Смерть октановых богов - Юрий Владимирович Харитонов

Вит украдкой взглянул на оружие и крепче сжал свою «двухсотку» — биту, увешанную ржавыми гвоздями. Но вскоре решил, что бояться не стоит: если бы нефтяники намеревались их убить, они бы уже направили автоматы в их сторону.

Один из мужчин — тот, что шагнул вперёд, — какое-то время молча разглядывал мальчишек, укутанных в шкуры. Потом не торопясь снял очки.

Мальчик невольно сглотнул. Глаза незнакомца были почти прозрачными — светло-серыми, словно две льдинки, сверкающие в полумраке. Они буравили насквозь, словно проникая в самую душу. Кривой нос выдавал прошлые переломы. Когда мужчина спустил шарф, Вит заметил, что его тонкие губы пересекает глубокий, старый шрам. Улыбка, расползшаяся по лицу нефтяника, выглядела скорее хищной, чем дружелюбной.

Мальчика передёрнуло. Он надеялся, что под плотными одеждами этого не заметно. Нельзя показывать нефтяникам слабость. Нельзя терять лицо.

— Я хочу перетереть кое-какие детали с Виктором, — вкрадчиво сообщил незнакомец, продолжая пристально разглядывать Вита. Голос его был спокойным, почти ласковым, но за этой мягкостью скрывалась угроза. Мальчик сразу понял, что тот не спрашивает, а ставит перед фактом.

— Он приболел, — тут же отрезал Вит, покачав головой.

Глаза-льдинки метнулись к Вовку. Тот уже открыл рот, чтобы что-то сказать, но передумал, наткнувшись на ледяной взгляд нефтяника. Мужчина снова перевёл взгляд на Вита, окончательно признавая в нём главного.

— Мне нужен Виктор, — повторил он. — С малявками дела не обсуждаю.

— Либо ты обсуждаешь их с нами, — рявкнул Вит и поднял биту, на миг позволяя снежному свету скользнуть по ржавым гвоздям, — либо сделки не будет!

Нефтяник даже не дёрнулся.

— Отец сейчас не в том состоянии, чтобы болтать с незнакомыми людьми, — твёрдо продолжил Вит. — Тем более с тобой. Мы тебя видим впервые и совсем-совсем не знаем.

— Ах да! — Незнакомец ухмыльнулся ещё шире и одним пальцем легонько отодвинул биту в сторону. — Забыл представиться! Константин Семёнович Спасский. Можно просто Спасс. Правая рука атамана. Почти… Решил вот прокатиться по окрестностям, осмотреться, вникнуть в дела подчинённых… Так что? Отец выйдет? Или как?

— Или как, — буркнул Вит, не скрывая холода в голосе.

Он не собирался говорить этому мужчине, что отца больше нет. Во-первых, это его не касается. А во-вторых, слишком уж лакомым кусочком станут в глазах нефтяников двое осиротевших пацанов. В бескорыстие взрослых, а уж тем более таких, как Спасс, Вит не верил. Кто знает, как изменится их настрой, если они узнают правду?

— Зови меня Вит, — твёрдо сказал он. — Сегодня я веду все дела. Отец приболел. Пусть лучше посидит дома и присмотрит, если что, за вами оттуда.

Спасс несколько мгновений молчал, внимательно разглядывая кунг и Зорьку. Затем вдруг улыбнулся мягче, дружелюбнее. Но Вит не сомневался: у «почти» правой руки нефтяников было множество отрепетированных улыбок на все случаи жизни.

— Эх, ладно! — махнул рукой мужчина. — Хотелось бы лично познакомиться с основным поставщиком шкур и деликатесного мяса для стола атамана, но… Тогда в другой раз. В другой раз… Надеюсь, отсутствие старшего не повлияет на условия сделки?

— Нет! — резко ответил Вит. — Всё как договаривались. Вам двести килограммов вяленого и замороженного мяса и столько же шкур. Нам — две бочки мазута. Верно?

— Верно-верно, — закивал Спасский. — И очень приятно работать с таким, хм, просвещённым молодым человеком! Может, когда-нибудь ты захочешь поработать у нас?

— У вас? — переспросил Вит, внимательно следя за Спасским.

Пока они разговаривали, Вовк уже начал вытаскивать из кунга мясо и шкуры, перенося их в кузов «Тойоты». Один из нефтяников в это время осторожно скатывал бочки с мазутом и перекатывал их ближе к фургону, периодически косился на Зорьку с заметной опаской.

— Ну да, — пожал плечами Спасс. — В Ярославле. Я давно мечтаю объединить людей. Беспризорников, кочевников, рыбаков, все эти разрозненные общины… Под одной крышей.

— И почему именно под вашей? — скептически уточнил Вит.

Спасс улыбнулся, но теперь уже не скрывал насмешки.

— У нас ресурсы, — мужчина небрежно указал на бочку с мазутом. — Вокруг ресурсов проще объединить людей.

— И связать их этими ресурсами по рукам и ногам? — Вит прищурился, чувствуя, как в груди нарастает неприятное напряжение.

— А ты умный мальчик… — протянул Спасс, сощурясь, будто оценивая Вита заново.

— Я свободный мальчик, — отчеканил Вит. — И делаю, что хочу! А стану нефтяником — буду делать, что хочет атаман. Разве не так?

— Ну… это, конечно, так, но…

— Без всяких «но»! — перебил его Вит. — Здесь свобода. А там её не будет.

— Зато там безопасность, — развёл руками мужчина. — Чем больше людей вместе, тем безопаснее каждому по отдельности. Плюс топливо, плюс…

— Когда нам нужна безопасность, мы объединяемся, — возразил Вит. — Кочевники и рыбаки вместе — от здешних мест и до западных берегов Рыбы. А когда нужда проходит — разъезжаемся. В большой общине нет ничего хорошего. Только зависть, злость и желчь, что годами разъедают людей. Вон, города — стоят пустые. Не ужились люди вместе, сгнили, погибли!

— Нет, если царит железная дисциплина, управлять проще! — возразил Константин, и в его голосе звенела сталь.

— А я не хочу, чтобы мной управляли, — отрезал