомощностью…

— А этот разговор, выходит, не считается?..

— Этот разговор, милый — просто невинная беседа, — подключилась к убеждению вмиг посерьёзневшая Кари. — Хотели бы мы тебя сломать — и ты бы сейчас не кайфовал, а страстно желал получить утоление. И получал бы ровно столько, чтобы хотеть всё больше и больше… Пока не согласился бы на любые условия.

Что-то было в словах рыжей снежки. Но только для случая обычного республиканца. Она не учитывала ма-а-аленького обстоятельства: я обычным республиканцем не был. Я был котом, и этим всё сказано. Игривым, немного наглым, напористым — самостоятельным. Настолько, насколько это вообще возможно в Республики с её вечными закидонами. Но главное, я отлично понимал своё положение. Даже не так: я гордился им и не собирался его уступать. Поэтому упрись я, и никакие капсулы девчонкам не помогли бы. Да, поля здесь работали плохо. Только