Записки о хвостатых. Хэллоуинский квест. - Алёна Орион

затормозить, снёс Артема с ног, как кегль. Планшет взмыл в воздух, описал изящную параболу и с хрустом приземлился метрах в трёх от места катастрофы. Стилус застрял в медвежьей шкуре, как гарпун в ките. Где-то в недрах медвежьей шкуры что-то противно звякнуло, будем думать, что это были конфеты.

— КАРАУЛ! НАЕЗД! — взвыл Артем, барахтаясь под грудой меха, которая пахла лисьим леденцом и студенческим безразличием к личному пространству.

— По моим расчётам, — проскрипел он, когда Кира и Селена, вздохнув, как землекопы перед подвигом, стащили с него Вальдемара, — Ваша скорость превышала допустимую норму передвижения по коридору, утверждённую уставом, в три целых семь десятых раза! А масса…., — он покосился на медведя, с которого, как с новогодней ёлки, посыпались конфетные обёртки, — ….. вообще не укладывается в разумные пределы для млекопитающих, не находящихся в состоянии спячки!

— Не стой посреди дороги, когда охотятся настоящие хищники! — рявкнул Вальдемар, отряхиваясь с таким усердием, что с него слетела пара перьев с крыла Юли, приклеенных на авось, — Ты как дорожный конус, только менее полезный и без светоотражающих полосок!

— Артем, извини, — Кира, испытывая приступ острого стыда, помогла капитану подняться и безуспешно попыталась разгладить складку на его рукаве, отчего она лишь приобрела новый, ещё более драматичный изгиб, — Нам некогда. Карл пропал!

Лицо Артема преобразилось за долю секунды. Гневное негодование сменилось таким незамутнённым восторгом, что казалось, он только что получил известие о досрочной защите диплома и отмене всех дедлайнов до конца века.

— Карл?! — его голос взлетел на октаву выше. — Тот самый Карл?! Источник акустического загрязнения с амплитудой колебаний, превышающей болевой порог человеческого уха?! Тот, что орал каждое утро в пять ноль-ноль и мешал мне готовиться к олимпиаде?!

— Ну... да, он самый, — неуверенно протянула Юля, поправляя своё скотчевое крыло, которое под действием вибраций от голоса Артема начало медленно сползать.

— КТО?! — Артем схватил её за плечи с таким неудержимым энтузиазмом, что раздался характерный липкий хруст, и крыло окончательно приняло форму вопросительного знака, — КТО ЭТОТ ГЕРОЙ?! Я должен пожать ему руку! Или лапу! Или плавник! Статистически, исчезновение Карла повышает среднюю концентрацию сна и продуктивности студентов нашего корпуса на семьдесят три процента! Это... это прорыв в области академической экологии! Я уже вижу диссертацию! «Влияние отсутствия одного крикливого какутса на когнитивные функции студенческой популяции в условиях общежития»!

Он развернулся к собравшейся вокруг толпе любопытных студентов, многие из которых явно узнали ключевое слово «Карл» и уже начинали улыбаться.

— ТОВАРИЩИ! — провозгласил Артем, вскинув руки, как революционер на баррикадах, с той лишь разницей, что в руке у него вместо знамени торчал стилус, испытанный на прочность медвежьим зубом, — Узурпатор повержен! Тиран свергнут! Да здравствует здоровый сон и право на утренний кофе без вокальных упражнений на октаву «предсмертный вопль»!

— УРА-А-А-А! — грянула толпа, и звук был таким единодушным, каким не бывает даже на сдаче общеуниверситетского зачёта.

Кто-то запустил в воздух горсть конфетти. Девушка в костюме ведьмы пустилась в импровизированный танец. Парень, наряженный скелетом, достал откуда-то дудку и заиграл что-то похожее на победный марш, который фальшивил так, будто и сам Карл где-то в отдалении вторил ему от обиды.

