Летящий в шторм - Сергей Александрович Самохин

Глава 2

Утро началось неожиданно активно – мне даже не дали выспаться. Я проснулся от того, что в комнату вошёл незнакомец в той же странной серой одежде, сшитой как единое целое, и принёс завтрак. Завтрак разнообразием не отличался: с утра не принесли никакого супа, но зато присутствовала всё та же каша и вода в неудобной вытянутой кружке.

Не успел я позавтракать, как за мной пришел доктор Ави, и повел меня в то самое помещение, где мы беседовали вчера. Там меня, к моему ужасу, уложили на высокую кровать с пугающими механизмами над ней. Доктор Ави попытался мне объяснить, что механизмов бояться не нужно, они просто проверят мое тело. По словам доктора в что больно при этом мне не будет. Я не особенно ему доверял, но решил: если хочу расположить этих людей к себе, придётся подыграть их странностям. Стиснув зубы, я лег на кровать, ожидая худшего. Однако ничего страшного не случилось. Механизмы быстро и ловко двигались надо мной – то касались кожи ледяными поверхностями, то надавливали где-то, а иногда будто кусали короткими, не слишком болезненными уколами. Мне стало даже интересно наблюдать за невероятной точностью и аккуратностью действий этих невиданных “ветвей”.

К счастью, это странное обследование длилось недолго, и мне наконец позволили надеть – помимо штанов – нечто вроде лёгкой рубашки. Она нигде не застёгивалась, а просто натягивалась через голову. Доктору Ави пришлось мне помочь разобраться с этой странной одеждой. А сразу после этого мне сказали, что мы идём к Орвину – и это окончательно подняло мне настроение.

Комната Орвина оказалась точь-в-точь такой же, как моя – и обстановка тоже была почти идентичной. Когда я вошёл, то увидел своего друга под кроватью. Точнее, под ней торчали его голова и верхняя часть туловища – Орвин стоял на коленях и что-то явно искал.

– Хорошо, что ты в штанах. Вида твоего голого зада я бы не пережил! – трагическим тоном сказал я.

Эффект превзошел все ожидания: Орвин попытался вскочить, треснулся головой о кровать, приглушенно забормотал и завозился, выбираясь из такой непростой ситуации. Встав, наконец, на ноги, он немедленно кинулся ко мне, и мы обнялись, хлопая друг друга по спинам, как полоумные. После одного из моих хлопков Орвин вдруг скривился и отпрянул назад.

– Извини! Я все забываю, что у тебя рана, – спохватился я.

– Ну не у всех же раны на глазах заживают, – проворчал Орвин

– У меня нет ран на глазах.

– А у меня, наверное, уже есть. Я тут столько всего видел! Понимаешь, это же невероятно! Кровать, эти их штуки для лечения! А ты видел их фонари? Крохотные, как рукоятка ножа. А светят так, как несколько факелов не светят. Тут все настолько непонятно и здорово! Ну, кроме еды – с едой у них вообще все плохо. И кружки странные. Да что ты молчишь, ты сам как?

– Молчу потому, что ты не даешь мне вставить ни слова, – я терпеливо дождался паузы в потоке слов. Орвин остался Орвиным, слава Кругу.

– С другой стороны, мне просто необходимо выговориться – так что молчи. Я не знаю, сколько я здесь времени провел, но поговорить было совершенно не с кем! Я их не понимаю! Они бормочут какую-то ерунду. А человеческих слов не знают. Потому, просто дай мне поговорить, а то я взорвусь. Смотри…

Не знаю, сколько мы проболтали, но уж точно дольше, чем вчера с докторами. Правда, говорил больше Орвин, рассказав мне все, что с ним приключилось. Насколько я понял, у нас с ним были весьма похожие истории – только он с доктором Эмилем не разговаривал. Наверное, это и к лучшему – Орвин бы этого доброго доктора до смерти заболтал. Я вкратце рассказал другу, что произошло у меня, и привёл его в неописуемый восторг – прежде всего тем фактом, что здесь кто-то говорит на человеческом языке.

– Ты уже придумал, как мы вернёмся на Старобор? – вдруг спросил Орвин, прерывая свой восторженный поток слов о невиданной технике.

– Пока нет. Когда бы?

– Когда? Да ты всё это время спал и высыпался. И что еще делал, в стенку смотрел? Нам скорее нужно, пока Князь еще держится. И Город.

– Городу ничего не угрожает, ты же знаешь. – поморщился я. Чувство стыда кольнуло меня.

– Уверен? Даже после нашего побега? Неизвестный такой, мог и поменять свои планы. Да и к тому же, Медведь к моменту нашего бегства был совсем не в лучшем положении. Или ты забыл?

Я хотел было вспыхнуть и напомнить разошедшемуся Орвину, что с Медведем меня связывает куда больше, чем его. Хотел, но не стал. Потому что Орвин был прав. И если моего отца на Вильме уже не спасти, а у остальных там серьезных проблем на момент моего внезапного бегства не намечалось, то на Староборе точно остались те, кто в нас нуждался. В нас, и в той помощи, которую мы можем привести. Должны привести.

– Ты прав. Нам нужно как можно скорее решить этот вопрос. Думаю, что эти люди смогут нам помочь.

– Шутишь? Конечно смогут! Вот только, захотят ли…

– Значит, нам нужно сделать так, чтобы захотели, – улыбнулся я.

В этот момент дверь открылась, и в комнату Орвина заглянул доктор Эмиль. Я обрадовался ему – пока что он был единственным человеком здесь, с которым мы могли говорить. И, как я надеялся, он был тем человеком, который здесь принимает решения. Он ведь упомянул что-то про то, что он тут главный, если я тогда правильно его понял.

– Здравствуйте, господа. Ну, как у вас дела? Вижу, что хорошо. – Он подошел к Орвину, и повернул его к себе, осмотрев плечо. – Тут тоже все нормально заживает. Была небольшая инфекция, но сейчас все чисто.

– Спасибо, – ответил за нас обоих Орвин. – Со мной всё будет в порядке. Но у нас к вам есть дело.

– Дело? – удивился доктор.

– Да, дело. Важное, и очень срочное. И хватит меня пихать! – добавил мой друг, уже обращаясь ко мне. – Мы очень просим вас помочь нашим друзьям на Староборе. Вы же можете отправить нас туда? И немного помочь, когда мы туда прибудем?

– Вот даже так? – удивлённо приподнял брови доктор. – На Старобор?.. К сожалению, я не могу ответить на ваш вопрос или выполнить вашу просьбу.

– Почему?