Утопающий во лжи 14 - Лев Жуковский

— Даже его визит никак не должен повлиять на проведение божественного ритуала, — решительно добавил я, возвращая часть разумов к контролю магических потоков. — Это абсолютный приоритет.

— Повелитель, будет исполнено! — подтвердил получение приказа Терупс, мгновенно начиная раздавать указания по ментальной связи десяткам подчинённых.

— Страж над тенетами мудрости Фашут Риос спрашивает дозволения активировать блокировку магических потоков на глубинных уровнях города, — передавал Терупс сообщения.

— Запрещаю! — раздражённо проскрежетал я. — Это может прервать ритуал возрождения, нарушить баланс энергий. Так рисковать я не намерен!

Паузу заполнял лишь гул магических кругов и тихое потрескивание энергетических разрядов.

— Фашут Риос просит дозволения блокировать только спектр стихии Света, — продолжил Терупс после мгновения молчания, — активировав маяки подавления в тоннелях Вашего города в противофазу, потратив запасы эссенции Тьмы из резервных хранилищ.

Терупс склонил голову ещё сильнее в знак максимального смирения, ожидая приговора.

— Дозволяю, — обдумав всё более тщательно, взвесив риски и выгоды, ответил я. — Но только в тоннелях верхних уровней. Глубинные, запечатанные слои трогать категорически запрещаю.

Возвратил большую часть разумов к управлению ритуалами. Баланс должен быть соблюдён, безопасность важна, но возрождение бога важнее всего.

Каково же было моё удивление, нет, даже шок, которого не испытывал столетиями, когда уже через час меня почтили визитом. Несмотря на явственно ощущаемые мной поганые эманации стихии Тьмы из активированных подавителей, в мой Зал тенет звёзд невозмутимо и без какого-либо напряжения пролеветировал Титан Света.

Влетел, не касаясь пола, расправив свои слепящие крылья из чистейшего Света. Словно ему было абсолютно плевать на все приготовления моего стража над тенетами мудрости, на потраченную эссенцию Тьмы, на маяки подавления, работающие на полную мощность.

Титан был мал, от силы пять локтей ростом, что для созданий подобного уровня силы встречалось крайне редко. Точнее, являлось огромным исключением из правил. Обычно могущество напрямую коррелировало с размером, накопленная за тысячелетия запредельная мощь раздувала тело до циклопических размеров.

Однако потенциал его ощущался бесспорно, гнетуще, подавляюще. Как тяжесть перед волной смертоносной энергии, как давление океанских глубин. Одно лишь проклятое божественное копьё, которое он держал в руках, сразу же не давало сомневаться, сил у него более чем достаточно.

Причём тот факт, что он сразу продемонстрировал оружие, а не придержал столь весомый козырь, сыграл скорее в плюс. Титан обозначил свою позицию заранее, давая и мне взвесить все «за» и «против» как по поводу агрессивного способа ведения переговоров, так и позволяя действовать куда более разумно. Как и подготовиться противодействовать способности Врата Вестиала. Здесь, на глубине, заблокировать её активацию было более чем возможно, пусть это и будет стоить невероятно дорого. Но вот к неожиданному использованию такого оружия своевременно подготовиться бы никак не вышло.

Переговоры с истинными Титанами никогда не могли быть абсолютно безопасными. Путь каждого из них за тысячи лет существования был уникален, как и набор навыков и артефактов. Невозможно предугадать все уникальные возможности существа, пережившего столько эпох.

Я не переживал об исходе возможного конфликта. Ритуальные конструкции, находящиеся в моём Зале тенет звёзд, это лишь управляющие контуры, проекции истинных механизмов. В случае даже, не дай Великий Зертос Ашрах’Тареви, моей гибели, мои чародеи успеют потушить их в энергетическом плане. Истинные же структуры скрыты на огромной глубине, в сердце мантии планеты, куда даже эта опасная способность Врата Вестиала достать никак не сможет.

Меня сразу привлёк рисунок рун на доспехах, покрывающих руки демонического бога. Казалось бы, зачем вообще их защищать, учитывая, что вокруг них само пространство трепетало и искажалось от переизбытка силы?

Вот только, пусть и копию, но работу моих сородичей я распознать всё же сумел. Узоры, стиль плетения энергетических каналов, сама философия создания, всё это было арахнидским, несмотря на искажения от тысячелетий и чужеродных модификаций.

Пусть мы за тысячи лет утратили большую часть технологий со времён расцвета, когда мир Паккот входил в альянс арахнидов. Тот могущественный альянс дюжины миров, владеющих секретами, способными бросить вызов самим богам, но я ещё храню в памяти те времена. Помню те шедевры магической артефакторики, которые производили мои сородичи, когда наша цивилизация была на пике могущества.

— Что привело странствующего Титана Света в наш окраинный мир, на мои земли? — максимально доброжелательно прострекотал я, заставляя от силы моего голоса паутину под лапами Терупса задрожать.

Нити магической эссенции пели высокой нотой, резонируя с вибрациями. По всему залу побежали волны искажения, словно камень, брошенный в тихий омут.

— Всего лишь желание взаимовыгодного сотрудничества, которое Вам, возможно, будет интересно, — произнёс тихо и уверенно Титан Света.

Он явно не сомневался, что каждое его слово будет услышано, несмотря на акустические особенности циклопического зала. Видимо, использовал какую-то магию усиления или направленной передачи звука.

— Мне сложно представить, что может предложить странник, блуждающий по мирам, — с какой-то даже для самого себя неожиданной бравадой саркастично скрежетнул я. — Как понимаю, в поисках наживы? Или я ошибаюсь, и Древний преат ищет не только силу и ответы на вечные вопросы мироздания в своих бесконечных странствиях, но за тысячи лет не потерял жажду творить добрые дела?

Был уверен, что это древний Титан Света, проживший почти восемь тысяч лет, а такой возраст читался в параметрах. Хотя не факт, что ему остались доступны столь тонкие чувства после такого количества тысячелетий. Ведь первое, что теряют бессмертные, способность смеяться.

— Смешно, в Вашей интерпретации — это действительно смешно, Правитель Фашат Гаали, — отстранённо-задумчиво, нисколько не развеселившись, ответил спокойно Титан Света. — Но, впрочем, Вы в чём-то ошиблись, а может, даже оказались правы одновременно.

Парадокс в его словах заставил меня насторожиться.

— Ведь помочь я Вам действительно могу, — продолжил он размеренно. — Пусть это и нельзя будет назвать добрым поступком. Или тем более, бескорыстным. Как минимум потому, что если Вы согласитесь, то миллионы существ погибнут.

Пауза была наполнена весом будущих жертв.

— Миллионы гоблинов, обкрадывающих Вас сотни лет. И возможно, Ваших арахнидов, что ринутся в бой, дай им такую возможность, дабы наказать зарвавшихся воров. Так что добрым делом это я бы не назвал. Да и за подобную услугу, мне видится, должна быть соразмерная оплата.

— Доброта меня меньше всего волнует, — в предвкушении напрягшись, нервно прогрохотав, озвучил свои принципы я. — Как и цена, ведь нам есть чем заплатить. Что конкретно Вы предлагаете, Титан Света без имени?

Последние слова были намёком, отказ назвать имя всегда вызывал подозрения.