— НАРОД ОСВОБОЖДЁН ОТ КОЛЮЧЕЙ ТИРАНИИ! — не унимался Артем, входя в раж и взобравшись на ближайший столик для анонсов, с которого посыпались листовки о предстоящем квизе, — Отныне наши утра будут принадлежать нам, а не его пронзительным сольным партиям! Мы сможем выспаться! Мы сможем учиться! Мы сможем, наконец, расслышать собственные мысли!

Толпа ликовала. Кто-то начал скандировать: «Ар-тем! Ар-тем!». Другой предприимчивый студент в костюме гоблина тут же начал продавать символические «акции свободы» — кусочки мела, найденные под ногами.

Вальдемар, наблюдая за этим безумием, медленно повернулся к Кире, его медвежья морга выражала нечто среднее между возмущением и профессиональной завистью к чужому харизматическому успеху.

— Видала? — прохрипел он. — Я его чуть не расплющил, а он тут революцию возглавил.

— Не радуйся раньше времени! — перекрикнула шум Селена. — Мы его найдём и вернём! Прямо к твоим ушам! К твоей подушке! В твою комнату!

Ликование стихло, будто кто-то выключил звук.

—...что? — Артем побледнел.

— Вернём. Карла. Домой, — отчеканила Селена с хищной улыбкой. — Так что попрощайся с концентрацией в семьдесят три процента.

Капитан постоял ещё секунду, явно переваривая информацию. Затем мудро кивнул, развернулся на сто восемьдесят градусов и... уверенно направился в противоположную сторону.

— Куда ты?! — крикнула Кира.

— К буфету! — не оборачиваясь, ответил Артем. — Если вы собираетесь вернуть это... это существо, то лучшая тактика капитана — наблюдать за операцией издалека, в безопасной зоне, с запасом провизии!

Через минуту его уже видели у стойки буфета, где он набирал гигантское ведро попкорна и банку энергетика.

— Куда теперь? — спросила вслед озадаченная буфетчица.

— На пост охраны! — бросил Артем. — Там камеры! Я буду следить за развитием событий в прямом эфире! Это же лучше, чем кино!

— Научный подход к развлечениям, — философски протянул Вальдемар. — Надо запомнить.

Наконец, запыхавшиеся, растрёпанные, но полные решимости, они добрались до дверей общежития. Сауна располагалась на первом этаже, и оттуда, едва они приблизились, донесся запах.

— Что за... — начала Кира, но тут же зажала нос. — Боже, что это за запах?!

Запах и вправду был специфический. Он напоминал попытку сварить сосновый борщ в микроволновке, приправив его жжёной проводкой и чем-то откровенно химическим. В воздухе витали нотки хвои, озона и... подгоревшей пластмассы?

— Пахнет, как будто кто-то решил превратить сауну в лабораторию, — скривилась Селена.

— Или в крематорий, — мрачно добавил Вальдемар.

Дверь была распахнута настежь. Из проёма валил пар, такой густой, что первые два метра помещения вообще не просматривались.

— Ну наконец-то! — обрадовался Вальдемар и, к ужасу всей команды, начал стаскивать с себя медвежью шкуру.

— Я тут с потрохами потею, а вы всё бегаете! Сейчас зайду, охлажусь, заодно Пашу допросим…

— ТЫ ЧЕГО?! — завизжала Юля, отворачиваясь и пытаясь закрыть глаза рукой, второй держась за пресловутое крыло.

— Да ладно, — Вальдемар уже скинул одну медвежью лапу. — Мы же все взрослые люди! Совместим приятное с полезным — попаримся, поговорим о кактусах…

— Это не план, это клинический случай! — фыркнула Селена, решительно хватая его за ухо — самое настоящее, человеческое ухо, торчащее из прорехи в шкуре. — Мы здесь не для спа-процедур! Или ты хочешь допрашивать физика голым? Думаешь, это добавит убедительности?

— А что? — искренне удивился Вальдемар, потирая ухо. — Устрашающий эффект! Представь: заходишь, а там — здоровенный мужик без одежды, требует кактус. Психологическое давление! Никто не устоит!

— Единственное, чему никто не устоит, — это желанию вызвать полицию, — парировала Кира. — Или санитаров. Одевайся немедленно.

Вальдемар проворчал что-то нецензурное, но