Патруль 7 - Макс Гудвин

блестел от пота, а маленькие, заплывшие жиром глазки горели безнаказанной яростью. В руке он сжимал массивный «Дезерт Игл» — дорогую и бесполезную игрушку для ближнего боя, созданную для того, чтобы выглядеть угрожающе в клипах.

«Не иначе, сам сын вождя местного племени» — подумал я.

— Эй, с-сукин ты сын! Где ты, шлюха, белоснежный мальчик⁈ Мать твою! — прорычал он, влетая в пространство гостиной.

И HK416 коротко чихнул, это глушитель превратил выстрел в хлопок, похожий на удар тяжелого журнала об стол.

Пуля вошла гангстеру чуть выше переносицы, пробила черепную коробку и вышла затылком, разбрызгивая содержимое по косяку. Тело, повинуясь законам физики, еще бежало вперёд, а вот голова стремилась назад. Человек рухнул в дверном проёме.

Но радоваться было некогда.

Мой мир вдруг взорвался свинцовым дождём. Окна гостиной разлетелись осколками, впуская в дом шквальный огонь. Он прошивал тут всё, стены мебель, всё… Такое ощущение, что стены делают в США из гипсокартона. Пули застучали по внутренним перекрытиям, выбивая щепки и куски штукатурки, вспарывая диванную обивку.

— Отходи! — крикнул Тиммейт, но я уже нырнул за стену, отделявшую гостиную от кухни.

Я прижался спиной к косяку, чувствуя, как вибрация от попаданий передается тут везде: этот дом дрожал, словно я был тем поросёнком из сказки, тем одним из двоих, которые не подготовились к приходу волка. Позади меня, на кухне, яростно зазвенело: пули крошили посуду.

И тут, когда я уже собирался перекатиться к выходу на веранду, что-то жесткое, раскаленное, словно клеймо, ударило меня в левое плечо. Боль пришла не сразу, а показалось, что просто кто-то толкнул, выбивая воздух из легких. Потом пришло жжение, разливающееся по руке, как кислота.

— Медоед, ты ранен! — голос Тиммейта пробивался сквозь гул стрельбы.

Я скосил глаза. На плече куртки расплывалось темное пятно. Кровь текла по руке, заливая тактическую перчатку. Пуля пробила деревянную раму окна и застряла в мышце. Глупо и обидно. Ранен в перестрелке с аборигенами, когда даже толком не увидел врага.

В глазах начало темнеть, и мир снова сжался до черной точки. Знакомая вспышка была уже не ослепительной, а какой-то багровой, болезненной и именно она ударила по сознанию, вырывая меня из реальности.

Свет померк. А потом включился снова.

* * *

— Эй, с-сукин ты сын! Где ты, шлюха, белоснежный мальчик⁈ Мать твою! — прорычал тот же голос.

Я стоял в той же позе, в той же гостиной, мой палец всё ещё лежал на спусковом крючке HK416. Дверь только что сорвали с петель. Черный гангстер с «Дезерт Игл» только что переступил порог.

И вторая вспышка света залила мои глаза.

Я моргнул. И мир вокруг стал… другим он замедлился.

Визуально всё осталось тем же. Но в моей голове, словно кто-то наложил поверх реальности карту из полупрозрачных стен. И я увидел. Видел не столько глазами, сколько тем самым шестым чувством, о котором говорил Крейн. Вспышка, которая раньше просто показывала мне мою смерть, теперь развернула передо мной всю сцену целиком.

Словно я на секунду вылетел из собственного тела и завис под потолком, охватывая взглядом всю улицу.

Восемь человек. Восемь стрелков. Включая того, который заходит в дом первым.

Второй расположился у номинального забора слева от дома. Сидит на корточках за старым пикапом цвета хаки. В руках — помповое ружье Mossberg 500. На нем длинная черная ветровка с капюшоном, на голове красная бандана. Он уже занял позицию и ждет сигнала.

Третий боец банды стоял за углом гаража с майнерами, справа от дома. Коренастый, в белой майке, открывающей татуированные руки. У него AR-15 с коллиматорным прицелом и тактической рукояткой. Он уже на месте, ствол направлен на окно.

Четвертый боец остался у первой подъехавшей к участку машины, темно-синий седан. Он использовал открытую дверь джипа как укрытие. На нем бронежилет поверх клетчатой рубашки, а в руках — HK G36 с цевьем, утыканным планками Пикатинни. Сразу видно профессионала среди этой банды.

Пятый стрелок был у второй машины, стоящий по центру — черный Ford. Он прятался за капотом. И был одет в простую серую футболку и джинсы. В руках у парня дешевый аналог М4, с пластиковым прикладом и китайской оптикой. Он нервничал, переминаясь с ноги на ногу, а значит, будет стрелять не прицельно, а просто поливать весь дом свинцом.

Шестой остался за рулем седана Chevrolet Impala, который стоит чуть поодаль, через дорогу, у соседнего дома. Двигатель работает на холостых. Он видимо водитель, и оружия при нем нет.

Седьмой боец на в пассажирском кресле того же седана. Высунулся в окно по пояс. На нем бейсболка козырьком назад, серая толстовка с надписью «Thug Life». В руках же Tec-9, пистолет-пулемет нацелился на окна гостиной.

И последний, восьмой спешит идти обходя гараж, через территорию соседнего дома, огибая мою позицию. На нем серое худи с натянутым капюшоном, низко надвинутым на глаза. В руках — короткоствольный АК-74. Он не бежит, а идет быстрым шагом, чтобы зайти в тыл.

Видение схлопнулось так же быстро, как и возникло. Осталось лишь знание и холодная ясность.

— Не в рифму, — выдохнул я стреляя.

HK416 чихнул. Пуля снова вошла чуть выше переносицы того, что пафосно вошёл в дверь. Но не успело тело рухнуть на порог, как я уже бежал в сторону от этого ада. Снова окна гостиной взорвались осколками. Снова пули застучали по стенам, выбивая щепки, срывая штукатурку, вздымая облачка пыли из диванной обивки. Нигеры, (как бы их назвали белые ублюдки, а я был как раз белым) открыли огонь одновременно, превращая дом в решето. И если я тут останусь на секунду больше, это всё зажарится вместе, сделавшись пирожком с моим фаршем. Хотя всё относительно: я бежал, пригнувшись, а дом стремительно превращался в шапку почтальона Печкина.

Я двигался — по диагонали, вглубь дома. Пули свистели над головой, слева, справа, впивались в стены в сантиметрах от меня. Одна чиркнула по косяку перед лицом, обдав мою крашеную бороду щепкой. Другая пробила телевизор — тот, что служил экраном для приставки и он зашипел, рождая искры.

Кухонная дверь выходила на задний двор. Я выбил ее плечом и выскочил наружу, проверив левый угол, потому что помнил, что там был тип, который обходил. И первым делом я увидел его стопу, которая вышла из-за угла, и выстрелил в неё, а потом и в вывалившееся вперёд скованное болью тело. Минус два, еще шестеро, и все заняты расстрелом домика.

С-сука, майнеры я уже не успею вывезти, приедут копы и всё