Резонанс Ци. Том 8 - Иван Рейн

Я коротко посмотрел на людей за спиной. Один сидел возле стены. Второй лежал рядом. Третий только что выбрался из-под плиты и пытался прийти в себя. Драться здесь нельзя. Я сместился на десяток метров в сторону свободного участка улицы. Между мной и пострадавшими остался толстый уцелевший фрагмент стены. Ламара приглашать за собой не пришлось. Он сорвался с места почти сразу. Быстро. Намного быстрее, чем я ожидал. Я успел только выставить щит.

Меч Ламара ударил почти в центр. Металл грохнул, левая рука мгновенно онемела от ладони до плеча. Сапоги проскребли по асфальту, а меня сдвинуло назад почти на два метра. Я сразу довернул корпус, сбрасывая остаток импульса в сторону. Вот значит как. Дополнительная сила была вполне настоящей. По грубой физической мощи Ламар теперь находился далеко за пределами своего ранга Основы.

Он снова бросился вперёд. И почти сразу я увидел недостаток этой силы. Тело стало быстрее головы.

Ламар двигался так, словно его скорость осталась прежней. Я сместился влево с линии атаки. Меч просвистел мимо, а сам Ламар проскочил явно дальше, чем собирался. Краем щита я ударил его в правое плечо, мешая развернуться. Он яростно ударил наотмашь, почти не целясь. Я сделал полшага в сторону. Клинок просвистел перед грудью. Затем толкнул Ламара щитом в центр корпуса.

Он качнулся назад, едва удержав равновесие. Возросшая сила снова подвела его: он попытался компенсировать толчок привычным движением, но тело отреагировало сильнее, и пришлось сделать лишний шаг, чтобы остановиться. Я усмехнулся. Передо мной был всё тот же неопытный боец. Просто кто-то внезапно выдал ему тело в несколько раз сильнее и быстрее привычного.

— Сила выросла, — сухо заметил Арон. — Умение ею пользоваться — нет.

— Было бы странно, если бы оказалось иначе.

Ламар с яростным воплем снова пошёл в атаку. На этот раз я специально чуть открыл левую сторону. Достаточно заметно, чтобы человек в таком состоянии увидел очевидную цель. Он клюнул сразу. Рывок. Меч пошёл в открытую линию. Когда расстояние сократилось, я сместился вправо и подставил край щита под направление движения. Ламар пролетел мимо, а я сразу шагнул следом.

Короткий удар щитом в корпус окончательно сломал его стойку. Ламар попытался развернуться, но ноги уже стояли неправильно. Второй удар я нанёс в голову. Приложил его краем щита ровно настолько, чтобы вырубить, но не проломить череп. Голова Ламара дёрнулась. Он сделал ещё полшага по инерции и рухнул на асфальт.

Я смотрел на него и вдруг отчётливо вспомнил, как Ламар вонзает нож мне в сердце. Следом — старая квартира. Взрыв. Пламя. И то, как я вытаскиваю Мию из пожара. Мои пальцы с хрустом сжались на рукояти меча. Я сделал короткий шаг ближе к Ламару.

Глава 16

Несколько секунд я стоял над Ламаром и сверлил его мрачным взглядом. Пальцы всё ещё сжимали рукоять меча. Один короткий удар — и человек, который дважды едва не уничтожил мою жизнь, больше никогда не создаст проблем. Я резко выдохнул и убрал меч со щитом в инвентарь.

Смерть сейчас будет для него слишком лёгкой участью. К тому же мне куда интереснее узнать, что именно только что произошло с его телом. Откуда взялась странная чужая энергия, почему она хлынула из области сердца и какое отношение всё это имеет к двум уродам возле особняка. Возможно, Ламар и сам ничего не знает, но проверить это всё равно нужно. От мёртвого информацию точно не получить. А потом, когда он всё расскажет, можно подумать о его убийстве.

Я присел рядом и двумя пальцами проверил пульс на шее. Жив. Дыхание неровное, но устойчивое. Затем снова сосредоточился на Взоре Ци и внимательнее посмотрел на меридианы.

Картина внутри тела уже менялась. Ещё несколько секунд назад каналы Ламара были переполнены энергией и светились так ярко, что на них было тяжело смотреть, приходилось ослаблять Взор. Теперь дополнительный поток быстро слабел. Особенно заметно это было возле сердца: оттуда больше не шёл тот чудовищный напор, который за несколько мгновений раздул силу Ламара до совершенно ненормального уровня. Концентрация падала прямо на глазах.

Я проследил за процессом до конца. Собственный источник Ламара всё это время оставался прежним, а когда чужая энергия почти исчезла, общий уровень снова опустился к обычной Основе. Никакого Ядра, прорыва или постоянного усиления я не видел. По крайней мере, после потери сознания подпитка исчезла. Но строить из этого теорию пока рано. Я даже не понимаю, что именно находится у него возле сердца. Но там явно что-то есть.

Подхватив Ламара под плечи, оттащил бессознательное тело за устойчивый остаток стены, который отделял нас от прямой линии боя у особняка. Там уложил его лицом вниз, достал из инвентаря специальные наручники для культиваторов и защёлкнул их на запястьях за спиной.

Не зря всё-таки выпросил у Данте пару таких штук. Фиксаторы блокировали использование Ци и как раз подходили для захвата культиваторов. Не думал, что вскоре надену их на Ламара. Я дёрнул наручники, проверяя, что они закрыты, и только после этого поднялся.

За то время, что я возился с Ламаром, ситуация четвёрки стала ещё хуже. Копейщик после прошлого удара всё-таки поднялся и вернулся в строй, но двигался заметно тяжелее. Раньше он постоянно менял позицию во второй линии, ловил короткие окна и успевал проводить наконечник между союзниками. Теперь каждый такой рывок занимал у него заметно больше времени.

Щитовик Арденов тоже держался, хотя повреждённая правая сторона корпуса явно мешала ему нормально разворачиваться. Данте продолжал бой с глубоким рассечением на левом боку, и кровь уже покрывала часть брони ниже раны. Наблюдатель оставался наиболее целым из всей четвёрки. Вот только даже он не мог в одиночку надолго занять синекожего.

Тварь резко сместилась к копейщику. Я успел увидеть, как тот выставил оружие и сделал прямой выпад. Наконечник пошёл точно в грудь противника, но синекожий ушёл с линии, ударом руки сбил копьё вбок и оказался на короткой дистанции. Следующее движение я почти потерял.

Нога мелькнула коротким росчерком и врезалась бойцу в живот. Копейщика буквально сложило пополам. Он пролетел по воздуху около двадцати метров и тяжело упал на бок у основания разрушенных ступеней. Броня на животе и груди покрылась трещинами, из-под повреждённых пластин сразу проступила кровь. Боец дёрнулся, попытался подняться, но сразу встать не смог.

Данте оказался между ним и синекожим раньше,