Экстрасенс в СССР 3 - Александр Яманов

— Это просто встреча с коллегой, — выдала она, заставив меня улыбнуться.

— Вот видите, у всех свои развлекательные мероприятия, — произнёс я и добавил, — А вообще, мне уже пора. Дома у нас в разных сторонах. Ваш за углом, а мне ещё идти и идти.

Городок у нас всё-таки небольшой. Поэтому я не заметил, как мы дошли до нужного района. Хулиганья в Яньково особо нет, маньяка поймали, поэтому комсорг спокойно дойдёт сама.

— Алексей, стой! — в голосе Лиды вновь зазвучало раздражение. — Я с тобой не закончила. Это безответственно! Каким образом ты собираешься подавать пример комсомольцам?

— Лидия Никитична, — мягко прервал её я, — Здесь, кроме нас двоих, других комсомольцев нет.

Судя по мыслям, комсорг хотела меня отчитать. Это у неё такая профессиональная деформация. Но были у девушки и другие желания. Она не хотела оставаться одна.

— Алексей, ты должен проводить меня до подъезда, — произнесла она приказным тоном.

— Раз должен, то пройдём, — снова улыбаюсь в ответ.

Добравшись до нужного подъезда кооперативной пятиэтажки, мы остановились. Я хотел прервать неловкую паузу и распрощаться, но Лида меня опередила.

— Лёша, может, зайдёшь в гости? Посмотришь, как я живу.

— Даже не знаю… Завтра на работу.

Мне действительно не хотелось заходить. Если бы не выпитый коньяк, то и сомнений не было.

— Ненадолго. Чаю выпьем и разбежимся, — настояла Лида.

Делаю вид, что сдаюсь и громко вздыхаю. Мне интересно, как она живёт. А ещё я решил эксперимент и основательнее покопаться в разуме девушки.

Захотелось выяснить, Лида — это плывущая по карьерному течению пустышка, прибившаяся к Михееву или нечто большее. Нельзя же ставить клеймо на человеке, только по внешним признакам и необдуманным действиям.

Тем временем девушка улыбнулась, и, схватив меня за руку, потянула в подъезд. Мы быстро добрались до второго этажа. Дверь в её двухкомнатную квартиру распахнулась, впуская нас внутрь. Сразу после этого я очутился в ином мире. Том самом, о котором в будущем, среди людей, живших в эти времена, ходили легенды. Для многих современников кооперативная квартира в СССР — несбыточная мечта. Это вам не коммуналка с вечными склоками на общей кухне и очередью в туалет, а собственный маленький рай со всеми удобствами.

Окинув взглядом кооперативную двушку, я оценил интерьер. Небольшая, но уютная прихожая, далее коридор налево, мимо ванны на кухню и в спальню. А ещё большой зал, в котором при желании можно разместить три или четыре мои коммунальные коморки.

Внутри царил коммунизм, наступивший в отдельно взятом месте, если, конечно, не присматриваться к деталям.

— Проходи, Лёша, не стесняйся, — предложила Лида, снимая летний плащ и аккуратно вешая его на вешалку, сделанную из рогов несчастного оленя.

Сняв обувь, я прошёл в зал. По меркам СССР — это настоящие хоромы. На стенах знакомые обои с незамысловатым геометрическим рисунком. Кстати, наклеены они хорошо, без разошедшихся стыков. Пол покрыт паркетом, выложенным ёлочкой. С потолка, как полагается, свисала огромная люстра с подвесками из гранёного хрусталя. Она отбрасывала по стенам зайчики, когда кто-то проходил мимо, и иногда издавала мелодичный звук сталкивающимися висюльками. Под люстрой — журнальный стол, покрытый тяжёлой скатертью с кистями. Но главное — это обстановка! Она была не просто неплохой, по советским меркам, а почти роскошной.

У стены, занимая почти всё пространство, красовался гарнитур «стенка». Не простой советский из ДСП, а явно чешский или румынский из добротного дерева, покрытого лакированным шпоном. С витринами за стеклом, где стояли хрустальные бокалы, блюда, салатницы, сервиз на двенадцать персон и кофейный фарфоровый набор.

На книжных полках, судя по одинаковым переплётам, собрания сочинений отечественных классиков. В нише, находящейся в середине стенки, гордо расположился «Рубин-201», один из первых массовых советских цветных телевизор с огромным, выпуклым, как пузырь, экраном.

Между неплохим диваном и креслом на передвижном столике стоял проигрыватель и большой бобинный магнитофон с подсоединёнными проводами, колонками. Издалека я подумал, что это хорошо выглядящий советский магнитофон, вроде «Ростова» или «Электроники». Но подойдя поближе, неожиданно опознал чистокровного японца — «AKAI X-201D». Красиво жить не запретишь!

Дополняли картину советского счастья ковры на всю стену и пол, с традиционным персидским узором. Короче, у комсорга не просто всё замечательно, а даже с некоторым избытком.

Только меня сразу начали одолевать логичные подозрения. За чей счёт этот банкет?

Ведь передо мной полный фарш. Кооперативная квартира, цветной телевизор, импортная стенка, японский магнитофон. И всё это у девушки двадцати пяти лет, работающей заводским комсоргом. А вообще, Лида числится на заводе машинисткой с соответственным ежемесячным окладом в сто двадцать рублей. Конечно, она не сирота. Родители, кажется, где-то на Северах, инженеры или геологи. Но как-то всё поразительно.

Перед глазами тут же всплыл образ холеного начальника цеха готовой продукции. Уж не от Михеева ли все эти блага?

Если это правда, то Лидочка трудится не только на идеологическом фронте, но и не забывает о личном благосостоянии. Или я не прав? Всё это любимой доченьке обеспечили папа с мамой, заколачивающие неплохие деньги?

Тем временем Лида наполнила чайник и включает газовую конфорку. Кухня оказалась небольшой, примерно пять квадратов. Зато своя! Девушке не нужно толкаться локтями у плиты с соседками, выслушивая их советы по поводу личной жизни и способов приготовления пельменей. А ещё не надо обедать по очереди за одним из двух небольших столов. Но главное, здесь есть собственный санузел с ванной. После коммунального ада, кооперативная квартира и правда воспринимается как настоящий рай. Скромный, советский, но точно рай.

Подойдя к телевизору, я включил его. На цветном экране промелькнула концовка и пошли заключительные титры какого-то фильма.

Выключив телек, я начал рассматривать книги. Тут вошла Лида с небольшим подносом, на котором стоял чайник и две чашки. Поставив поднос на стол, она улыбнулась. Мне же удалось прочитать её спутанные мысли.

— Пожалуй, мне надо немного выпить, — вдруг призналась Лида.

Открыв бар, она достала в бутылку шампанского с двумя фужерами.

Я не стал спорить и ловко открыл бутылку полусладкого, и разлил его по бокалам.

— За что пьём? За встречу или за комсомол? — решаю подколоть комсорга.

— Давай за комсомол, — произнесла она и выпила шампанское залпом.

Я слегка пригубил бокал и начал наблюдать, как Лида наполняет чайные чашки, опустив взгляд.

— Смотрю, у тебя библиотека неплохая, — я кивнул на стенку, заставленную томами классиков, — Любишь читать?

Потихоньку