Демон отчаяния для разведенки - Нина Матвеева

их воздействие просто нельзя не почувствовать физически. При особо близком контакте люди обычно либо ударялись в истерику, либо спасались бегством. Но Валерия Горшина продолжала работать.

Ещё несколько секунд Берт смотрел на свою жертву в недоумении. Та невозмутимо щёлкала компьютерной мышкой, изредка переводя взгляд на лежащую перед ней стопку бумаг. Затем снова поднимала глаза и опять щёлкала.

Глаза у неё, кстати, были довольно любопытные. Синие, даже в электрическом офисном свете. С каким-то странным глубоким оттенком — Берт не знал какое название ему подобрать.

Да и не должен был он тратить своё время на эту чепуху. Раз просто демонического присутствия было не достаточно, значит пора переходить к более очевидному воздействию. Берт высвободил часть своей силы и направил её прямо на сидящую перед ним женщину.

И та, наконец, издала испуганный вздох. Затем болезненно поморщилась и уронила голову в ладони.

Хорошо. Это уже что-то. Не такая уж она и непробиваемая, удовлетворённо подумал Берт.

— Чёртов кабачок, — раздалось бормотание, — всё перепутала…

Уже в следующую секунду Валерия Горшина потёрла переносицу и принялась перелистывать отложенные в сторону документы. А потом — Берт просто не поверил своим глазам — снова начала щёлкать мышкой и печатать.

Что за…

Берт просто окаменел.

Такого не бывает. Так не должно быть. Люди не могут игнорировать демоническое воздействие — это всё равно что игнорировать гравитацию. И конечно, ни одна из предыдущих жертв Берта не имела иммунитета к его силам. Он мог сломать закалённого бизнесмена за неделю. Его боялись в адской канцелярии за чудовищную ауру и хирургическое хладнокровие! Но ни того, ни другого он не сумел продемонстрировать этой странной женщине!

Он снова присмотрелся к ней. К её странным глазам, к тому, как она сидела, чуть ссутулившись, будто держала на плечах что-то невидимое и очень тяжёлое. Первое, что пришло Берту на ум, когда улеглось удивление, — стоит взглянуть на её энергетическое поле. Он быстро призвал нужную печать и раскрошил её пальцами с особой мстительностью.

Валерия Горшина за одно мгновение превратилась в тёмный силуэт, словно её с головы до ног облили густой чёрной краской.

От увиденного у Берта глаза на лоб полезли. Он даже обернулся по сторонам, чтобы проверить, но нет — остальные сотрудники бухгалтерии выглядели вполне по-человечески. Энергия переливалась и подрагивала вокруг их силуэтов, как туманный покров, у кого-то плотнее, у кого-то прозрачнее. А на Валерии Горшиной словно был надет панцирь из тоски и отчаяния.

Неужели его демоническое воздействие не работало именно из-за этого панциря? Ему достался человек, который уже настолько был в отчаянии, что его работа не имела смысла? Но почему тогда Валерия Горшина продолжает функционировать как живое существо?

Ответа у Берта пока не было. Он отступил судорожно соображая как быть.

Как теперь вообще выполнять заказ? На кону ведь по-прежнему стояло повышение.

Где-то в офисе зазвонил телефон, а потом кто-то засмеялся — громко, раскатисто, с энтузиазмом. Лера дёрнулась на звук, и Берт увидел, как по чёрному, словно вбирающему свет, покрову пробежал всполох.

«Так-так, — подумал он. — Значит, этот панцирь всё-таки можно пробить».

Берт переместился вбок и ухватил этот всполох невидимой рукой. Когда энергетика коснулось его сознания, он едва устоял на ногах.

Демоны отчаяния — это единственные существа адской канцелярии, способные не просто видеть человеческие ауры, но и ощущать их вкус. Фактически Берт и его коллеги подпитывались человеческими аурами. Разные эмоции чувствовались по-разному, но конкретно отчаяние обычно напоминало на вкус сладкую газировку, которая бодрит и оставляет приятное пощипывание на языке. Однако и здесь Валерия Горшина смогла удивить Берта. Её отчаяние напоминало крепкий, хорошо выдержанный алкоголь. Глубокий и сложный, с целым букетом восхитительных вкусов от сладости до горечи. Ничего подобного он никогда в своей демонической жизни не пробовал. Кажется, он даже слегка опьянел от неожиданности.

Лера тем временем встала из-за стола и пошла к кофемашине.

Какая это чашка? Шестая?

Берт последовал за ней, на ходу сбрасывая эффект печати, что позволяла видеть ауры.

«Что ты такое, Валерия Горшина?»

Кофемашина приглушённо загудела и принялась молоть зёрна. Лера смотрела, как тёмная струя льётся в кружку, и её глаза — эти странные глубокие глаза — на секунду стали совсем пустыми. А потом она моргнула, взяла стакан и вернулась к работе.

Берт остался у кофемашины. Впервые за сто лет он не знал, что делать дальше.

Стажерка

С самого начала рабочий день как-то не задался. Первые два часа Леру отчаянно клонило в сон, потом она накосячила в бухгалтерской базе и немного взбодрилась. Хотя не исключено, что на неё так подействовало своевременное предложение Зинаиды Павловны взять домой кабачок.

Жаль, что заряда бодрости хватило ненадолго. Лера исправила даты в документах и снова начала ловить себя на том, что клюёт носом. Задач просто не было, поэтому бухгалтерия будто превратилась в параллельное измерение с искажённым течением времени. Лера пила кофе, зевала, отправляла акты сверок по почте и смотрела на часы. Иногда звонил её телефон, но все вопросы как назло решались слишком быстро.

К трём часам дня Лера уже полностью оставила надежды на то, что сумеет прийти в рабочее состояние. Шестая чашка кофе стояла перед ней, остывая. Пить не хотелось. Есть не хотелось. Очень хотелось спать.

— Внимание, девочки!

Голос Марианны Кирилловны разнёсся по офису так неожиданно, что сидящая за соседним столом Таня вздрогнула.

Лера подняла глаза на главбуха и пару раз с усилием моргнула.

— Прошу любить и жаловать — наша новая стажёрка, Екатерина!

В дверях рядом с Марианной Кирилловной стояло существо из другого мира. В переносном смысле, разумеется. Девушка (явно вчерашняя выпускница университета) выглядела так, будто случайно телепортировалась в серый октябрьский офис с какого-нибудь летнего курорта.

Воздушное платье в мелкий цветочек сидело на ней, как на модели из каталога модного журнала; на ногах — изящные босоножки на тонком каблучке. Как она только не замёрзла насмерть по дороге до работы? Вряд ли её грел этот нежно-розовый вязаный кардиган, небрежно наброшенный на плечи. Отдельного внимания заслуживали волосы новенькой — медовые, рассыпанные по плечам волнами. И улыбка, такая очаровательная и открытая, что у Леры заболели глаза.

— Привет всем! — Девушка-мираж помахала рукой, на которой сверкали браслеты. — Я Катя! Очень рада присоединиться к коллективу! И какой у вас уютный офис, прямо чувствуется рабочая атмосфера!

Лера в растерянности переглянулась с Таней. По лицу той прекрасно было видно, как именно