Николай I Завоеватель - Виктор Карлович Старицын

десант. Китайское войско подошло к городу и начало осаду. Вернувшийся к тому времени из Сретенска паровой шлюп Святой Николай отошел от пристани и расстрелял из пушек все джонки, заодно разгромив китайский лагерь и все вытащенные на берег припасы.

Командующий отрядом генерал Ляо Дан вызвал начальник крепости лейтенанта Мальгина на переговоры и предложил добровольно оставить крепость с сохранением знамени и оружия. На это Мальгин предложил генералу переправить войско на подручных средствах на правый берег Амура и пообещал не препятствовать переправе. Высокие договаривающиеся стороны не договорились. Осады Мальгин не боялся. Припасы в крепости были накоплены солидные, а вот китайцы остались без оных.

Ляо Дан попытался пойти на приступ. Атакующие китайцы были расстреляны картечью, понесли большие потери и бесславно откатились. Генерал попытался разослать фуражиров по окрестным селениям нивхов, но нивхи, при поддержке российских отрядов, оставленных Мальгиным вне стен крепости для наблюдения за китайцами, перебили фуражиров. Затем нивхи откочевали подальше в тайгу.

Китайское войско стало страдать от голода и холода. Дождавшись ледостава, в конце ноября Ляо Дан увел свой поредевший отряд по льду через Амур восвояси.

В Златоусте к осени изготовили первые 12 паровых машин. По мере готовности машины отправлялись по Сибирскому шоссе в Сретенск. К весне 1828 года в Сретенске уже стояли на стапелях 8 шлюпов, аналогичных по конструкции «Святому Николаю», и два двухмоторных 20-пушечных брига, порожним водоизмещением по 360 тонн.

Как только на Шилке сошел лед, вся русская флотилия под командованием капитана первого ранга Панафидина двинулась вниз по реке. Семь шлюпов тащили на буксире по 500-тонной груженой барже, а бриги – по 1000-тоннной. Баржи везли пушки, оружие, строительные материалы и инструменты. Один из шлюпов шел без баржи в передовом дозоре флотилии. На баржах шел десант в количестве 4000 человек.

Первую большую баржу оставили на мысу при слиянии рек Шилки и Аргуни, откуда и считалось географами начало Амура. Шесть сотен десантников начали строить 40-пушечную крепость, названную Шилка. Спускаясь по Амуру, оставляли баржи и начинали строить крепости при впадении в Амур рек Хумархэ, Зея, Бурея, Сунгари, Бира, Уссури, Горин. Самую крупную 50-пушечную крепость с тысячным гарнизоном, названную Хабаровском, начали строить при впадении в Амур Уссури. При впадении Сунгари начали ставить 40-пушечную крепость Дежнево. Остальные крепости получили по 30 пушек и гарнизоны по 400 человек.

У каждой из крепостей оставили на дежурстве один из паровых шлюпов для связи, снабжения и поддержки в обороне. Последнюю малую баржу довели до Николаевска, усилив его гарнизон. Нападать на столь мощную флотилию китайцы не рискнули, хотя их джонки на реке видели много раз.

В июне в Николаевск пришли два корвета и два фрегата из Ново-Московска. Они доставили продовольствие и 400 тонн «серебра» в ящиках. Ящики перегрузили на оба речных брига. Затем речная флотилия из двух паровых корветов и одного шлюпа пошла вверх по Амуру. От Сретенска ящики начали переправлять караванами по шоссе в Петербург. Теперь их везли в пароконных повозках по 10 ящиков в каждой. В каждом караване следовали 25 повозок и 50 верховых охранников. Всего до зимы отправили сорок караванов. Разгрузившись, бриги пошли в Николаевск за новой партией груза. До ледостава они доставили в Сретенск еще один груз золота в 300 тонн.

Глава 27

Армия и флот

Известная подселенцам дата войны с Турцией постепенно приближалась. А у России, как обычно, имелось только два союзника: российская армия и российский флот. Впрочем, в истории Ствола эту фразу еще только предстояло произнести внуку Николая Александру III. А в истории формируемой подселенцами Ветви реальности ее присвоил себе Николай.

Пятого апреля 1827 года министр обороны великий князь Михаил Николаевич собрал совещание высшего военного руководства. Присутствовали заместитель министра обороны по флоту адмирал Сенявин, заместитель по армии генерал Сухозанет, начальник Генерального штаба армии генерал Витгенштейн, командующие войсками Кавказского, Одесского, Таврического, Харьковского и Киевского военных округов Паскевич, Воронцов, Дибич, Ридигер, Муравьев. Совещание почтили своим присутствием император с братом Константином, председатель правительства Левашов и министр промышленности Мейер.

Открывая совещание, Николай сказал:

– Господа! Как вам известно, наши отношения с турецким султаном обостряются. Мы в союзе с Англией и Францией поддерживаем борьбу православных греков против Турции за независимость Греции. Наша эскадра в Средиземном море сражается с турецким флотом. В православных Сербии, Болгарии и Македонии, находящихся под гнетом турок, партизаны тоже бьются с турками. Однако отношения с Англией и Францией далеки от братских. У нас с ними возникли серьезные противоречия по поводу статуса Греции после обретения ею независимости.

С Австрийской империей отношения, как всегда, напряженные. Мы соперничаем с ней в Валахии и Молдавии. Все эти державы ни в коем случае не желают, чтобы мы захватили Константинополь и проливы. Испания тоже будет против нас. Там вскоре узнают, что мы высадились в Калифорнии, которую они все еще считают своей. К тому же я признал независимость Мексики.

На Дальнем Востоке скоро начнется война с империей Цин, у которой мы собираемся отобрать реку Амур. Возможно столкновение и с японцами. Мы строим базу флота на архипелаге Бонин, который они считают своим. К тому же Англии с Францией и Голландией весьма не понравится значительное усиление наших сил в Тихом океане. До сих пор нас там фактически не было.

Продолжается война с Персией. Как вы знаете, там мы перешли в наступление. Надеюсь, к концу текущего года эту войну мы выиграем. Словом, на всех направлениях у нас назревают серьезные конфликты. Со всех сторон нас окружают враги. Лишь Пруссию можно считать нашим союзником. Да и то временным и условным.

Одним словом, только русскую армию и русский флот можно твердо считать союзниками Российской империи. Из этого и будем исходить.

Самым серьезным противником на ближайшую перспективу я считаю Турцию. Думаю, не позже, чем весной следующего года, нам придется воевать с ней. Мы с турками воевали много раз. В последних войнах мы их побеждали, но всякий раз результаты оказывались половинчатыми. Главных целей мы не достигали, в основном из-за вмешательства европейских держав на стороне Турции.

Я ставлю перед вами, господа военные, следующую минимальную задачу: наголову разгромить все военные силы Турции в одной скоротечной кампании длительностью не более месяца. Выбить турок с Европейского континента, захватить Константинополь и проливы. Азиатские берега проливов тоже захватить не менее чем на сотню верст от проливов, вплоть до Анатолийского нагорья. Захватить греческие острова в Эгейском море. Это минимальная задача! Подчеркиваю, минимальная! А максимальная и желательная