Ловелас. Том 4 - Илья Взоров

— Дон Рокко. Я могу вам зачитать обоснование.

— Зачитай.

Зильберман открыл блокнот.

— Перстень. Черный бриллиант «кровь огра», происхождение — Бирма, Могок, до тысяча девятисотого года. Чистый каратаж — четыре и две десятых карата. Цвет — высший. Включений визуальных нет, при увеличении сорок — две точечных шёлковых, в нижней четверти, не критично. Оправа — платина, ручной работы, петербургская школа, конец девятнадцатого — начало двадцатого века. Уйдет по тарифу нью-йоркского аукциона «Парк-Бернет» — сорок семь, сорок восемь тысяч. Дальше…

— Ладно, хватит, верю — отмахнулся Рокко. И явно обидел ювелира. Тому хотелось блеснуть передо мной своей эрудицией.

Я же смотрел на Меира Зильбермана с настоящим, неподдельным восхищением. Это была не работа, это было искусство, оттаченное за тридцать восемь лет.

Рокко вынул сигару изо рта, кивнул один раз, коротко.

— Триста. Кристофер, нам тоже надо заработать. Плюс мы же не спрашиваем документы и провиденс.

— У древних вещей обязательно должна быть заверенная аукционами история сделок — любезно пояснил мне Зильберман последнее слово.

— Согласен? — Рокко резко затушил сигару.

Можно было поторговаться, но я не стал. Пусть семья заработает на мне

— Согласен.

Капо щёлкнул застёжками своего портфеля. Поднял крышку. Там были пачки стодолларовых купюр, упакованных банковскими лентами. Выглядело это внушительно. Несколько пачек дон Рокко забрал, отправил по карманам костюма, потом подвинул кейс ко мне.

— Считай. Кейс в подарок.

Изображать из себя лоха я не стал, начал проверять. Не все пачки, выборочно. Все сходилось, ровно триста тысяч.

— Всё верно, — сказал я через десять минут.

— Приятно было иметь с тобой дело, мистер Миллер, — сказал Рокко, поднимаясь и забирая драгоценности. — Обращайся, если что понадобится. Для друга семьи мы сделаем всё.

— Дон Рокко. Меир Лейбович. Благодарю.

Зильберман протянул мне свою сухую тёплую руку.

— Мистер Миллер. Если у вас будут… другие вещи, которые потребуют оценки, — пожалуйста. Без церемоний.

— Учту.

Они вышли. Гвидо проводил их до выхода и вернулся.

Я подвинул к нему по столу одну пачку на десять тысяч.

— Твоя доля, Гвидо. Заслужил.

Он посмотрел на деньги. Долго и с большим уважением.

— Босс, я…

— Слушай меня. Даю совет, бесплатный. На эти деньги купи себе квартиру в районе Уилшира или дом в пригороде. Не клади на счёт в банке, не лезь в биржевые игры.

— Думаете, что прогуляю?

— Боюсь, что привлечёшь внимание. Если ты завтра в банке открываешь счёт на крупную сумму, Гвидо, идёт в отчёт в IRS, оттуда в ФБР. Этого хватит, чтобы тобой заинтересовались. А дом за наличку никого не заинтересует.

Он подумал секунд десять. Потом кивнул.

— Подумаю, спасибо.

— Иди.

Гвидо забрал свои деньги, аккуратно положил пачку в карманы пиджака, вышел. У двери оглянулся, отдал что-то наподобие воинского полусалюта, и закрыл за собой.

Я остался один с кучей денег на столе. 

* * *

Через полчаса я собрал в большой переговорной Совет директоров «L. V. corp».

Полли, Китти, Ларри.

Они вошли — и я с интересом понаблюдал, у кого что написано на лицах.

Ларри появился первым и я даже сначала его не узнал. Голубая накрахмаленная рубашка идеального кроя. Тёмно-синий галстук с мелким серебряным узором. Серый шерстяной костюм-двойка, явно от хорошего портного — лацканы лежат, плечи не торчат. Свежая стрижка от Эдди на Ла-Сьенега, как и было прописано. На запястье — приличные часы, не «Ролекс», но марка солидная, на вид «Гамильтон» или «Эльгин». Чистые ботинки. Кит из той беседы в комнате свиданий мой ему рецепт усвоил полностью. Но — самое главное — за всей этой внешней оснасткой в глазах у него по-прежнему стоял тот же стажёр, который три недели назад жаловался мне на Рейчел. Парень нарядился в форму победителя, но внутри ещё не поверил, что он победитель. Знакомое чувство, я через это сам когда-то проходил.

Полли вошла второй — и сразу же её взгляд упёрся в кейс, который я перед началом нарочно поставил на середину стола. Она мигом все поняла, бросила быстрый взгляд на него, на меня, все оценила, тут же отвела глаза, и больше на кейс не смотрела. Это означало «вижу, поняла».

Китти появилась последней, запыхавшаяся. Явно прибежала с другого совещания. На ней было знакомое мне тёмно-зелёное шерстяное платье до колен, с маленьким белым воротничком — практически рабочее. Никаких украшений, никаких высоких причёсок. Она прямо взглянула на меня — и я увидел в её глазах то самое выражение, которое я видел у Хэнка недавно. Оно означало «сделаю все, что скажешь и даже больше». От кофе, который я ей предложил жестом, она мягко покачала головой — «не сегодня». У нас с ней с того вечера в «Мокамбо» было ещё два раза и до сих пор не было известно, сработало или нет. Нужно ждать еще полмесяца до следующих месячных.

Пока сотрудники рассаживались, раскладывали блокноты, я машинально потрогал верхнюю губу. Голую, гладкую. Усы я всё-таки сбрил — на следующий же день после полета на вертолете. Эх, Мэрилин, Мэрилин. Что ты со мной делаешь… Володька, где усы? Ты зачем усы сбрил, дурик? — процитировал я про себя «Бриллиантовую руку». И правда, зачем? Как говорилось в одной песне, надо мир прогибать под себя, а не самому прогибаться под изменчивый мир.

Я обвёл всех троих взглядом.

— Дамы и господа. Совет директоров «Ловеласа» объявляю открытым. И — начнём вот с этого.

Я двумя пальцами щёлкнул застёжками кейса и поднял крышку.

Пачки наличных, аккуратно уложенная в три ряда, ярко-зелёная, перетянутая полосками с банковскими печатями, — произвела на директоров эффект средней мощности.

Ларри открыл рот. Закрыл. Снова открыл.

Полли подняла обе брови — посмотрела на меня, покачала головой. В ее глазах стоял немой вопрос. Неужели Москва расщедрилась на такую сумму?

Китти молча подалась вперёд на стуле, побледнела, потом порозовела, и я понял, что у неё внутри идёт химическая реакция «адреналин плюс гормоны».

— Откуда? — выдохнул Ларри.

— Сколько там? — перевела Полли деловым тоном.

— Двести девяносто тысяч — первый вопрос я проигнорировал.

Полли удовлетворенно кивнула. Ларри закрыл рот. Китти просто продолжала смотреть на меня.

— Дамы и господа, мы расширяемся. Каждый из вас в течение двух недель нанимает по два заместителя. Мне нужны лучшие кандидаты, с большим опытом, с проверенными рекомендациями, со