Провинциальный шпион - Евгений Васильевич Шалашов

говорит своему коллеге, что отправился на встречу, тому ничего дополнительно объяснять не надо — его собрат ушёл добывать информацию. И приставать с расспросами, а куда именно на встречу да с кем конкретно — это признак дурного тона и махрового непрофессионализма. Удобно, знаете ли. «На встречу» — и всё: отвяньте от меня все, даже начальник дядя Коля. Но этого, правда, так просто не проведёшь — всё равно потом истребует результат.

Ни про какую встречу я Пантелееву говорить, конечно, не стал. Просто показал на часы, дескать, «цигель-цигель, ай-лю-лю». Тебе, может, кроме твоего Комарова и заняться нечем, а мне очень даже есть. И не успела за моим патроном закрыться дверь, как я поспешил влезть в свою казённую шубу и выкатиться следом, пока не потребовался кому-нибудь. Путь мой лежал на улицу Коммунистов, в студенческое общежитие, которое в новом веке будет увенчано массивной каланчой, восстановившей исторический вид здания, но отнюдь не принесшей ему архитектурной изящности. Именно там и должна была состояться наша встреча, про которую я дяде Коле, конечно, ничего рассказывать не собираюсь.

Мой порыв был вполне понятен и даже простителен — я соскучился по моей жене. Не то по бывшей, не то по будущей. Нет, мы же с Ниной не разводились, значит, по будущей.

Соседки по комнате сегодня поразбежались — кто в библиотеку, кто еще куда-то, поэтому мы с Ниной были вдвоем. Решили, что немножечко посидим, а потом отправимся погулять. Долго не выйдет, но хоть часок. Но перед тем, как отправиться на прогулку, невеста решила меня покормить. Я-то думал, что мы с ней вместе заскочим в какую-нибудь столовку — хотя бы в Первую, она недалеко, но зачем питаться в столовках, если наварен суп? Поэтому, мне была выдана глубокая тарелка с полустёршимся синеньким орнаментом и вручена ложка. А вот хлеба в комнате не оказалось. Стало быть, и так сойдёт. А со студентов чего же взять?

На стипендию в сорок рублей не слишком-то разгуляешься. Ладно, если родители помогают, а если нет? Парням, тем попроще. Можно какую-нибудь шабашку найти — вагоны на пакгаузе поразгружать, снег с крыш поскидывать, а у девчонок с подработками туго. Так что вместо шабашек везли по очереди из дома и картошку, и лук с морковкой.

— Очень вкусно, — похвалил я, наворачивая, если уж честно, не очень-то и наваристый куриный супчик с рисом. — Ты у меня молодец.

Как же не похвалить?

— Скажешь тоже, — зарделась Нина. — Если бы не ты, не было бы и супчика. Девчонки тобой нахвалиться не могут. Я уже ревновать начала.

Ну да, имеется моя заслуга. Это я притащил девчонкам курицу, которую студентки-филологини варят уже неделю — держат ее за форточкой, отрезают понемножку и варят супчики. Кто-то в подарок невесте бриллианты дарит, кто-то дорогие авто, а старший инспектор уголовного розыска и отличник милиции, между прочим, презентует любимой девушке курицу. Отмечу — уже ощипанную!

Врать не стану — идея здесь не моя, а Жеки Митрофанова. Джексон — глубокий семьянин и ревностный собачник как-то на днях ездил по делам в поселок Климовское, где птицефабрика, обратно вернулся очень загадочный, и с сумкой, где лежало аж пять куриных тушек, приобретенные не по рупь семьдесят за килограмм, как в магазинах, а по рублю, как выходило у работников птицефабрики. Джексон бы и больше взял, да денежного запасу не хватило. Три тушки он утащил домой — семью нужно кормить, и пёсель каждый день харчеваться желает, а две презентовал друзьям. Одна ушла Боре Рябинину — ему тоже своих девок кормить, вторая — лепшему другу Лёхе.

Я от своей курицы поначалу отбивался — на что она мне, если я в общежитии кроме яичницы и картошки ничего не готовлю, но Джексон, сузив глаза в своем фирменном прищуре, от которого на допросах шарахаются даже ООРы[1], изрек:

— Леха, сам есть не станешь, Нинульке отнеси. Доверься умному человеку, у которого жена в общаге жила — студенты, даже если это девушки, всегда голодные ходят. Ты же не хочешь, чтобы твоя невеста голодала? Кстати, можешь не говорить, что это я посоветовал. Нинулька оценит, что ее будущий муж — человек хозяйственный, за которым, как за стеной каменной. Тока ты курочку ощипай, чтобы барышне не мучиться. Успеет она нащипаться, когда семейная жизнь начнется.

Когда же она начнется? По моим прикидкам выходило, что не раньше лета, и на то у меня были свои резоны: к этому времени мне твердо обещали переезд в семейное общежитие на Ленина — там по три комнаты в блоке, кухня и душ. Соответственно — еще и санузел. В той, прежней жизни, мы с Ниной почти год прожили в моем общежитии на Металлургов, где длинный коридор, общая кухня и душ в полуподвале, и мне первое время приходилось караулить, когда жена шла мыться. Потом Нина сдружилась с женщинами, которые жили с мужьями в нашей общаге, так они ходили в душ все вместе. И, боже сохрани, ежели хоть кто-нибудь из мужиков пытался в это время проникнуть туда! Над Ниной, как над младшей, сразу взяла опеку Надежда, которая работала на Сталепрокатном заводе, в цехе сетки. Надька, за смену столько рулонов с сеткой перекатала, что для неё ухватить за шиворот какого-нибудь любителя помыться не вовремя и шарахнуть им о стенку — пара пустяков.

Впрочем, в других ситуациях она была совсем не кровожадной и мирно уживалась со всеми соседями. Пошумит разве только когда Борьку, мужа своего, загулявшего с получки, погоняет по коридорам и лестницам, и опять у неё тишь да гладь.

Конечно же, великий и мудрый Женька Митрофанов оказался прав. Уж он-то знает, что следует дарить красивым девушкам. И курица здесь — первостатейный презент.

Куру я ощипал. Уже и забыл, как это делается — давно не доводилось покупать неощипанных кур, но руки-то помнят! Конечно, лучше бы ее для такого дела сначала в кипяток окунуть, но кастрюли соответствующей под рукой не оказалось, так что я работал «на сухую», бр-р-р!

Подарок пришелся кстати, потому что девушка Настя с первого курса, у которой как раз была очередь везти из деревни картошку, ее забыла. Вернее — увидела в окошко, что едет автобус, побежала, чтобы успеть. На автобус-то она успела, а вот авоську с картошкой оставила дома.

Настя родом из Юрочкина, которое в Шекснинском районе, ей сначала до Шексны приходится добираться, а потом уже до Череповца. До