Восхождение Морна. Том 11 - Сергей Леонидович Орлов

потому что лишние владения будущему Великому Императору Всей Видимой и Невидимой Вселенной точно не помешают. Или он рассчитывает, что я стану прославлять конкретно род Северных? Ну уж нет, дедуля, я продвигаю только себя и своих близких, тут твои схемы не прокатят.

Но как бы там ни было, поучаствовать в таком деле мне было бы любопытно. На аукцион-то я всё равно иду, так что главное теперь — не продешевить с ценой.

— Я всё сделаю, — сказал я.

Он кивнул с таким видом, будто и не ждал от покорного внука другого ответа. Кивок этот меня, признаться, слегка задел, так что следующую фразу я подал с удовольствием.

— Только на своих условиях.

Дед приподнял одну седую кустистую бровь и в первый раз за встречу посмотрел на меня немножко иначе, будто я и вправду сумел его удивить.

— Ты собираешься брать деньги с родни?

Что-то часто мне задают подобные вопросы в последнее время. Неужели у меня на лбу написано, что этого юношу можно поюзать бесплатно, а он ещё и спасибо за это скажет? Или это такая исключительная манера сильных мира сего? Сперва Громобой со своим удивлением, теперь вот дедушка. Небось привыкли, что вокруг них толпятся люди, готовые взяться за любое поручение просто ради того, чтобы такой большой человек их запомнил.

А тут на тебе — наглый молодой Морн, который вместо благодарности начинает разговор про деньги. Какой нехороший молодой человек.

— Как бы это сказать… я всегда был сторонником подхода, при котором любая работа должна быть оплачена.

— Прямо-таки любая? — хмыкнул Всеволод.

Вот же зануда. Мужику под семьдесят, а он цепляется к формулировкам.

— Ну не совсем. Оплачена должна быть работа, которую выполнили на совесть и вовремя, а уж дальше можно копаться в деталях конкретного договора.

Дед снова хмыкнул и зашёл с другой стороны.

— А если я попрошу выполнить моё поручение кого-то другого?

Тут уже я скептически приподнял бровь. Пугать меня заменой, было откровенно слабым ходом.

— Хотели бы — давно бы попросили. Но дело даже не в этом. Меня заинтересовало ваше утверждение, что я пойму, о чём идёт речь, когда увижу этот предмет. Значит, это точно не какая-то фамильная игрушка Морнов или Северных, потому что гильдия артефакторов никогда не признала бы такую вещь… как вы там сказали? Рядовой безделушкой. А раз так, дело в моих способностях оценщика, на которые вы возлагаете определённые надежды.

Я задумался, прокручивая в голове всё, что он успел сказать, и одна деталь у меня всё же не стыковалась.

— Правда, мне пока не совсем понятно, почему вы считаете, что мой дар лучше, чем схожий дар мага из гильдии артефакторов, который наверняка и посильнее меня, и поопытнее. Но тут, как я полагаю, ответ раскроется, когда я увижу этот самый предмет. Я ведь прав?

По мере моих рассуждений в глазах Всеволода росло одобрение, а под конец он и вовсе довольно крякнул.

— Соображалка у тебя действительно стала на порядок лучше, тут мне не соврали, — сказал дед. — Ну хорошо. Называй свою цену.

Вот тут я и выложил то, ради чего вообще собирался на этот аукцион.

— Мне нужен поручитель. На торгах будет ещё один лот, который я хочу забрать себе, а к таким вещам ссыльного наследника не подпустят, пока за него не поручится человек с весом в этом городе. У вас такой вес, я уверен, имеется, ну а если нет, то вы наверняка знаете того, кто уладит этот вопрос за вечер. И само собой, всё это случится уже после того, как ваш артефакт уйдёт с молотка, чтобы никто в зале ничего не заподозрил.

Надо признать, сориентировался дедуля мгновенно. Взгляд его скользнул по клинку, который я так и не вынул из ножен, и в этом взгляде было ровно столько же уважения, сколько бывает у мясника к куску несвежей требухи.

— Тебе нужен новый меч, — догадался он. — Дай угадаю. Этот идиот Родион решил сэкономить и не купил тебе оружие, которое способно выдержать воздействие истинного пламени? — Дед покачал головой. — Ей-богу, до сих пор не понимаю, что дочка нашла в этом человеке…

Феликс сделал резкий шаг вперёд.

— Дедушка, я вам запрещаю говорить об отце в таком тоне! Предупреждаю, ещё раз позволите себе высказаться подобным образом, и я буду говорить с вами совсем иначе!

Тут все присутствующие разом повернулись в его сторону.

— Во дурааак… — вздохнул Сизый.

— И не стыдно тебе старшего в роду перебивать? — возмутилась Вика.

— Смотрю, с нашей последней встречи ты ни капли не изменился, — протянула Мира.

И только мы с дедом смотрели на него как на недоразумение.

— Ты, пацан, когда угрожаешь, должен силу за своими словами иметь, — наставительно произнёс дед. — Иначе чего твои слова стоят? Ну продолжу я хаять Родиона, и что с того? Что ты мне сделаешь? Сбежишь в столицу и спрячешься под мамкиной юбкой, жалуясь, как злой дедушка Всеволод обидел тебя и твоего отца? Или ты считаешь правильным, что глава рода, ещё не зная, пробудит ли старший сын родовое пламя в нужный момент, не купил ему достойного оружия? Ты хоть представляешь, сколько времени и ресурсов уходит на такой артефакт? И сколько на него желающих? Или ты решил, что истинной природной магией на всю Империю обладают только Морны?

Феликс нервно сглотнул и захлопал глазами, растеряв весь свой праведный гнев за какие-то полминуты. Оно и понятно: одно дело возмущаться с высоты собственной правоты, и совсем другое, когда тебя, как щенка, тычут носом в отцовские косяки. Тут не сильно много приятного.

— И поверь мне, мой дорогой внук, твой отец тоже никогда не выбирал выражений, когда высказывался о моей персоне. Это у нас… скажем так… такой вид родственного общения. Так что постой пока в сторонке и дай взрослым поговорить, хорошо? А твоими манерами мы займёмся вечером. Думаю, десять кругов по полосе выживания быстро научат тебя сначала думать, а уже потом раскрывать рот.

— Д-десять…? — дрожащим голосом переспросил Феликс.

Судя по его лицу, полоса выживания была из той категории развлечений, после которых человек начинает ценить простые радости вроде умения ходить. Братца я мысленно пожалел и всё-таки решил встать на его сторону. Не из родственных чувств, а чтобы слегка приструнить деда и обозначить простую вещь: наш с Феликсом и